Настольная книга сердцеедки - Арина Холина

Наконец Римма открыла замок, девушки заехали во двор и вошли в дом.

— Я в ванной была, — сказала Римма, что, видимо, следовало принять как извинение.

— Ну да… — хмыкнула Даша, не скрывая недоверия.

Римма Генриховна, конечно, была в халате, но это было роскошное шелковое кимоно, которое вряд ли наденешь после душа. К тому же она никак не походила на человека, пять минут назад отмокавшего в горячей воде.

— Ладно, пошли, — кивнула Римма и повела девушек за собой. — Ну, чего вы от меня хотите?

Даша назло Римме долго и подробно излагала ситуацию. Римма ерзала, много курила, но выслушала ее, почти не перебивая, если не считать того, что пару раз вставила: «Какая чушь!» и «Полный бред!»

— Ты уже знаешь, что надо делать? — поинтересовалась она, когда Даша закончила.

— Не совсем… — Даша приняла задумчивый вид. — Понятно, что всякие там прыщи не годятся. Ну и болезни тоже.

— Я знаю, что делать! — воскликнула Аврора. — Надо сделать так, чтобы она влюбилась. В кого-то еще.

— Да! — воскликнула Даша. — В кого-то лысого, толстого, прыщавого, потного и нищего!

— Не обязательно, — ухмыльнулась Аврора. — Достаточно, если она почувствует на собственной шкуре, что такое безнадежная любовь.

— Да! — легко согласилась Даша.

— Пусть лучше это будет кто-то из знакомых, — предложила Римма.

— Почему? — удивилась Аврора.

— Потому что вы не пойдете на улицу и не скажете первому попавшемуся мужчине: «Можно вас сфотографировать? Ничего особенного — просто нам нужно зачаровать одну непроходимую стерву, которая в вас влюбится!»

— А ведь классная идея! — восхитилась Даша.

— Почему мы не можем влюбить ее в… ну, в Федора Бондарчука?

— Потому что Бондарчук женат, и мы не имеем права портить ему жизнь, — твердо заявила Римма Генриховна. — Надо кого-нибудь… с дурной репутацией.

— Эврика! — Даша вскочила со стула. — Донат!

— Что — Донат? — опешила Аврора.

— Пусть в Доната влюбится!

Римма и Аврора молчали.

— Ну? — Даша развела руками. — Кого хороним?

— Даш, ты бредишь? — с трудом выдавила из себя Аврора.

— А в чем дело? — Даша уперла руки в боки.

— Дело в том, что ты то кричишь о своей великой любви, но подсовываешь Доната Алисе, то говоришь, что никакой любви нет, то все-таки признаешься, что любишь Доната и будешь любить его вечно, а теперь опять предлагаешь отдать его на растерзание этой мерзавке! Ты в своем уме? Есть клиника неврозов для ведьм? — обратилась она к Римме.

— Ага, а ты, получается, знаешь, чего хочешь… — Даша тоже вышла из себя. — Сидишь, забившись в угол, ноешь, какие все плохие, как несправедливо устроен мир, а теперь строишь из себя самую умную. Ишь мисс Здравомыслие выискалась! Тебе не приходило в голову, что всегда есть выбор — иногда между плохим и хорошим, иногда между плохим и плохим, а иногда между хорошим и хорошим. Представь, что в один день, в одно время, тебя награждают Нобелевской премией и «Оскаром». Куда ты пойдешь? Я выбрала семью, я выбрала тебя, и я не знаю, правильно ли сделала, что не выбрала мужчину, который перетрахал тысячи женщин и даже не сказал мне, что я ему нравлюсь. Но, уж извини, это мое решение, и даже если я вижу тебя в последний раз, я его не изменю. Из принципа!

Даша рванула на выход, но Аврора бросилась за ней и вцепилась подруге в руку. Мирились они не меньше часа — со слезами, упреками и признаниями во взаимной любви и дружбе, но все-таки помирились.

Даша отдала Римме фотографии Алисы и Доната — оказывается, она таскала с собой прямо-таки фотоархив, — и та немедленно выгнала подружек, заверив их, что назавтра Алиса жить не сможет без Доната.

Из машины Даша позвонила Донату и сказала, чтобы тот приезжал завтра — будут делать наследника.

— Ты серьезно? — Аврора аж подпрыгнула на сиденье.

— А что я еще могла сказать? — воскликнула Даша. — Приезжай, соскучилась? Ха-ха!

— Да-а… — загрустила Аврора, которой вся эта история начинала сильно не нравиться.

Даша привезла ее домой, но отказалась подняться — сказала, что хочет побыть одна. Едва Аврора сунула ключ в скважину, дверь открылась и на пороге показался Никита — такой домашний, уставший, в тренировочных штанах… У Авроры сжалось сердце: как она могла ему не верить? Между ними есть то, чего никогда не будет между ним и Алисой, — любовь, доверие, душевная привязанность. И он ведь не маленький, понимает…

Никита прижал ее к себе и долго держал в объятиях — Аврора оттаивала, как с лютого мороза, и ощущала, что, когда они вдвоем, на душе так тепло, так уютно… Ей хотелось заплакать и все ему рассказать, но еще было рано для подобных признаний, поэтому она просто его поцеловала и почувствовала, что в этом поцелуе — вся ее жизнь, вся ИХ жизнь, все то, что она не может выразить словами, или то, что и не стоит называть, — глубину ее любви к Никите заполнить может только… секс.

И это был первый совсем не секс или не совсем секс в ее жизни. Ее не просто тянуло к нему физически, это была не просто страсть — это был огонь. Аврора уже не понимала, чем именно она его чувствует — телом, душой? Все сливалось, и она ощущала, что ее любовь к нему странным образом можно выразить, слившись физически, проникнув друг в друга. Когда так любишь, что почти не чувствуешь своего тела, не замечаешь, что пол жесткий, что колени не гнутся в другую сторону, что рука затекла, а твои ногти прямо-таки вросли ему в спину, ей казалось, что все происходит только в ее сердце, в душе и в голове, и само физическое удовольствие было лишь прелюдией к тому, чтобы сказать: «Я хочу жить с тобой всю жизнь!»

«Наверное, это и есть та самая, настоящая, любовь…» — улыбнулась про себя Аврора, когда все закончилось. И она заснула в самом замечательном настроении.

Наутро, едва Никита ушел, позвонила Даша.

— Римма сказала: все в порядке, — обрадовала она подругу.

Но Аврора, которая только что видела самые нежные, романтические и прямо-таки возвышенные сны и проснулась в состоянии невыносимой любви к Никите, не очень-то и обрадовалась, хоть и постаралась себя не выдать.

— Отлично! — бодро воскликнула она. — Супер! И что теперь? — поинтересовалась она, про себя кляня все на свете. «Зачем только мы это затеяли? — думала она. — Психопатки!»

Даша пояснила. Авроре следует умыться, накраситься, нарядно одеться и ехать в ресторан «Ностальжи», где у Алисы будет «обед с Никитой». Даша надавила на секретаршу, и та передала Алисе приглашение якобы от Никиты, у которого — вот совпадение! — сломался мобильный.

— А с мобильным ты как управилась? — удивилась Аврора.

— Кто рано встает — тому бог подает, — усмехнулась Даша. — Заехала к нему в офис, сказала, что ты попросила привезти тебе платье, а к тебе домой я вроде как не успеваю, и когда он пошел за сахаром — он же вежливый, предложил мне чаю, — вынула аккумулятор и опустила его в кипяток. Все просто.