Дочь Сатаны - Зотов

— Даже если я паду и останусь одна, то смогу вновь подняться и выстоять против всего, что приготовит мне судьба, — отозвалась ледяным голосом я, незаметно сжав левую руку в кулак. — Однако Вы, я вижу, совершенно иного мнения.

— Именно, совершенно иное и не такое наивное, как у Вас, леди-наивность. — ответил лорд Льюис, осмотрев меня с ног до головы. — Не пожалейте о своём решении.

— Вам, господин Энтони, стоит беспокоиться далеко не о моём благополучии, а о благополучии Вашего сына, — сдержанно произнесла я. — А сейчас прошу меня простить, но я Вас оставлю. Остальные гости также нуждаются в моём внимании.

— Мой сын был бы отличным супругом для тебя. Этот наивный дурак слишком уж любит тебя и верит в то, что ты хорошая девушка. Но на самом деле ты просто глупая, высокомерная, жадная дурочка. Поверь, твоя сестра была такой же, и смотри, как она закончила свою жизнь.

— Что же Вы забыли в доме такой ненавистной Вам девушки, как я?

Я подошла к отцу своего близкого друга практически вплотную и, смерив его серьёзным и холодным взглядом, прошептала:

— Энтони, я чувствую в Вас не просто презрение в свою сторону, нет… То чувство сравнимо почти, что с чистой ненавистью ко всему моему роду.

— Весь твой род был обречён с самого начала на худшую судьбу! Твои родители, сестра, которая на самом деле тебя ненавидела, даже твой дядя, что покончил жизнь самоубийством, твоя крёстная, которая совершила столько злодеяний, а ты её простила и не сдала правосудию… А теперь и ты сама… Какой же позор для Англии.

Эти слова Энтони на краткий миг пробудили во мне гнев и ярость, которые мне с трудом удалось в себе подавить.

Никто не смеет говорить о моей семье подобное, а уж тем более судить кого-то из нас. Никто!

— Я достаточно наслушалась Ваших бредней, милорд, и более не буду терпеть этого, — произнесла я спокойным голосом, хотя в душе желала рвать и метать. — Хотите развлекаться — развлекайтесь, но не смейте портить праздник.

С этими словами я резко развернулась на каблуках и направилась прочь от отца Генри, дабы сгоряча не совершить ничего не обдуманного.

— Так тому и быть… — в последний раз ответил тот, отворачиваясь от меня слишком вальяжно и спокойно.

Себастьян тут же последовал за мной и осторожно обнял мою ладонь своей.

— Душа моя, вижу, разговор был не из приятных.

— Всего лишь очередная встреча с ещё одним ненавистником моей семьи, — тихо ответила я, глубоко выдыхая и пытаясь взять себя в руки.

— Андрэа, успокойся Гробовщик с Греллем в замке с нами, Плуто по твоему настоянию тоже. Если что случится, они среагируют сразу же, второй, во всяком случае, точно.

— Я знаю. И всё же… У меня дурное предчувствие.

С моих губ сорвалась грустная усмешка:

— Или это просто моя собственная паранойя.

— У меня тоже дурное предчувствие, и оно связано с отцом твоего доброго друга. Слишком уж он злобный и слишком… Хитрый…

— В детстве он казался мне совершенно другим человеком. Сейчас же этого мужчину, будто подменили.

— Я постараюсь присмотреться к нему и, быть может, пойму, что же с ним не так.

— Хорошо.

Себастьян всё же мягко и ласково улыбнулся, осторожно сжав моё запястье:

— Ну, а сейчас счастливой имениннице и невесте необходимо наслаждаться своим праздником.

— Я… Постараюсь, — со слабой улыбкой кивнула я в ответ.

— Коли хочешь, душа моя, мы можем устроить музыкальный час. Я как раз нанял десять музыкантов, которые помогут тебе в аккомпанировании твоих любимых композиций.

— Думаю, это точно не будет лишним. Всё-таки наши гости должны запомнить этот бал не только из-за замечательных угощений и напитков.

— Именно так, любовь моя.

Что сказать, далее вечер проходил для всех более отвлечённо и весело, нежели в самом начале. Даже я смогла отвлечься от негативных мыслей, вызванных этим неприятным разговором с Энтони Льюисом.

Но только ближе к ночи, когда у нас уже прошёл прекрасный ужин, отличные танцы, прогулка по саду и там весёлые игры под чистым ночным небом… Пока не случилось то, чего никто не ожидал…

Одна из ловушек среагировала и поймала одного из наших гостей в свои хитрые сети.

Разумеется, я первая незаметно ускользнула с глаз других своих гостей, при этом приказав слугам продолжать развлекать их в моё временное отсутствие. Мне необходимо было раньше всех посмотреть, кто на сей раз решил так глупо рискнуть своей шкурой.

Как ни странно, но к нам в лапы попался даже не демон из высшего статуса. Это был самый настоящий ангел, что изо всех сил старался строить из себя благородную пташку, явившуюся к нам по зову того, кто приказал поймать меня.

Однако… Стоило мне увидеть попавшегося в ловушку ангела своими глазами, как я долгое время не могла в это поверить.

— Энтони Льюис? — поражённая я невольно сделала шаг назад, когда мужчина устремил на меня полный ненависти взгляд.

— Уже нет, — ответил совсем не его голос, который рвался будто музыка флейты и арфы. — Я тот, кто проникал в твои сны, и тот кого ты отталкивала всё это время, любвница-нефилим… Теперь уже любовница демона и истинная дочь Сатаны.

— Решил, наконец, сам явиться вместо того, чтобы посылать своих треклятых пешек? — моя печать на глазу мгновенно засветилась, но на сей раз алым светом, стоило ей ощутить нарастающий во мне гнев. — Что же, браво, тебе едва ли не удалось обмануть меня.

— Хах, глупая смертная и невеста демона, если думаешь, что, поймав меня, ты выиграла войну, то очень в этом ошибаешься, — холодно ухмыльнулся архангел, подняв свои глаза к небесам.

— До моей победы в войне ещё далеко, однако это не отменяет того, что я выиграла очередное сражение. Почти выиграла, — я решительным шагом направилась в его сторону. — Мне всего-то и нужно, что убить тебя.

— Даже находясь в теле смертного, ни одно оружие не сможет убить меня. Даже твой несчастный демон не сможет и поцарапать меня так легко.

— Ты в этом так уверен. Жаль тебя разочаровывать, однако, со времени нашего последнего с тобой разговора многое успело поменяться.

Подойдя ближе к архангелу и заставив печать засветиться ярче прежнего, я вытянула левую руку в его сторону и сжала её в кулак, тем самым заставив своего врага пасть на колени и схватиться за голову, зашипев от боли.

— Я стала куда сильнее, чем прежде.

Сквозь болезненные ощущения тот злорадно