Протеже - Джастин Валенти

– П-п-почему у меня нет велика? – заныл Джой.

– Потому что ты маленький, – отрезала Дэйзи. – А я уже большая! Мама, купи мне велик!

– Цыц, малявки! Это все одна показуха! – сердито соврала Сара. Господи, за что такая несправедливость? Ее дети ничуть не хуже других! Конечно, по телику идет одна показуха, но ведь немало и таких детей, у которых есть красивые шмотки, велики и настоящий дом…

Как только шоу закончилось, Дэйзи и Джой выскочили на улицу играть с ребятишками Гарсиа, а Сара поблагодарила за доброту Розу и Хулио. Хорошие они люди, эти Гарсиа, на таких вот земля держится. И детки у них хорошие, хоть по-английски ни бум-бум.

Между прочим, это тоже беспокоило Сару. С каждым годом на шабашке оставалось все меньше настоящих американцев, поэтому Дэйзи и Джой гораздо легче говорили по-испански, чем на родном языке.

– Эй, дети, пора спать! – крикнула Сара в окно.

Она вздохнула и вытерла потный лоб. Пусть еще малость побегают. Может, хоть немного устанут. И откуда у них столько сил? Правда, когда-то Сара была такой же неугомонной, но тяжкий труд под палящим солнцем вытянул из нее все жилы.

Пожалуй, стоит сейчас поковыряться в машине, пока малышня не вертится под ногами. Лук уже весь убран, а в Орегоне поспела ежевика. Вот только выдержит ли их «додж» такой путь?

И Саре внезапно осточертело все на свете: уборка урожая, страх за машину, которая вот-вот развалится посреди дороги, необходимость держаться подальше от Уолта… И что ему неймется? Она для него никто и не любила его никогда, и дети ему не родные – так почему он не хочет оставить их в покое? Конечно, если бы Сара где-то осела, Уолт мигом бы отвязался. Он здорово боится городов.

У «доджа» давно облысели покрышки и не было запаски. Любой встречный шериф мигом отправит такую машину на свалку.

И тут Сара заметила, что одно из колес спускается прямо на глазах. А в следующий миг с хлопком оборвался ремень вентилятора.

– О Господи, только не это! – Она выключила зажигание и рухнула прямо на песок. Все без толку. Стоило заменить одну износившуюся часть, как летела другая. Во сколько обойдется замена трех колес и ремня?

Она побрела в дом и развязала старый чулок, в котором хранила свои скудные сбережения. Мало, слишком мало. Придется продать машину на лом.

Ну что ж, черта с два она потащится на новую ферму. Нет, она отправится прямиком в город Нью-Йорк. Лукас катается там как сыр в масле – вот пусть и поделится с ней.

– Спасибо, Диана, что согласились встретиться, – промолвила Гвен Ван Рик, дрожащей рукой поднося к губам чашку кофе. – Я знаю: вы – занятая женщина, и не отвлеку вас надолго.

– Ничего страшного. – Диана разглядывала Гвен с любопытством. Ее очень удивил звонок едва знакомой особы. Они иногда встречались на деловых совещаниях, но даже не всегда здоровались. Правда, Диана знала, что Гвен Ван Рик уже много лет с успехом подвизается в жанре мыльных опер и, в частности, пишет сейчас сценарий для сериала «Ночью и днем», собственности «Первой американской телестудии».

Судя по голосу, Гвен была очень расстроена, и Диана не решилась отказаться встретиться с ней, хотя не получила никаких объяснений по телефону. Кто знает: может, просто одну несчастную бабу потянуло поплакаться в жилетку другой, такой же несчастной?

С первого же взгляда Диане стало ясно, что она не ошиблась насчет душевного состояния Гвен. Она помнила эту женщину ухоженной и уверенной в себе. Теперь Гвен опустилась и была близка к истерике. Господи, так же чувствовала себя сейчас и Диана!

– Насколько мне известно, – начала Гвен, – Ники де Поль была вашей ассистенткой. Скажите, долго ли она у вас проработала?

– Ники пришла к нам года два назад, – со сдержанной неприязнью отвечала Диана. – Она неплохо справлялась с мелкими поручениями, однако мечтала о большем – о том, чтобы стать самостоятельным автором и продюсером. А я, чертова дура, пыталась ей помочь. Я… – Тут Диана осеклась и попыталась взять себя в руки. – Простите, но, пока я не ударилась в патетику, мне бы хотелось знать, в чем все-таки дело.

Гвен, смертельно побледневшая при первых же словах Дианы, вдруг сморщилась и поднесла к лицу ладони, но ей не удалось сдержать рыданий.

Растерянная Диана молча ждала, когда Гвен придет в себя. Столь искреннее проявление горя внушило сострадание: ведь ей и самой сейчас было очень несладко.

– Извините. – Гвен всхлипнула. – Я вовсе не хотела устраивать перед вами спектакль. Мне казалось, что все уже отболело, но как-то вдруг стало так плохо…

Вздыхая, Гвен рассказала Диане о своем знакомстве с Ники и о том, как та оплела ее паутиной лжи.

– Мне и в голову не приходило, что она имеет отношение к «Эбботт и Синклер» или лично знакома с Люком Мерримэном. Ники твердила, что мечтает стать актрисой.

– Она и есть актриса, и весьма недурная, черт бы ее побрал, – процедила Диана.

– Диана, я… я долго не решалась довериться вам. Видите ли, я очень скрытный человек…

– Понимаю. – Диана все больше и больше сочувствовала Гвен. – Можете не сомневаться, я не стану болтать. А кроме того, я догадываюсь о том, что вы сейчас чувствуете. Господи, и как только она на такое пошла?

– И все же пошла. Я понятия не имела о том, что меня используют, то есть заставляют генерировать все новые и новые идеи… Кстати, идея «Шоу Люка Мерримэна» тоже принадлежит мне.

Слушая Гвен, Диана с изумлением узнавала, как далеко зашла Ники в своем неуемном стремлении сделать карьеру на пустом месте. Даже те два предложения, что показались Диане приемлемыми, были украдены у Гвен.

– Ей не приходилось особо напрягаться, – продолжала Гвен. – Ведь я не спала ночами, стараясь выдумать для нее что-нибудь новенькое. Мне непонятно одно: ради чего она столько врала?

Зато Диана уже все поняла. Ники запутывалась больше и больше. Ей было куда проще придумать новую ложь, чем выложить правду, особенно Гвен. Вряд ли Ники действительно бисексуалка: она слишком откровенно заигрывала со всеми мужиками. Диана попыталась объяснить это Гвен, но не тут-то было.

– Мне казалось, что о наших с Люком отношениях знают все…

– Я ничего не знала, – возразила Гвен. – Я вообще не прислушиваюсь к сплетням.

– Ну, в общем, мы были близки, а Ники потом призналась, что с самого начала положила глаз на Люка. И наконец-то его заполучила… – Диана умолкла.

– А мне до сих пор не верится, что ее интересуют мужчины, – упрямо возразила Гвен. – Вполне возможно, она трахается с ним с единственной целью – утвердить свое положение в «Альфа телевижн». – Гвен снова заплакала. – Как я могла так ослепнуть? Я не ребенок, многое успела повидать! Но я никого еще не любила так, как Ники!

У Дианы тоже навернулись на глаза слезы.

– И я была не менее слепа. – Она попыталась улыбнуться. – Ну и картинка! Пожалуй, мы обе хороши, вы не находите?