Попутчики - Кира Страйк

На указанном месте действительно лежали скреплённые прямоугольники тканей - швеи с утра принесли образцы из нового поступления.

Дверь отворилась и эта кобыла, простите за прямоту, рухнула ко мне на колени, уткнувшись сиськами в лицо. Я даже увидеть не успел, кто был тем самым посетителем, как дверь грохотнула обратно.

- Ой, простите, я такая неловкая. - устраиваясь поудобнее, промурлыкала эта прошаренная стерва.

Ну вот это она уже совсем напрасно сделала. Раздражение моментально переросло в ярость. Да с чего она вообще решила, что со мной можно проворачивать подобные трюки?

Резко выбросив тело из кресла, скинул сучку с колен. Теперь она перестала быть в моих глазах женщиной - враг - существо бесполое. А то, что это не друг и даже не банальная кокетливая дура, желавшая пофлиртовать с успешным дельцом, стало совершенно очевидно. Слишком разумные глаза на фоне идиотских поступков выдавали её  с головой. Провокаторша. У дамочки явно имелась какая-то цель. И я вытрясу из неё правду.

С позволения сказать, клиентка, неловко шмякнулась на пол и теперь пыталась выпутаться из собственных юбок, чтобы подняться. Преодолевая дикое желание вышвырнуть стерву за дверь, осознанно не предпринимал никаких действий, чтобы помочь, дожидаясь, когда она набарахтается. Очень эффективный приём для деморализации противника - поставить его в глупое положение и продержать в нём подольше.

Нужно было во что бы то ни стало выяснить, из какого она стана. Сама придумала идиотский план, или кто надоумил-подослал? Мы сейчас уязвимы, как никогда. Наверняка имеется масса желающих помешать или присосаться к нашему возрастающему успеху. Поэтому, просто выкинуть на улицу - непозволительно.

- А мне говорили, что вы галантны с девушками. - багровея от злости и неловкости момента, прошипела Серея, - Что, даже руку не подадите?

- Сама справишься. - отбросив всякую вежливость, холодно ответил я.

Наконец, она поднялась, отряхивая платье и сдувая с лица выбившиеся из причёски волосы.

- Вы - хам и животное. - надо же, она ещё и ерепенилась. Крепкая, однако, штучка, - Я сейчас всем расскажу, что вы пытались надо мной надругаться! - она решительно потопала к двери.

- Стоять! - свирепея рявкнул я, - А ну, стерва, села на стул!

- Что? - слегка присев от моего рыка, дамочка несколько растеряла хладнокровие.

- Села... сказал... на стул. - чеканя каждое слово и медленно надвигаясь на неё бешенным Халком, процедил я, - И только попробуй мыркнуть не по делу. Ну-у... Сама задницу прижмёшь, или помочь?!

С мадамкой, видать, никогда в жизни подобным образом не разговаривали. Впечатлившись угрозой, она на полусогнутых раненой ланью прянула к стулу, где и застыла, забыв жеманничать и хорохориться.

- А теперь рассказывай.

- Что... рассказывать? - кажется от паники и страха у дамочки и в самом деле приключился паралич мозга.

- Кто тебя подослал.

- Н-н-никто... я... вы... никто... н-не знаю.

- Включай башку. Пока я не развернул тебе её лицом к стене. - теряя последние крохи терпения, я со всей дури грохнул кулаком по столешнице, вложив в этот удар всю кипевшую сейчас во мне ярость.

- Родители! - сжавшись в комок, выкрикнула она.

- Какие родители? - от неожиданности заявления, у меня даже пыл поугас.

- Ваши родители. - прошептала дамочка, совершенно искренне собираясь сейчас передо мной разреветься.

Твою мать, какая... дурь. Я-то у себя в голове уже переворошил гору вариантов. Ну там конкуренты, кареточники столицы взбунтовались и объединились против нас, при дворе кто может недоволен резким приближением к королю и его благосклонным отношением... Но родители? Чушь какая-то. Я даже успел благополучно напрочь забыть об их существовании в жизни прежнего Алекса. И, как выяснилось, зря.

Окончательно сломленная провалом "операции", Серея уже не сдерживаясь тихо скулила, уткнувшись в платочек.

- На, попей. - сунул ей в руки чашку с водой - Прекрати истерику и рассказывай всё по порядку.

Из перемежаемого всхлипами рассказа "засланки" выяснилось следующее.

Весть об открытии "Каретного двора Реми" долетела не только до потенциальных покупателей, но и до чудесных родителей Алекса. Те сперва ушам своим не поверили, но родовая фамилия в названии салона не предполагала иных вариантов: их малохольный сынок - разбогател. А значит что? правильно. Появилась возможность поправить собственные дела.

Но как это сделать, если сами же отпрыска и отлучили от дома? К тому же сын уже давно и прочно женат, а значит, придётся преодолевать возможное сопротивление к примирению от обоих: Алекса и Тасмин. И вообще, вот эта самая Тасмин - совершенно лишняя в раскладе, прагматично сложенном родственниками. Она им никогда не нравилась. Другое дело - Серея.

Мамаша с папашей ещё до всех этих событий, до венчания Тасмин и Алекса наперекор родительской воле, приглядели её на роль невестки. Причём, даже не удосужившись познакомить между собой самих перспективных "молодожёнов". А что, пускай не из дворян, но семья-то очень даже состоятельная - получше их живут, глядишь, и новоиспечённым сродственникам подмогнут. Тем - титул, Реми - финансовые вливания - все при плюшках.

Да и общий язык с потенциальной невестой нашёлся очень легко. И всё бы ничего, но мягкотелый по жизни сынок на заявление родителей решился первый раз в жизни проявить характер и свалил из дома, оставив прожектёров с дыркой от бублика.

А тут такое выясняется! Пока Алекс считался нищим изгоем, никому до него дела не было, но теперь-то уж сам бог велел возвращать дитя в лоно семьи. Желательно без законной жены. Вот и подбили Серею проявить так сказать, участие и инициативу. А та ж разве против? Замуж так до сих пор и не сходила - перебирала, Алекс без денег, но с титулом и тогда был ей интересен, а уж с внезапно образовавшимся состоянием - и подавно.

Короче говоря, не теряя времени даром, поскакала алчная красотка завоёвывать сердце столичного богатея. И то верно - путь-то не близкий. Успела прибыть ко дню открытия, но сразу благоразумно не сунулась, понаблюдала со стороны, убедилась в достоверности информации.

Планом предприимчивой троицы было очаровать Алекса, занять в его душе место Тасмин, ну и не только, соответственно в душе, первоочерёднее - в койке, забеременеть и порушить брак. Своих-то детей у них пока что не было - следовало поспешать. Вот она и ринулась на абордаж самым надёжным способом - напролом. Родители почему-то считали и ей внушили, что это будет легко и эффективно, так как сынок - тюфяк и мямля.

Ну