Чувственная пытка - Воск

– Зато ночь была веселая. Рейд у нас был. Нервы потрепали знатно. Вот теперь лежу, отсыпаюсь. А ты чего звонишь? Что-то случилось? – настороженно произнесла подруга.

– Нет. Не случилось. У меня все хорошо…

Жаловаться не хотелось.

– Опять, небось, к родителям надо? – попала она в точку. – Так?

– Ага, – устало призналась я.

– Подожди, ты же еще должна быть несколько занята, – в ее голосе я различила улыбку.

– Ну, я как бы и занята немного, но в данные десять минут свободна.

– И как все прошло? – полюбопытствовала подруга.

– Отлично. Лучше не придумаешь. Я была на седьмом небе сто миллионов раз, – я не соврала ни на йоту. – Он самый лучший. Самый-самый!

Последние слова вырвались помимо меня. Видимо, это душа хвалилась.

– Так вы нашли общий язык с Нежданом? Я так за вас рада. Наконец-то он добился своего, – продолжила подруга.

– Ну да, – только и я смогла вымолвить. Слова Ветки меня насторожили. – Все так и есть.

– Я же ему говорила, что у тебя чудеснейший характер и ты все поймешь, а он все боялся. Нет, говорит. Так нечестно. А я считаю, тебя давно надо было в охапку и на плечо.

– Ага, – подала голос я, а внутри меня что-то замерло. Я еще не до конца понимала, в чем дело, но, похоже, меня провели. – Так это ты придумала?

Я кинула пробный шар и, кажется, выбила страйк.

– А кто же еще мог? Я, каюсь. Но ты же меня простишь?

– И давно ты знаешь Неждана?

– Я?! А ты что, не помнишь?

О чем это она? Провалами в памяти я никогда не страдала.

– Что я не помню? – поинтересовалась я у Светланы.

– Как защищала его в четвертом классе.

Что это за новость?

– Нет. А должна была?

Любопытство подняло голову.

– Конечно. Помнишь очкарика, за которого ты вступилась, когда его чуть не прибили недалеко от школы?

Неужели я всех людей должна помнить, которых встречала на своем пути?

– Честно? Не помню.

Смысла говорить о том, чего не было, я не видела.

– Ты еще тогда милиционера привела, а он-то и разогнал обидчиков.

Какие-то смутные воспоминания пришли мне на память.

– Может быть, что-то и было… но так давно.

– Странно. А вот он помнит, – раздалось в трубке.

– Сколько лет прошло с того времени? Что-то и могла позабыть. Так, а ты получается, с ним общаешься?

Шило ревности со всего размаха вонзилось в сердце. Знаю я, как Светлана с мужчинами дело имеет: пара слов и они уже любовники.

– Это вряд ли можно назвать общением. Тебе разве Неждан не сказал?

Светлана была в недоумении.

– А что, он должен был? – осторожно спросила я.

– Ну, раз все рассказал…

– Он ничего мне не сказал, – припечатала я.

– Подожди, это получается, что я нас сдала с потрохами?

– И давно вы затеяли эту операцию? Случайно, скрытой камерой не снимали? – ядовито произнесла я, меряя комнату шагами.

– Ты все не так поняла. Он же должен был тебе рассказать. Мы же договаривались. Он обещал, – обиженно прохныкала Светлана.

– Я не знаю, кто что кому обещал, но, кажется, кто-то меня очень хорошо подставил. Ты случайно не знаешь, кто?

Мой голос сочился ядом, а сама я ходила по комнате в чем мать родила.

– Тебе же все понравилось. Разве не так? – решила пойти в наступление подруга.

– Я всегда знала, что доверие к близким людям когда-нибудь меня погубит. Сколько раз наступала на одни и те же грабли… и вот опять…

В это время заметила, что в комнате я уже не одна. Неждан вышел из ванной, безумно красивый в своей наготе. Он вытирал полотенцем волосы, на теле поблескивали капельки воды.

– Я вновь вступила в …

Думаю, что не стоит продолжать, описывая то, куда я попала.

– По-моему, ты преувеличиваешь.

Светлана постаралась меня образумить, но я закусила удила.

– Уж ты должна прекрасно знать мое отношение к различного вида розыгрышам и обману.

Я смотрела в глаза цвета черной смородины и понимала, что именно в этот момент что-то внутри меня рвется.

– Что тут такого? Ничего же страшного не произошло.

Подруга меня не понимала.

– Ты ошибаешься.

В груди выпустил иголки еж обиды и разочарования. Оказывается, все было продумано и просчитано, кукловоды дергали за ниточки, а я послушно шла куда надо.

– Я тут несколько занята, а потому прекращаю наш разговор. Все, что требовалось, я узнала.

В теплом помещении мне вдруг стало холодно, как на Северном полюсе. Ненавижу оказываться в глупом положении, а именно так я себя сейчас ощущала. Разговор с подругой был прерван моей недрогнувшей рукой.

Из меня рвались тысячи слов, обвинений, вопросов. Я смотрела на Неждана и понимала, что во мне сейчас бурлят эмоции, и если они выплеснутся наружу, то будет плохо всем. А больнее всего мне самой. Еще недавно я боялась того, что следует подумать о будущем, проснувшись рано утром. Придется последовать этой идее.

– Ты все знаешь?! – то ли вопрос, то ли утверждение произнес Неждан.

– Так всегда бывает, самые заинтересованные люди о самом интересном узнают в самую последнюю очередь.

Сарказм все же просочился в голос.

– Позволь мне объяснить.

Он, видимо, посчитал, что это возможно. Зря.

– Зачем? – пожала я плечами.

– Как зачем? – непонимающе взглянул он на меня. – Чтобы ты поняла.

– Мне все и так ясно. Два человека обманули третьего, выставив того полной дурой, – усмехнулась я собственной оплошности.

Вот и ответ на мой вопрос «как мог такой мужчина оказаться в борделе?» А никак. И «ночной бабочкой» он не был никогда. Такие в проститутки не идут. Как же все прекрасно было просчитано, до малейших мелочей. Подруга знала мой психологический портрет на все сто процентов, ведь недаром она работала штатным психологом в органах внутренних дел.

Неждан стремительно направился в мою сторону, желая меня обнять. А вот этого не стоило делать…

* * *

– Что это такое? – громыхала трубка голосом Неждана.

Я лежала в ванной и пыталась расслабить напряженное тело и выбросить прочь невеселые думы. Было жутко тоскливо и жалко себя любимую, но делать нечего. Решение принято. Памятная неделя была самой чудесной из всех, которые можно представить, но с нее прошло уже несколько дней. Тем горше было чувствовать себя обманутой. Настало время платить по счетам. И зачем я только взяла трубку? Думала, что это… а оказалось…