Целуй и молчи - Меган Куин

– Немного, – честно отвечаю я.

– И о чем именно?

Прижимаю ее ближе, ощущая спокойствие просто от того, что она рядом.

– В основном из-за того, что будет, если у меня что-то найдут.

Винни молчит, а затем просит:

– Расскажешь мне о том случае? Том дне, когда получил травму? Или тебе тяжело говорить об этом? Если так, я пойму, ничего страшного.

Вздыхаю и целую ее в макушку.

– Я не против обсудить травму. – Она поворачивается лицом ко мне. Мило прячет руки под подушку и ждет, когда я начну говорить. Но я не в силах не отметить ее красоту. – Ты очень красивая.

– Спасибо.

Вздыхаю и начинаю вспоминать тот день.

– Мы играли с «Оклендом». Это была предсезонная игра, и я чувствовал себя немного не в своей тарелке. Не знаю, из-за чего конкретно, но я не был всецело увлечен игрой. «Окленд» вырвался вперед, и когда их настигли защитники, я моргнул и потерял шайбу из виду. В следующий момент посмотрел направо и – конец. После этого я упал в обморок. Следующее, что помню, – я лежу в раздевалке, а врач команды осматривает меня. Когда наконец я окончательно пришел в себя и осознал, что случилось, я уже был в больнице, там мне сообщили, что у меня тяжелое сотрясение мозга, из-за которого я выбыл на несколько недель.

– Кто-нибудь остался с тобой на ночь? – обеспокоенно спрашивает она.

– Да, Тейтерс. Будил меня каждый час, проверял, все ли в порядке. Иногда он ведет себя как придурок, но он отличный друг.

– Да, я вижу. – Винни скользит пальцем по моей груди. – И когда у тебя начались мигрени?

– Сразу же, – признаюсь я. – Но я никому о них не сказал.

– Что? Почему ты промолчал?

– Потому что чертовски злился. Я сидел дома и наблюдал за тем, как моя команда выполняет всю работу. Я хотел вернуться на лед и не собирался откладывать возвращение.

– А когда врачи узнали о твоих болях?

– Через два месяца, когда я не явился на тренировку. Я приехал на стадион, но не смог выйти из машины. До сих пор не понимаю, как мне вообще удалось добраться до места по пробкам, ведь голова просто раскалывалась.

– И потом тебя обследовали?

Я качаю головой.

– Нет. Я немного преуменьшил масштабы проблемы, сказал, что это не впервые, но я всегда находил способ справиться с болью. Когда я пропустил шестую игру, меня раскусили. Я заверил всех, что после окончания сезона разберусь со своей головой, но хотел выяснить все еще до конца плей-оффа. Перед отъездом в Банф я повидался с Доком, сказал ему, что, хотя у меня и случались мигрени, я чувствую себя хорошо

– Но ты ведь соврал, да?

– На тот момент все было нормально, однако парни знают меня, поэтому заставили провериться. И вот мы здесь, а не в Банфе, где мне бы хотелось быть.

– Я рада, что они настояли на своем.

– А я рад, что ты здесь со мной, – говорю я и целую ее.

– Тебе повезло, что твои друзья переживают за тебя. Ты – профессиональный спортсмен, а значит, должен быть в лучшей форме. Тебе платят за эту работу, поэтому ты должен ставить свое здоровье на первое место. Но они волнуются о тебе не только поэтому, они считают тебя другом, а такая роскошь доступна не каждому. – Винни права, и мне стоит быть более благодарным за такое отношение.

– Да, я согласен. Спасибо за эти слова… Ты, кстати, действовала мягче, чем мои товарищи. – Она смеется.

– Я тут подумала, пока ты завтра будешь проходить обследование, я приготовлю тебе ужин, – говорит Винни, выводя круги на моей груди.

– Да? И что ты решила приготовить?

– Есть какие-то пожелания?

Я раздумываю над ее вопросом.

– Что-то кроме твоей киски на десерт?

– Боже, Пэйси! – Она толкает меня, и я смеюсь. – Ты всегда такой озабоченный?

– Нет, это все благодаря тебе.

– Серьезно, у тебя есть особые предпочтения в еде? Аллергия на что-нибудь?

– Я ем практически все и уверен, мне понравится то, что ты приготовишь. – Чмокаю ее в нос.

– Тебя подвезти? – спрашивает Винни. – Твоя машина осталась в Банфе, как ты планируешь добраться до врача?

– Не переживай, за мной приедет водитель.

– Ого, да ты крутой парень, – шутит Винни, а потом спрашивает: – Тебе не покажется странным, ну, знаешь, что я останусь у тебя на несколько дней, буду готовить ужин? Такая перспектива тебя не пугает?

– А почему она должна меня пугать?

– Потому что большинство парней точно испугались бы, – пожимает плечами она. – Полагаю, ты другой, потому что мы продвигаемся довольно быстро, и я хочу убедиться, что ты понимаешь: мы всегда можем притормозить. Ты не должен считать, будто обязан…

Я прижимаю пальцы к ее губам.

– Пожалуй, пора тебя остановить. Перестань судить обо мне по поведению знакомых мужчин. Если бы я не хотел, чтобы ты была здесь, то не напросился бы поехать с тобой. Наши отношения развиваются так быстро, потому что я так хочу, я же вижу, что мы оба настроены серьезно. Согласна?

Она кивает, тогда я тянусь к ней и касаюсь ее головы.

– Понятно? Не хочу повторять, но я не принимаю решения наобум. Мои поступки всегда имеют под собой основание. Ясно?

– Да… папочка.

Мои брови взлетают, и я разражаюсь смехом.

– Что?

Винни тоже смеется.

– Ты слышал… папочка.

Хохоча еще громче, я поворачиваю ее, заставляя лечь на спину, и сдвигаю футболку вверх, обнажая грудь. Винни послушно раздвигает ноги.

– Ты ведь понимаешь, что сама даешь мне разрешение вытворять с твоим телом что угодно?

– Именно на это я и рассчитывала, – подмигивает она.

Черт, когда она так смотрит на меня, я чувствую себя самым счастливым парнем на планете.

Тейтерс: Судя по отсутствию сообщений, рискну предположить, что вчера ты доехал до Ванкувера, но вместо того, чтобы сообщить друзьям, что с тобой все нормально, решил «показать» Винни квартиру.

Хорнсби: Они точно трахались.

Поузи: Что ты ел на ужин?

Тейтерс: Вот о чем ты переживаешь? О его ужине?

Поузи: *пожимает плечами* Они ехали другой дорогой, вдруг попробовали что-то новенькое.

Хорнсби: Уверен, я знаю, что у него вчера было на ужин…

Лоус: Да, вчера мы приехали в Ванкувер, а сейчас я еду к Доку. На ужин ели пиццу в одном захудалом баре. И да… Я «показал» ей квартиру, и больше по этому поводу ничего не