Лорд полуночи - Джо Беверли

Оказывается, Клэр уже довольно давно сидела в полном молчании, с встревоженным лицом.

Королева протянула к ней руку и погладила по голове, как собаку.

— Конечно. Новобрачная должна восстановить силы перед завтрашней ночью.

Клэр поднялась и сделала книксен, радуясь возможности удалиться.

Завтрашняя ночь. Как назло, к ней вернулись сомнения.

Имоген отвела Клэр наверх, где находились комнаты дам. Они прошли через анфиладу залов и оказались в маленькой спальне. Здесь было место только для кровати и скамеечки, которая стояла возле окна. Однако повсюду были развешены пучки ароматных трав, а драпировки на окнах поражали роскошью.

— К сожалению, когда король со свитой здесь, нам приходится тесниться. Если бы эта постель не предназначалась для твоей первой брачной ночи, тебе пришлось бы делить ее по меньшей мере с пятью дамами.

Опустившись на скамеечку, Клэр вдруг почувствовала невероятную усталость.

— Я все еще не уверена…

— Не уверена? — воскликнула Имоген. В ее голосе послышались резкие нотки, возможно от страха. — Но король благословил ваш брак!

— Имоген, скажи, что произошло между тобой и твоим мужем? — спросила Клэр, отпустив служанок.

— Ты о чем? — Имоген присела на край постели.

— О вашем браке. Ты вышла за него по принуждению?

— Не совсем… Не думаешь же ты, что меня волоком тащили к алтарю, а я кричала и сопротивлялась? Нет. Мне нужен был человек, который в состоянии защитить меня, а Фитцроджер — прекрасная партия.

— Значит, ты не смогла отказаться?

— Нет! — усмехнулась Имоген. — Но потом я уже и не хотела отказываться.

— Ты любишь его?

— Конечно.

— Но ведь он бил тебя плетьми!

Имоген села на кровати, скрестив ноги.

— Кто тебе это сказал? Интересно, что за историю рассказывают по этому поводу?

— Я слышала, что ты ударила его, а он в наказание запер тебя и избивал плетью.

— Любопытно! И в основном верно, — кивнула Имоген, радостно улыбаясь. — В общем, если вкратце… Ты знаешь о том, что Арнульф из Варбрика, брат де Беллема, взял нас в плен?

Клэр покачала головой. Впрочем, она слышала, что Варбрик слывет настоящим чудовищем, как и его брат.

— Это было ужасно!.. Но когда мы освободились и Варбрик оказался в нашей власти, Фитцроджер решил сражаться с ним насмерть. Знаешь, одна из этих мужских штучек. Я пыталась его отговорить, но он не желал ничего слушать. Тогда мне пришлось оглушить его.

— Ты сомневалась, что он победит? Ренальд говорит, что Фитцроджер непобедим.

— Конечно, так оно и есть. Но тогда он был ранен. И потом, мне казалось глупым предоставлять Варбрику хотя бы небольшой шанс на победу. Ты же знаешь мужчин… — пожала плечами Имоген.

Клэр не была уверена в том, что она их знает, но кивнула, чтобы поддержать разговор.

— И что же случилось потом?

— После того, как я убила Варбрика…

— Что?!

— Я приказала своим людям пристрелить его, — небрежно махнула рукой Имоген. — Потом Ренальд отвез меня в Клив. Это замок Фитцроджера…

— Ты хочешь сказать, он тебя туда заточил?

Имоген рассмеялась:

— Бедный Ренальд! Как ты можешь так плохо думать о нем? Просто он не хотел, чтобы Фитцроджер, придя в себя, дал волю слепой ярости. Наверное, он был прав, хотя мне не хотелось оставлять мужа в таком состоянии.

Клэр в полной недоумении провела ладонью по лицу.

— А когда Фитцроджер поправился, он, должно быть, привлек тебя к суду и наказал плетьми?

— Нет. Король судил меня, и то только потому, что его вынудили бароны. Это они хотели отомстить мне. И еще… — лукаво подмигнула она, — мужчинам по какой-то причине не нравятся женщины, которые могут ударить своего мужа, чтобы заставить его посмотреть правде в глаза.

Клэр засмеялась:

— Надеюсь, порол тебя не лорд Фитцроджер?

— Это серьезное преступление. Мало того, что я напала на мужа, но еще и подняла руку на вассала короля! А это все равно что нанести оскорбление самому королю!

Клэр осенила себя крестом.

— Но даже если так…

— Он сделал это чисто символически. Всего один удар, и то через одежду. — Имоген подняла глаза. — Господи, как же он был зол на меня! Ведь ему бы не пришлось этого делать, если бы я согласилась дать клятву.

— Клятву?!

— Никогда больше так не поступать. Генри предоставил мне шанс избежать наказания. Но я буду и дальше так поступать! Лучше пусть меня бьют кнутом, чем я похороню своего мужа. А грех клятвопреступления я на душу не возьму.

— Конечно… — Клэр смотрела прямо перед собой, пытаясь осмыслить слова подруги. Все так похоже на случай с отцом! Отец тоже отказался дать лживую клятву, но Генри не захотел наказать его символически.

И вдруг ее осенило. Генри рассердился на отца за то, что он вынудил его устроить поединок. Генри — и Ренальд. Теперь понятно, почему Ренальд тоже сердился на отца.

Так же как Фитцроджер злился на жену за то, что она вынудила его взять в руки плеть, так и Ренальд не мог простить отцу того, что стал его убийцей.

Более того, если бы Клэр попыталась остановить отца, удержать его физически, как Имоген удержала мужа, возможно, трагедии удалось бы избежать.

— Я совсем заболтала тебя, а тебе нужно отдохнуть, — поднялась подруга. — Сейчас пришлю твоих служанок.

— Нет! — Клэр схватила ее за руку. — Я совсем не устала. Просто твоя история заставила меня задуматься об отце. — Она не готова была открыто высказать свои мысли, поэтому заговорила о другом: — Я люблю Ренальда, но все еще не могу смириться с тем, что он убил моего отца.

— Я бы тоже не смогла. Но это был честный поединок.

— Очень уж необычный!

— Перед Господом все равны.

— Ты правда в это веришь? — Клэр чувствовала себя утопающим, отчаянно хватающимся за соломинку.

— Конечно. А ты разве нет?

— Да. Именно поэтому я не понимаю, почему отец проиграл этот бой. — Клэр следовало бы помалкивать, но она испытывала острую необходимость посоветоваться с кем-нибудь. Понизив голос до шепота, она произнесла: — Я все еще верю в то, что король убил своего брата, вот в чем дело. А потому, если бы Господь действительно проявил свою волю в этом поединке, отец должен был бы победить.

Имоген откинула волосы со лба.

— Насколько я знаю, поединок состоялся по другой причине.

— По другой? — удивилась Клэр. — По какой же?

— Твой отец мятежно заявил, что король не имеет прав на трон.