Машина любви - Жаклин Сьюзан

В конце сентября Остины без предупреждения возвратились в Нью-Йорк. Это было желанием Юдифь. Она решила, что, обустроившись, отметит «официальное» возвращение с большой помпезностью.

Грегори совершенно выздоровел и был убежден, что у него никогда не было рака. Он даже сделал с ней несколько попыток в постели. Юдифь заслуживала «Оскара» — она разыграла комедию, как большая актриса, заявив ему, что он снова стал великолепным любовником.

Впрочем, Юдифь воспользовалась этим долгим отсутствием. В течение трех первых месяцев их пребывания в Лозанне Грегори было так плохо, что жене не разрешали навещать его. Он перенес сорок электрошоков, тяжелейший период восстановления, во время которого стал почти невменяемым, и только после этого встал на путь выздоровления. Юдифь сняла небольшую квартиру рядом с клиникой. В течение трех месяцев, когда визиты были запрещены, она доверялась заботам великолепного специалиста по косметической хирургии.

Этот хирург был гением. Конечно, у нее еще осталось несколько крошечных морщинок на висках и довольно глубокие шрамы за ушами. Но она изменила прическу и носила теперь более длинные пышные волосы, закрывающие ее уши. Результат был сенсационным.

Грегори тоже хорошо выглядел. Его волосы снова стали рыжими, он похудел и загорел, но не имел ни малейшего желания приступать к работе. Вот уже неделя, как они возвратились в Нью-Йорк, а Грег ни разу не появился в своем кабинете. Он все время находил новый предлог, чтобы увернуться. В конце концов Юдифь буквально выставила его за дверь, заставив пообещать, что он зайдет в Ай-Би-Си.

Как только Грегори ушел, Юдифь взяла телефон и позвонила Робину.

Его персональный телефон не ответил. Юдифь была разочарована, но не решалась попросить, чтобы ему передали о ее звонке. Наверное, он был на конференции. В три часа дня ей удалось наконец застать его. Он, казалось, обрадовался, что она позвонила. Все утро он провел, беседуя с Грегори, и нашел его в прекрасной форме.

— Когда я вас снова увижу? — спросила Юдифь.

— Когда захотите, — ответил он нейтральным тоном. — Как только Грегори пожелает, я приглашу вас на обед в городе.

— Робин, я не об этом прошу вас, — спокойно произнесла она. — Я хотела бы с вами встретиться одна.

Он не ответил.

— Когда и где я смету вас увидеть?

— Завтра вечером, в шесть часов. У меня.

— Хорошо, я приеду.

Нервы ее были на пределе, когда она решилась позвонить в квартиру Робина. Он открыл дверь, сделал знак войти, после чего вернулся к телефону. Конечно, она ждала совсем другого приема. Робин разговаривал с корреспондентом из Калифорнии и напомнил ей мужа и его чертовы опросы. Несмотря на то, что только раз была в этой квартире, Юдифь помнила абсолютно все, что пережила здесь. Мебель, самые мельчайшие детали интерьера запечатлелись в ее памяти. Нижнее белье было немного тесновато, лифчик натирал плечи, а крошечные кружевные трусики раздражали кожу на бедрах. Но все это не имело значения. Юдифь успокаивала себя тем, что представляла, как удивится и восхитится Робин, когда она снимет платье.

Робин повесил трубку, подошел к ней и сжал ее руки, поздравляя со счастливым возвращением. Он улыбался, но Юдифь заметила глубокие морщины между его бровями.

— У вас неприятности? — спросила она.

— Да, с Родди Коллинзом.

— Кто это?

Он весело улыбнулся.

— Вы не только отсутствовали, но, наверное, с тех пор, как вернулись, не смотрели телевизор?

— Да, это правда. И Грегори делает так, как я. Робин сел на диван и протянул портсигар Юдифь.

— Родди Коллинз — наша новая звезда, — объяснил он озабоченным тоном. — Его последний вестерн имел огромный успех. Этот парень управляется с кольтом лучше всякого ковбоя. Великолепный парень, метр девяносто два ростом, громовой голос, и только что я узнаю, что Родди — голубой.

Юдифь пожала плечами. В этот момент она хотела одного, — чтобы Робин ее поцеловал, но он ходил по комнате, не обращая на нее внимания.

— Вы считаете, что актер не имеет права жить так, как хочет? — спросила она.

— Конечно, его личная жизнь меня не касается, пока остается личной. Но он не ограничивается приемом своих гомиков у себя. Мистер переодевается в женщину и идет клеить типов в ночные кабаки. Юдифь, вы представляете? Метр девяносто два, самый популярный актер на телевидении, рекламирующий стиральный порошок, которым пользуются все американские семьи, приходит переодетым в бар и строит глазки мужчинам!

Она расхохоталась.

— Ничего смешного, уверяю вас.

— Робин, я была так далека от всего этого… Мне нужно время, чтобы снова привыкнуть. Сегодня вечером мы наконец снова вместе. Не думайте больше об этих людях с телевидения.

Он посмотрел на нее так, словно впервые увидел ее.

— Вы совершенно правы. Хотите выпить. Юдифь?

Она согласилась, как согласилась бы на что угодно, лишь бы разбить лед между ними.

Он подошел к маленькому бару и налил два больших бокала виски.

— Грегори очень хорошо выглядит, — сказал он, протягивая ей бокал. — Я, конечно, рад, что он оставляет управление всеми операциями мне. Однако вы должны заставить его снова интересоваться…

— Считаете, что он больше не интересуется делами?

— Юдифь, я думал, что Грегори после выздоровления возьмет дела в свои руки. Я даже решил сражаться, если в этом будет необходимость, защищать свои интересы. Некоторые злые языки рассказывают, что я теперь патрон Ай-Би-Си. Меня это раздражает, особенно когда я думаю о Грегори. Эти россказни могут причинить ему боль, а я хочу сохранить его дружбу.

Юдифь поставила свой стакан на журнальный столик и, устремив взгляд на Робина, сказала:

— Предоставьте это мне. Разве вы не знаете, что это немного и моя сеть? Однако вы прекрасно выглядите, Робин.

Он подошел к ней и заставил подняться. Она обняла его, будучи на вершине блаженства, как вдруг телефонный звонок заставил ее вздрогнуть. Она попросила его почти умоляющим тоном:

— Робин, не отвечайте.

— Невозможно. Это прямая линия с кабинетом. Он высвободился из ее объятий и снял трубку:

— Алло! Да? Без шуток, Дип! А Дан его видел, да или нет? Сколько времени ты можешь располагать проекционным залом? Хорошо, буду через двадцать минут.

И он повесил трубку.

— Вас ждут? Вы назначили кому-то свидание? Она не могла в это поверить.

— Это Дип Нельсон. Кажется, он раскопал потрясающий сюжет для фильма. Юдифь казалась удивленной.

— А кто это Дип Нельсон?

— Дорогая, это долгая история. Когда-то он был модной кинозвездой, про которую теперь забыли. Он решил снова вернуться в дело, стать продюсером. Мы купили у него серию шоу, которую он написал вместе с Даном Миллером. Пойдемте… — Он протянул ей руку и помог встать. — Юдифь, я предпочитаю, чтобы вы уехали без меня. Я спущусь через несколько минут.