Оставь мне музыку! - Мира Ризман

— Кирэй? Это ты? — Низкий бархатный голос выражал радость и удивление.

* * *

Кирэй оглянулся и почти сразу же расплылся в улыбке:

— Деф! Какая приятная встреча! — Он направился было к старинному другу, но тут же остановился, вспомнив о девчонке. Не стоило нарушать политес. Потому Кирэй вновь развернулся и любезно предложил ей руку: — Моя леди, позвольте вас представить!

— Ты с дамой? — Тонкие брови Дефа выгнулись дугой, отчего выражение его своеобразного лица стало немного комичным. Впрочем, внешность этого омэйю вообще отличалась некоей чудаковатостью. Вечно всклокоченные волосы, нескладная на первый взгляд фигура и слегка небрежные манеры поначалу даже отталкивали. Но то было обманчивое впечатление, которым Деф нарочно пользовался, чтобы привлекать внимание. Всё-таки с его профессией опасно было оставаться в тени.

— Да, — подтянув к себе оробевшую девчонку ближе, самодовольно заметил Кирэй. — Это леди Вирджин!

— Весьма польщен! — Деф неуклюже поклонился. — Меня зовут Деф, и я хороший друг Кирэя-сама!

— Мастер Деф — гениальный художник. Его росписи украшают Императорский дворец! — пояснил Кирэй девчонке, которая растерянно хлопала ресницами, не зная как себя вести. Определённо, этим надо будет заняться! А пока стоило не привлекать к ней лишнего внимания, потому он снова обратился к другу: — Ты же сегодня здесь, чтобы договорить о зале? Когда у тебя новая выставка?

— О да. И ты… просто обязан быть на открытии! — заявил Деф, а потом, подмигнув, добавил: — Причём, желательно, не один. Моя жена будет рада познакомиться с леди Вирджин.

Кирэй заставил себя улыбнуться, мысленно предпочитая, чтобы ко времени выставки у него была уже более достойная фаворитка. Но на этом вынужденные знакомства не закончились. Деф уже протянул руку, чтобы попрощаться, когда в зале появился Рэйтан. И всё началось сначала. Приветствие, знакомство. В отличие от интеллигентного и весьма предупредительного Дефа, Рэйтан не просто оглядел Вирджин с ног до головы, словно она была новым экспонатом его выставки, но совершенно нахальным образом поклонился и поцеловал ей руку! А она… Она вместо того, чтобы смутиться, улыбнулась ему в ответ! И как это понимать?!

— Вы просто очаровательны, леди, — пропел комплимент Рэйтан. — Был бы рад услышать ваше мнение о моей выставке!

— А от меня ты его уже слышать не хочешь? — теснее прижимая к себе девчонку, недовольно спросил Кирэй.

— Не ревнуй! К слову, твоё мнение я итак прекрасно знаю! — равнодушно бросил ему Рэйтан, и, словно это было абсолютно нормально, вновь обратился к ней: — Вам что-нибудь понравилось, леди?

— О да, — произнесла она негромко, однако голос её не дрожал, и не похоже было, что навязчивость ювелира её напугала: — Весь это зал, — девчонка обвела рукой круг, — просто прекрасен!

— Этот зал? — удивился Рэйтан, а потом, усмехнувшись, заявил: — Поздравляю Кирэй, кажется, тебе, наконец, повезло, и вместо пустоголовой красавицы Тодо нашёл тебе леди с хорошим вкусом!

И пока Кирэй переваривал эту дерзость, Рэйтан продолжил донимать девчонку:

— И что же понравилось вам больше всего?

— Ей понравилась эта статуэтка, — кивнув в сторону бельчонка, поспешил с ответом Кирэй. Девчонка же даже рта не успела раскрыть! — И я хотел бы её купить. Ты же не против?

— Эту? — Рэйтан шагнул к медному бельчонку, и вдруг его похожие на два крупных сапфира глаза блеснули. — Как приятно слышать, что кто-то способен оценить настоящее искусство! Я сам считаю эту безделицу истинным шедевром, и, хотя мой маленький сын от неё в восторге, я готов уступить её юной леди!

Даже так? Кирэй просто не находил слов. Рэйтан шутит что ли? Или это такой способ пофлиртовать? Обычная медная статуэтка, немного забавная и что с того? Кирэй решительно ничего не понимал.

— Нет-нет! — возразила девчонка, кажется, окончательно осмелев. — Я бы не хотела отнимать что-то у ребёнка!

— Вы так великодушны, что мне даже слегка неловко, — произнёс Рэйтан, любовно оглядывая своё детище. — В таком случае, в качестве комплимента, я сделаю этому малышу пару. Надеюсь, вы примите мой подарок, леди?

— Благодарю за оказанную мне честь, — поклонившись, проговорила она.

Кирэй потерял дар речи. Теперь она над ним издевается? Он сильнее сжал руку на её талии, вплотную притиснув девушку к себе, и выдавил вежливую улыбку.

— Спасибо, Рэйтан, — напряжённо произнёс Кирэй, после чего поспешил попрощаться с друзьями и потащил девчонку к выходу.

— Отпустите, пожалуйста, мне больно! — сказала она, едва они покинули зал. Как бы ни был сейчас зол Кирэй, он мгновенно ослабил хватку. Девчонка тут же высвободилась и негодующе уставилась на него.

— Не отставай! — процедил Кирэй и, развернувшись, направился прочь из выставочного зала. Тщетно он пытался успокоиться, когда внутри всё клокотало от раздражения. Исподволь глядя на едва поспевающую за ним девчонку, Кирэй недоумевал: как же он мог так ошибаться?! С чего он решил, что она изменилась? Да ни капли! Как была Нахалкой, так ею и осталась! Это всё женское притворство и уловки, удачно спрятавшиеся за милым личиком.

— Тебе не кажется, что это уже слишком? — едва сдерживая гнев, спросил он, когда наномобиль тронулся в путь.

Девчонка лишь вздёрнула бровь и впервые не опустила взгляда. Её щеки и даже шея пылали, вот только явно не от смущения. Интересно, и чем это она недовольна? Разве всё получилось не так, как ей хотелось? Кирэй ощутил, как сами собой вновь сжимаются кулаки. Он усилием воли, заставил пальцы распрямиться, после чего с большей настойчивостью обратился к девчонке:

— Ты мне даже не ответишь?

— А что я должна ответить? — сдержанно и в то же время напряжённо, произнесла она.

— Ты согласилась принять подарок от другого мужчины! — наконец, выплеснул своё негодование Кирэй. — Или ты считаешь, что это совершенно нормально?

— Я поступила так только из вежливости! — возразила она, и выглядела при этом, словно нахохлившийся взъерошенный цыплёнок. Очень недовольный цыплёнок. Брови сдвинулись к переносице, а губы плотно сжались. Девчонка прямо-таки пылала от гнева. — Или что, по-вашему, я должна была сделать?

— Ты должна была сначала спросить у меня!

— У вас? — На её лице отразилось полное замешательство. — Но это же нелепо!