Не заигрывай со мной - Алёна Май

Кирилл ущипнул меня за нос, а я подалась навстречу, показывая свою полную боеготовность.

— Хоть с дедушкой, если это ты.

— Как сладки твои речи, Майя, — улыбнулся Кирилл, прижимая к себе ближе. — Но укол сделать все равно надо.

Я взвыла, отводя взгляд вниз, словно искала помощи у прохожих. Кирилл аккуратно повернул меня к себе за подбородок.

— Прошу в койку, мадам.

Он пропустил меня внутрь квартиры. Я на прямых ногах дошла до кровати и упала лицом в мягкое и пушистое покрывало.

— Сделай это быстро! — призвала Кирилла не тянуть.

— Ты уверена? — его руки коснулись внешней стороны бедра и двинулись по ноге вверх, дошли до пояса шорт.

— Уверена! — его сексуальные поползновения совсем не сглаживали приближающийся ад.

Кирилл отошел в кухню и подготовил лекарство, вернулся со шприцем в руках.

— Спускай штаны, — приказал он.

И это уже не звучало сексуально, как бы мне не хотелось услышать эту фразу при других условиях. Покорно оголила ягодицу, не думая о том, что уколы мне делает парень, с которым я даже сексом еще не занималась, но член которого уже побывал у меня во рту. Я была на грани того, чтобы возненавидеть Кирилла и всю свою жизнь. Хотя он и не был виноват в том, что я перебарщивала с жирной пищей, что и привело к приступу.

— Я буду нежен.

— Ты только обещаешь. Ай!

Игла проткнула кожу, ощутила давление вводимого лекарства под кожей. Кирилл ставил мне уколы от тошноты, чтобы я беспрепятственно могла есть и принимать лекарства. Скоро эта экзекуция закончился, но я четко решила не допускать повторов. Его губы коснулись кожи и это могло бы вызвать приятные эмоции, но я лишь застонала. Еле сидела после этих уколов, не говоря о том, как скучало тело по танцам.

Я днями и ночами бездумно валялась в кровати, пыталась что-то готовить, пока Кирилл отлучался, но лучше бы не пыталась. Я чувствовала себя слепым и беспомощным котенком, что только родился. А Кирилл как мамочка-кошка вылизывал меня и поил молочком.

— Каша тебя ждет.

— А сыр? — взмолилась я.

— Простите, мадемуазель. Каша с сыром вас ждет.

Кирилл поклонился как какой-нибудь дворецкий. Я полюбила овсяную кашу с сыром. Не с ягодами, не с вареньем, да и масло не так и нужно. Пару ломтиков нежирного сыра, и я таяла как этот желтый прямоугольник.

— Углеводы на ужин?

— Могу вареной курицы положить на тарелку.

— Каша — отлично!

На курицу я уже не могла смотреть.

Мне дико нравились эти размеренные дни с Кириллом. И я с предвкушением ожидала тот день, когда произойдет то самое. Кто бы знал как сильно я его хотела. У меня сносило крышу, когда он обнимал меня во сне; когда Кирилл выходил из душа в одних трусах; когда готовил для меня; когда мы смотрели кино или читали перед сном (он — книги, я — бездумно листала соцсети) в неярком свете торшера. Каждую гребаную секунду я думала о сексе с ним. Представляла, каким он может быть. Так и хотелось напасть на него ночью ненароком, но я держалась. Из последних сил.

Мне стало намного лучше за пару дней. Может, из-за заботы Кирилла, а может из-за лекарств. Мои дни омрачали лишь уколы. Стоило представить как острый конец иголки шприца пронзает кожу, и меня всю передергивало. Меня часто называли наркоманкой, но я просто не могла ей быть.

— Какой фильм хочешь посмотреть?

— «Гордость и предубеждение», — без колебаний выбрала фильм. — С Кирой Найтли.

— Нет. Этот фильм мы будем смотреть только в версии 1995 года.

— Почему?

— Поймешь, когда прочитаешь книгу.

Кирилл потянулся к тумбочке у кровати и достал оттуда подобие планшета.

— Что это?

— Электронная книга.

Я уже видела её, когда шарила по шкафам, но совершенно не поняла что это и как включить. Я и техника несовместимы.

— Можешь брать, когда захочешь.

— Не видела тебя с ней.

— Я её в поездки беру, чтобы бумагу не таскать.

— Спасибо, — смущенно взяла в руки гаджет с почти отсутствующей подсветкой. — Я мало читаю.

— Я бы читал больше, но времени не хватает. Не знаю, что тебе нравится. Можешь закачать, что хочешь.

Кирилл говорил так, будто я собиралась остаться у него дольше, чем на пару недель. Или как будто он мне её дарил. Я не стала уточнять, лишь полистала список книг. Там было много школьной классики, которую я игнорировала.

— Любишь классику?

— Не то, чтобы люблю. Просто считаю, что так я могу погрузиться в те времена, когда интернет был недоступен и посмотреть на мир глазами писателей. Многие, конечно, были так себе ребята. Точно не пример для подражания, но они, так или иначе, представляли свою эпоху.

— Никогда не думала в таком ключе.

— «Евгений Онегин» Пушкина ничем по сути не отличается от сериалов по телевизору. Прошло двести лет, а проблемы у людей не изменились.

— Надо перечитать, — задумчиво сказала я. — Никогда не пыталась сравнивать.

— Мое любимое — это произведение Замятина «Мы». Шикарная антиутопия. Все эти «О дивный новый мир» и прочее и рядом не стояли. Как не перечитываю, нахожу что-то для себя новое. Сто пятьдесят страниц глубокого смысла. Но также интересно то, в каких условиях писался этот роман и в каких годах.

Кажется, я затронула тему, которая очень волновала Кирилла. Ведь он так открыто, увлеченно и яростно обсуждал со мной классическую литературу. Я же не могла поддержать его речи, лишь кивала в ответ и говорила, что обязательно прочитаю, чтобы иметь возможность с ним обсудить.

Я не смогла досмотреть кино до конца. Стало привычкой засыпать у него на плече и просыпаться посреди ночи под его мерное сопение. Я прижималась ближе, чтобы дольше чувствовать его тепло. Его руки нежно обнимали меня и гладили по голове, успокаивая тело и душу. И вызывая волну возбуждения, с которой я уже с трудом справлялась. Кирилл казался каменным изваянием, столько в нем было выдержки. Это показатель взрослого человека, или потеря интереса ко мне?

Пора было брать всё в свои руки, раз он принял нейтральную позицию. Я чувствовала себя более чем здоровой. Но нужно подготовиться.

Пока Кирилл учил детей танцевать и возил готовил их к соревнованиям, я пыталась создать подходящую атмосферу дома. Поэтому я шерстила интернет-магазины в поисках того, что вызвало бы отклик. Мне очень понравилось, как выглядят на девушках всякие портупеи и гартеры, это показалось мне сексуальным — улетело в корзину. Неглиже с дырками