Чейзер. Крутой вираж - Вероника Мелан

Ну и ладно, не повод расстраиваться.

Хотелось жить, хотелось дышать, хотелось расправить крылья.

Скоро.

Все случится скоро. А пока качаются под теплым ветром розовые цветы на подоконниках, пока шумят кронами высокие и гордые деревья, пока бурлит вокруг незнакомый, но очень даже симпатичный город.

Ближе к обеду проснулся аппетит, и Лайза забрела в первую попавшуюся пиццерию, маленькую и уютную, заказала блюдо от шеф-повара, и ей (конечно же, кто бы сомневался) принесли пиццу. Но не просто пиццу – Пиццу с большой буквы: румяную, шкворчащую, с пузырьками и дышащим жаром сыром, с красными, политыми оливковым маслом спинками томатов. Пышную, приправленную травами и специями, необыкновенно вкусную; Лайза уплетала ее за обе щеки и уплела-таки почти всю. Остатки попросила упаковать с собой, вытерла руки и губы салфеткой, запила все морсом и, радостная, толкнула дверь на улицу.

С погодой повезло необычайно: в Нордейле дождь, а здесь – кто бы думал – ясно. Она была готова погулять и по мокрым улицам, но теперь с десятикратной благодарностью прохаживалась по сухим и солнечным. С любопытством смотрела на одежду прохожих, их лица, вывески магазинов, машины. Все то же, но как будто и не то. Здорово!

А недалеко отсюда, если верить карте, находится окруженный цепью оранжевых гор жаркий Тали. Нет, там побывать не хотелось, но одно только знание будоражило воображение. Там отбывал когда-то наказание Халк: числился «оунером», имел рабов, управлял ранчо. Теперь и не представить его в этой роли; Лайза усмехнулась. А как они с девочками любили слушать эту историю, да не просто слушать, а во всех подробностях, с чувствами, с деталями. Каждый раз Шерин отказывалась ее повторять – смеялась, что уже рассказывала, и не один раз, – но они все равно упрашивали, и она повторяла. Иногда – не всю, иногда – лишь то, что приходило ей на ум, что ворошило память.

Клэндон-сити.

Вооружившись картой города, Лайза бодро шагала вперед, пыталась отыскать торговый центр с названием «Риар» – прочитала, что тот очень необычно декорирован изнутри, чем привлекал не только желающих приобрести разнообразный товар или сходить в расположенный наверху кинотеатр местных жителей, но и огромный поток туристов. Вот и она побудет туристом, полюбуется – когда еще выкроит время?

До «Риара» Лайза в запланированный отрезок времени не добралась, потому что увидела вдруг указатель на ботанический сад – постояла у него несколько секунд, подумала и… свернула. Вроде бы не питала фанатичной страсти к растениям, а тут вдруг захотела на них взглянуть.

И, как оказалось, не зря. Вот никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь; Лайза бродила по саду почти два часа: вчитывалась в таблички, рассматривала диковинные бутоны, восхищалась незнакомого вида веточками и листьями, вдыхала, впитывала, изумлялась. Сколько, однако, на Уровнях растет разнообразных видов одних только азалий! А откуда-то еще привезены лианы, кактусы, ядовитые цветы-ловушки – и где такие растут? На пояснительном листе значился остров Горто. Ага, она слышала о нем, но никогда там не бывала. Может, стоит?

Цветочный рай она покинула не просто бодрая и пахнущая диковинными ароматами, которыми пропиталась одежда, но и переполненная желанием посвятить больше времени путешествиям. Люди работают, люди тонут в рутине и забывают о том, что мир широк. И зря. Мир, оказывается, куда шире любых о нем представлений, и глупо не увидеть хотя бы часть. А ведь есть еще и другие миры – мир Бернарды, например, и не он один…

До «Риара» Лайза добралась, когда перестало припекать солнце и когда начал потихоньку остывать воздух; близился вечер. Вошла с десятком других людей в вертящиеся двери и очутилась в замке из опала, стекла и хрусталя – белые перламутровые полы, сверкающие стены, украшенные зеркальными орнаментами эскалаторы. Счастливо выдохнула, осмотрелась и зашагала вперед.

Нужны ли ей покупки? Нет. Ни одежда, ни бижутерия, ни обувь. Зачем, если их все равно не возьмешь с собой? Портал все растворит.

И потому она просто бродила: заходила в различные отделы, что-то просто крутила в руках, что-то примеряла, чем-то любовалась. А потом долго сидела в кафе на верхнем этаже, потягивала кофе с молоком, с удовольствием слизывала с бисквитной корзиночки кремовую шапочку; лились сквозь прозрачный купол торгового центра косые оранжевые лучи. «Риар» бурлил, сверкал, переливался.

И почему она никогда раньше не позволяла себе с таким наслаждением слизывать крем с пирожных? Всегда куда-то торопилась, всегда была чем-то занята, всегда сосредотачивалась не на еде, а на совершенно иных мыслях: надо сходить, надо успеть, надо сделать…

Ничего ей теперь не надо. Надо есть пирожное и пить кофе. Надо любоваться незнакомым местом и ждать звонка – вот и все заботы.

Раньше у нее не получалось вот так легко смотреть на жизнь – не одно, так другое заботило, – а теперь вдруг вышло. Вышло смотреть на людей без злости и обиды, не клясть чужую временну́ю ветку, не сетовать на судьбу. Она скоро покинет это место – оставит его навсегда, – и поэтому на что обижаться? И люди здесь правильные и хорошие, и события, наверное, хорошие тоже, а она теперь инопланетянка. Чужая и потому свободная – ни привязанностей, ни обязательств.

Жаль, что раньше так не умела. Теперь умеет.

Назад Лайза выдвинулась лишь без пяти шесть – тогда же и впервые за последние дни включила телефон. Проверила, что батарея не разрядилась, через секунду получила информацию о пропущенных вызовах и поморщилась: четыре от Элли, один от Мака.

«Все-таки искал меня зачем-то».

Пикнули две свалившиеся в ящик смс – обе от Чейзера.

«Надо поговорить».

«Перезвони мне».

Ни говорить, ни перезванивать не хотелось – незачем, ее здесь уже почти нет, осталось выждать совсем чуть-чуть. Тряхнула головой – нет смысла об этом думать, – поднялась со стула, расплатилась и направилась к эскалатору. Вскоре оказалась на улице, прыгнула в ближайший автобус, идущий в сторону парковки, и уже через двадцать пять минут сидела в «Мираже».

Почти половина седьмого – прекрасно: когда позвонит информатор, она как раз будет на трассе.

Оставив телефон лежать на соседнем сидении, Лайза пристегнулась, завела мотор и принялась настраивать навигатор.

Информатор позвонил в семь ноль три – его номер не определился. Лайза хмыкнула: точность – вежливость королей, – свернула на обочину, заглушила мотор и нажала «ответить»:

– Слушаю.

– Вы оказались правы, – разговор начали без приветствия и без обиняков.

Ее затопила лавина радости – «все-таки выиграли „Титаны“, молодцы», – а то ведь она хоть и прятала страх, но все равно боялась.

– Я же вам говорила! – отозвалась бодро. – Ну что? Есть у вас теперь интерес вести со мной дела?

– Есть.

Как хорошо, как здорово, как… наконец-то правильно!

Она сжимала руль и жмурилась – проникая под опущенный козырек, слепили глаза закатные лучи; мимо пронеслась машина – вжи-и-и-их, – и остался от нее на горизонте лишь силуэт.