Драконий огонь - Оксана Олеговна Заугольная

— Я поэтому тебя и пригласила, чтобы ты посмотрела на это безобразие, — пробурчала Янка. — Тебе совсем не жалко синего сада?

— Жалко, — не стала спорить Радка. — Но Еву и моих племянников мне жалко больше. А перестать сражаться она не может, ты же её знаешь.

Они обе приложили ладони ко лбу и посмотрели туда, где синие яблони скрипели от ветра и стонали от жара. За ночь сад должен был восстановиться, ну а пока…

Радка охнула, не сдержавшись, когда Ева пролетела несколько шагов и ударилась о ствол дерева. Но тут же вскочила, не дожидаясь, когда испуганный Матиас подбежит ближе.

Когда Радка мечтала, чтобы никто не мог навредить другому, она и не рассчитывала, что создаст сад, что станет полигоном для боевых магов. Убить и даже покалечить в этом саду было невозможно. Именно сюда Ева приводила Матиаса на дуэли, утверждая, что Мейнгрим слишком мягок с племянником. И только Янка с Радкой точно знали, что дело в другом. Никто, кроме Матиаса, привыкшего во всем слушаться мать, не соглашался сражаться с глубоко беременной магессой.

Матиас же, оказавшийся редким носителем не только молний, но и воздушной стихии, умудрялся даже тут быть предельно осторожным с матерью. Но иногда выходило вот так.

— Ева, хватит! — крикнула Радка. — Грим ругается, что ты отправляешь к нему ученика, высушенного как яблоко в компот!

— Наконец-то, — пробормотала Янка и горестно вздохнула. Вид перед её любимым загородным домом сейчас желал лучшего.

Ева и Матиас подошли ближе. Удивительно, как в первенце Евы было мало от Манфреда. Его кудрявые волосы были такими же пепельными как у его матери, и глаза точно такого же оттенка как у неё же. За прошедшие годы он вытянулся и избавился от капризов, но с братом Фабиушем всё же играл редко. Радка считала, дело в том, что Матиас был хорошим мальчиком, крепким магиком, пережившим немало, но всего лишь двенадцатилеткой, тогда как Фабиуш… Фабиуш был королем времени и то, что он сейчас с удовольствием играл с пятилетним Тадеушем, ничего не значило.

— Ваше величество, — Матиас изобразил короткий поклон, потом повернулся к Янке и тоже поклонился. — Госпожа Мертвые руки.

Янка нахмурилась.

Стоя за спиной сына, Ева хихикала.

— Достаточно сказать «госпожа» или «багряная принцесса», — миролюбиво произнесла Радка. — Матиас, воспитанные юноши не обращаются к дамам по их прозвищам. И не во всем слушаются мам, кстати.

И она погрозила кулаком ухохатывающейся Еве.

Синий от смущения Матиас пробормотал что-то, похожее на извинения, и немедленно исчез порталом.

— Когда ты уже родишь, — простонала Янка. — Твои шутки становятся всё ужаснее!

— Уже скоро, и хватит спрашивать, меня уже Эр с этим измучил! — ответила Ева и погладила живот. — Вынь и положь ему наследника и всё тут. Вот чую я, что девчонка родится, драконьему острову нужна правительница, а эти мужчины всё только портят!

— А как же Паудль? — Радка с трудом вспомнила правильное имя Павлыша. — Как он там, кстати?

— Похудел, жену с собой притащил, пытается сажать яблони прямо там на скалах, — отрапортовала Ева и хитро переглянулась с Янкой. — Только король из него не выйдет. Эр еще согласен на жену — свояченицу королевы соседнего государства, но наследник, влюбленный в неё же, это уже слишком.

Радка, которая до этого момента слушала вполуха, встрепенулась, сообразив, что говорят что-то о ней.

— Кто влюбленный? — глупо спросила она. — В кого?

— Паудль, в тебя, — усмехнулась Ева и посмотрела на Янку. — Она всегда была такая наивная?

— С самого детства, — уверила её Янка.

Радка нахмурилась. Она терпеть не могла, когда её подруги начинали в чем-то соглашаться.

— Вы говорите глупости, — решительно заявила она. — Павлыш, он же всегда…

— Всегда был в тебя влюблен, — закончила за неё Янка. — Прости, я думала, ты знаешь. Он даже собирался предложить тебе выйти замуж, но ты всегда смотрела в сторону колодцев, и он побоялся.

— Ну и хорошо, — заметила Ева. — А то вдруг тогда она не вышла бы за Грима! Да что там брат, я бы могла до сих пор жить с Манфредом и терпеть его выходки, вот это была бы катастрофа!

— Нет, вы что-то путаете, Павлыш меня всегда терпеть не мог, — Радка пропустила мимо ушей упоминание о Манфреде. Ей хватило того, что о нем недавно говорил Фабиуш.

— Очень наивная, — с удовольствием повторила Ева. — Наивная королева, какой кошмар! Может, нам ваше королевство захватить?

Радка нахмурилась и повела рукой. Перчатку она не носила, ей вполне хватало и браслета. Да и Мейнгрим часто говорил, как он счастлив, что хотя бы одна магесса в его окружении не пытается доказать, что она не хуже магика.

— Может, вас захватить?.. Может, вас захватить? Может, вас захватить?..

— Может, хватит? — мрачно спросила Янка. — Она пошутила.

— Я тоже, — вздохнула Рада. — Янка, ты просто кошмарно скучная, ты знаешь?

Она потянулась рукой к животу, но передумала и сделала вид, что поправляет юбки. Только сегодня утром Фабиуш заметил, что если мама снова надумает сбежать, то в этот раз подготовиться нужно получше, ведь теперь она королева! Не то, чтобы она собиралась, но Мейнгрим с утра тоже не так посмотрел и сказал какую-то глупость, сейчас Янка с Евой испытывают её терпение… Может, и впрямь стоит сбежать?

— Кстати о твоем бывшем муже, — ловко отвлекла она подруг от прежней темы, пока эти остроглазые магессы ничего не заподозрили. — Слышала, что он женился на твоей подруге Ульфиле?

— Слышала, но до сих пор не понимаю, зачем это ей, — Радослава следила за лицом Евы и, к своей радости, убедилась, что та ничуть не расстроена. — Тому может быть одна причина. Ульфила выходит замуж за тех, кто попался в её ручки на дознание, но не натворил дел достаточно, чтобы там же закончить свой жизненный путь. Впрочем, с учетом того, что выходит она замуж в завидной регулярностью, попавшийся раз попадается снова.

— Ну вот, никакой интриги, —