Апельсиновый вереск. Дорога возврата - Вайолет Девлин

— А ты не мог сделать этого раньше? — возмутился Кевин. — Перед тем, как он пытался отравить нас чаем с беленой и поджарить осветительными колбами?

— Я был занят поиском пропажи, — ничуть не смутился альв. — Уверен, вы прекрасно провели время в обществе Наррлза и скрытых обид друг на друга. Но сейчас не об этом.

Этери вздохнула. Закуталась в накидку и села в кресло напротив Кевина. Она знала, о чем пойдет речь, потому отвернулась к камину, с преувеличенным интересом наблюдая, как языки пламени пожирают дрова.

— И так, — Элфи громко хлопнул в ладоши, привлекая к себе внимания каждого, кто находился в гостиной. — В конечном итоге вы не облажались, как я предполагал изначально. Хотя стоит ли мне использовать местоимение “вы”, если всю работу сделала Авалона, едва не умерев от рук Фонзи Баррада? Не думаю, — он говорил бодрым веселым голосом, однако весел был только он.

Авалона продолжала безучастно смотреть в пространство. Кевин вполголоса выругался, Фейт опустила голову ниже, спрятав лицо в тени, а Иэн с громким хлопком закрыл книгу, посмотрев Элфи в глаза.

— Не мне вам читать нотации о товариществе, — с самым довольным видом продолжил он, — но в следующий раз будьте добры не бросать друга в беде. Нож в спину — вещь непредсказуемая. Иногда вы запускаете бумеранг, на конце которого есть заточенное лезвие. Кто знает, каким концом или частью тела вы его поймаете.

Элфи широко улыбнулся.

— Хорошая новость в том, что копье в любом случае у нас. Завтра Авалона вручит его одной из чародеек, и ура! Вы больше не рабы Черного Легиона, а значит, наконец, можете быть полезными. Уверен, в скором времени Этери получит письмо с приглашением погостить во дворце от самого принца. Ей нужны будут слуги и охрана, роль которой вы вчетвером и сыграете…

— Забыл, что наши лица до сих пор украшают розыскные плакаты? — перебил Иэн охрипшим от ярости голосом. Этери бросила на него мимолетный взгляд. Расслабленная поза исчезла. Он поддался вперед, бросив книгу на паркет.

“А ведь его разозлила не просьба альва, а его слова о товариществе”,— подумала Этери.

Элфи заложил руки за спину, медленно повернулся к всаднику и с улыбкой на губах сказал:

— Не перебивай меня, мальчишка. Я не закончил. И как с вами работать? Ни манер, ни мозгов! — посетовал вполголоса альв. — На чем я остановился?

— Этери нужна охрана, — напомнила Фейт.

— Точно! Спасибо, душенька, — кивнул он всаднице. Девушка залилась румянцем, — Этери прибыла во дворец под именем графини Адель Шарани. Все вы воспользовались амулетами юного алхимика, чтобы скрыть истинный лик, но мы находимся в замке трех чародеек. Одна из них по моей просьбе наложит на амулет специальные чары, и внешность Этери будет оставаться той же, что и на балу, пока она носит этот убогий камень на веревочке. Вы же, мои воинственные, будете ее охранять. Нам не нужно более четырех человек. Экономка, служанка и парочка охранников — вот и весь набор благородной леди. На нашу удачу, хотя вашей удачей всегда был я, графство Шаран расположено не просто на западе Примории, ныне Империи Сион, а на краю земли. Поскольку территории находятся так далеко, обычаи там отличаются от общепринятых, — заметив недоуменный взгляд Кевина, Элфи закатил глаза. — Вы три года живете в Приморском Королевстве и ни разу не открывали учебник истории? Ну же! Авалона? — он указал в сторону всадницы.

— Закрытая одежда, — лениво ответила Авалона. — В графстве Шаран проповедуется культ скромности и чистоты. Женщины и мужчины носят закрытую одежду. Почти не разговаривают, любят тишину и уединение.

— Верно! Не все потеряно, — дал абсолютно ненужную оценку Элфи. — Этери, ты была во дворце в платье, как того требовал придворный этикет. И пока будешь находиться в Утере, будешь соблюдать именно его. Но к слугам это не относится.

— Вынужден признать, если кого и узнают по разрезу глаз, то точно не нас, — ухмыльнулся Кевин.

Элфи улыбнулся, оценив шутку.

— Мы просто должны охранять Этери? — спросила Фейт. Она скромно сложила руки на коленях. Вот у кого отменно получится сыграть жителя графства Шаран.

— Да. Пока она не завоюет сердце принца!

Он произнес это настолько неожиданно, что Этери, решившая сбросить с плеч плащ, выронила его на пол. Авалона оторвалась от созерцания противоположной стены, подняла голову и, нахмурившись, сказала:

— Прости, что?

— Ты правильно услышала. В этом заключается наш план. Вместо того, чтобы брать грубой и неотесанной силой, мы решили положиться на женские чары, — альв подошел к Этери и потрепал ее по волосам, как маленькую девочку. — Разве она не очаровашка?

— Хватит! — Этери стукнула его по руке.

— Этери влюбит в себя Хейдена, станет принцессой и завладеет благосклонностью придворных. А потом бедный младший принц скончается… так и быть, дам вам возможность выбрать, от чего именно он умрет, и тогда разгорится пламя революции. Долгий, зато безболезненный способ прибрать к своим рукам земли. Что думаете?

Лица всадников говорили, что они не думают ни о чем хорошем. Этери повернулась, проигнорировав требовательный взгляд Авалоны, ошарашенный Кевина и испуганный Фейт, и посмотрела на Иэна. Мужчина был бледен, его темные глаза потухли.

“А что ты хотел? Чтобы я вечность убивалась по тебе, пока ты становишься счастливым и заводишь семью с другой женщиной?”, — прошипел внутренний голос.

— А где настоящая графиня Шарани? — робко подала голос Фейт.

Элфи отмахнулся.

— Похищена и надежно спрятана. Кая позаботиться о том, чтобы ее не хватились.

Авалона поднялась с оттоманки, пересекла гостиную. Присела перед Этери на корточки и, поймав ее руки в свои, тихо спросила:

— Ты сделаешь это?

В помещении воцарилась тишина. Этери слышала только громкий стук. Биение своего сердца в груди. Она почувствовала, как холодеют пальцы, а губы начинает колоть.

— У меня нет выбора, — ответила Этери. Авалона сглотнула, сжав руки девушки сильнее. А потом грустно улыбнулась.

— Выбор… — она посмотрела Этери в глаза. — Выбор есть всегда.

— Этери, если ты убьешь принца, все измениться, — сказала Фейт, — как ты будешь с этим жить?

— Не разводите трагедию, — сухо перебил ее Элфи. — Мы сделаем это быстро и незаметно. Никто и не заподозрит маленькую Адель Шарани.

— Ты не понял, — прервал альва Кевин. Он сложил руки на груди, гипнотизируя Элфи угрюмым взглядом. — Даже если кинжал в сердце принца вонзишь ты, Этери все равно будет винить себя. И чувство вины останется с ней на всю жизнь. Ложь, которую ей придется скармливать всем вокруг, лицемерие, которое придется демонстрировать, и вина за то, что невинный человек погиб. Все это будет