Через бурные волны - Вал И. Лейн

Он вонзил кинжал мне в грудь, пока я спал, и оставил окровавленный нож в ее руках. Когда она проснулась рядом с моим телом, держа в руке лезвие, она подумала, что сошла с ума, и побежала к обрыву возле своей деревни, где бросилась в море.

Столетия спустя он нашел ее снова, уже не женщину, а богиню, морскую царицу, соперничающую с ним в могуществе своим проклятием, ставшим благословением. И он заманил ее к себе, пообещав силу, которой не обладала даже она, — вернуть меня в обмен на ее корону. Во время ритуала при свете полной луны он забрал у нее корону, обрекая ее на перерождение в смертной, на вечные поиски мужчины, ради возвращения которого она обменяла свою силу.

Я отогнал от себя видения, вызванные воспоминаниями Бастиана. У меня подкосились ноги, когда я в считанные мгновения осмыслил то, что увидел и узнал. То, что в моем воображении казалось целой жизнью, здесь, в реальном мире, длилось всего несколько секунд. Я цеплялся за каждый образ. И я вспомнил каменный алтарь, на котором Бастиан сорвал корону с головы Серены в обмен на восстановление моей жизни. Это был не алтарь. Это был трон. А троны использовались для коронаций. Нам придется короновать Серену на ее троне. И я должен умереть, чтобы сделать это.

49. Короновать королеву

Беллами

«Если ты коронуешь ее, то нарушишь мою сделку с ней, и я заберу то, что мне причитается, — твою жизнь».

Бастиан говорил со мной даже сейчас, и я чувствовал злую улыбку на его отвратительном лице по одним его словам. Моя кровь застыла в жилах. Я был не против умереть. Однажды я уже сделал это. Но снова потерять жизнь с Сереной…

Нет. Я в долгу перед ней. Я подвел ее раньше. Только не снова. Я бы не сделал этого ни для кого, кроме нее. Ради нее я бы вырвал свое собственное едва бьющееся сердце. И если я был ценой ее силы, так тому и быть. По крайней мере, на этот раз моя смерть чего-то стоила.

Я повернулся к друзьям, которые оказались здесь вместе со мной в ловушке.

— Помогите мне выбраться отсюда. Я знаю, что нужно сделать, чтобы вернуть силу Серены. Но я должен быть тем, кто сделает это. Понимаете?

Когда Катрина начала возражать, я повторил, прежде чем она смогла закончить.

— Ты, черт возьми, понимаешь? — Я поперхнулся, слова прозвучали резче, чем хотелось.

— Что ты планируешь, приятель? — Майло шагнул вперед, озабоченно оглядевшись по сторонам.

Я уставился на него. Я не собирался делиться ничем из того, что узнал. Я сохраню это при себе до самой могилы. Больше никому не нужно беспокоиться обо всем этом.

— Вам просто нужно знать, что я должен попасть в тронный зал.

Катрина и Майло колебались. Я знал, что им не все равно, но в тот момент я не хотел, чтобы им было до этого дело. Я хотел, чтобы они заткнулись и вытащили меня отсюда. Так что я не мог поверить, что признаюсь в этом, но я был невероятно благодарен, когда Рассел вмешался.

— Просто вытащи его, — выпалил Рассел. — Катрина, ты сможешь это сделать. Это же вода, не так ли? Контролируй ее!

Катрина бросила косой взгляд в мою сторону.

— Это темная вода. Здесь все по-другому. Я никогда…

— Попробуй! — закричал я, и мой голос сорвался на крик.

Поколебавшись, она протянула руки, в ее глазах отчетливо проступили слезы. Она застонала, прилагая все усилия, чтобы укротить черную воду, кружащуюся вокруг нас. Когда она попыталась взять ее в руки, ее руки задрожали, но стена темной воды осталась нетронутой.

— Подожди. — Майло накрыл ее ладони своими. — Разве сирены не черпают свою силу от Луны? Давай попробуем что-нибудь.

Она посмотрела на него тяжелыми, сияющими глазами, в которых уже не было надежды, когда он поднес ее руку к знаку в виде солнечной звезды на своей руке.

— Используй меня как щит для своей силы.

Мы с Расселом наблюдали за ними, напряженные, полные надежды и ужаса одновременно. Часы тикали. Насколько я знал, Бастиан уже убивает ее. Мне пришлось заставить себя дышать.

От Майло исходил золотой свет, который достигал высшей точки в виде метки на его руке. Катрина держалась за него, объединяя их силы, так что ее начало окружать золотое сияние. Она потянулась вперед и коснулась темной воды, Майло все еще был рядом с ней. Там, где ее пальцы соприкоснулись с водой, стена разделилась и сквозь нее прорезался золотой ободок, образовав небольшое отверстие.

— Солнце и луна, должно быть, сталкиваются с одной и той же тьмой, — прошептал Майло себе под нос. Я бы спросил его, что он имеет в виду, но был слишком занят, спеша к растущей дыре в водяной стене.

Я хотел сбежать, но остановился, осознав, что Бастиану известен мой план. Он знал, что я намеревался покончить с собой ради Серены, и не позволит мне этого сделать. Кто-то другой должен был бы сделать это в тот момент, когда он меньше всего ожидал.

Мои мысли метались, как вода, бурлящая вокруг нас. Я повернулся к Майло и заговорил тихо, но достаточно настойчиво.

— Когда я доберусь туда… послушай… когда Серена будет коронована, ты должен будешь убить меня.

— Что? — Глаза Майло вспыхнули.

Я схватил его за плечи.

— Я прошу тебя об этом, потому что это единственный способ. Моя жизнь в обмен на ее власть — такова была сделка, которую она заключила. Я должен спасти ее. Ты должен убить меня. Понимаешь? Убей меня.

— Я… я не могу сделать то, о чем ты просишь, Беллами. — Майло отвернулся.

— Тогда я не прошу. И я — капитан, помнишь? — Я выдохнул, мое сердце бешено колотилось.

— Беллами, я…

— Только не надо сейчас вешать мне лапшу на уши, золотой мальчик. Однажды я уже умер из-за Катрины. Думаешь, я не сделаю этого еще раз, ради Серены?

— Это было другое, — возразил Майло. — У тебя не было выбора. Мы были обречены на ад. Мы все равно должны были умереть.

— Ну, без нее моя жизнь превратится в ад. — Я сплюнул, встретив взгляд Майло своим ожесточенным взглядом. — Я думал, что ты, как никто другой, поймешь меня. Я думал, что ты, как никто другой, поддержишь меня. Ты сказал, что прикроешь меня… во всем, что будет дальше.

Он молчал, и я мог сказать, что не переубедил его. Я больше не мог тратить время на попытки убедить