Жених или Невеста? - Яна Малышкина

Что делали с моими волосами и кожей я вспоминать не хочу. Руками и ногами я боялась пошевелить, чтобы не вернулись неприятные ощущения.

Когда пришло время одевать свадебное белье, то я очнулась и стала вырываться. Откуда я знаю, кто это выбирал? И вообще, где взял. Не буду!

Узнав причину моих трепыханий, мне пояснили, что платье, туфли и фату выбирал господин Соколов. А вот белье заказали в салоне, доверив выбор девушкам-консультантам.

Услышав фамилию Арса, я успокоилась. Но тут у меня возникли другие подозрения. А Марк видел это платье и все остальное? Мне поклялись, что жених не видел и даже не догадывается в чем я буду.

Эта София Мэй и ее девочки оказались действительно профессионалами высшего уровня. Так как через пятьдесят пять минут я стояла перед зеркалом и смотрела на свое отражение.

Платье сидело, как влитое. Туфли были очень удобными, и шпилька не ощущалась. Моя кожа сияла и была очень нежной. Волосы были завиты в большие локоны и собраны в прическу шпильками с кристаллами сваровски, которые сверкали и переливались. Макияж был незаметен, но глаза были красиво подчеркнуты, а губы привлекали внимания, хоть и были нейтрального цвета.

Я смотрела на нежную девушку в зеркале и не могла поверить, что это я. И что все это происходит со мной. На приемы я тоже ездила из салонов, но не в белом платье в пол.

Двери открылись и ко мне подошел отец.

— Мда, и как Марк все это время ходил и не мог признаться? Не понимаю. Такую девушку надо хватать и тащить в пещеру, пока другие не украли.

— Пап. Ты откуда узнал, что Марку я нравлюсь? Если даже для меня это новостью стало. — Я посмотрела на отца. Он был одет в черный костюм с жилетом и без галстука. В руках держал небольшую коробку.

— Смеешься? Да мы с Арсом все гадали, когда уже вы будете вместе. Одна делает вид, что он всего лишь ее друг. Другой ходит и смотрит несчастными глазами и всякие глупости выдумывает. И оба молчат, как партизаны.

Я хмыкнула.

— Держи.

Отец открыл коробку. И я задержала дыхание. Украшений у меня много и разных. И не скажу, что фанат всех этих камушков. Но вот произведения искусства я люблю. А это оно и есть. Ажурно, воздушно и элегантно.

— Пап, ты где такую красоту купил? — выдохнула, осторожно дотрагиваясь до розоватых и голубых бриллиантов. А это они. Их не спутаешь. Черт, да это же целое состояние. И это для меня?

— А это не я покупал. Это твой Марк постарался. Сказал, что если еще платье он может доверить другу, то украшения покупает тебе только он. Да и насколько я понял, он уже давно это купил для тебя.

Я самую капельку, на один ноготок своего свадебного маникюра смутилась. Так получилось, что действительно все украшения я выбирала с Марком или он мне их дарил.

— Одевай, невеста. А то он и так уже раз десять порывался пойти проверить, не сбежала ли ты. Всех уже допек. Ему даже валерианку предлагали.

Я быстро надела сережки, которые чудесно смотрелись с моими темными волосами. Отец помог застегнуть ожерелье и браслет.

И все. На выход. Ой, мамочки, кажется, уже мне требуется валерианка.

— Ань, ты же Марр. А ну перестань нервничать. Ты даже на первые переговоры так не волновалась. — Негромко сказал мне отец, ведя по коридорам.

— Марр я. Только знаешь совсем как-то не хочется отключать эмоции сейчас. На свадьбе.

— Тогда нервничай, чтобы уж на всю жизнь запомнилось. — Подумав согласился.

Мы подошли к большим дверям. Возле которых нас ждал Лев Георгиевич и Мария. Оба празднично одетые и веселые.

— Аня, маленькая моя. Большая уже стала, замуж выходишь. — Кинулась ко мне женщина.

— Могу не выходить. — Предложила я.

— Я тебе дам не выходить. — Погрозила мне букетом лилий. — Ох, и намучается еще Марк с твоим характером. Хотя он тоже хорош. И ведь меняется парень в лучную сторону, чтобы тебе нравиться, и ты была счастлива.

— Это когда он по менялся? По-моему, вы преувеличиваете. — Спросила я.

— Например, когда бросил курить и больше к сигаретам не притрагивался, когда узнал, что ты терпеть не можешь табачный дым. — Невозмутимо рассказал Лев Георгиевич.

— Марк курил?! — Воскликнула я в шоке.

— Да, и она собирается замуж. Ты хоть знаешь, кто его родители? — спросил меня скептически отец.

— Эм, ну они его родители. — Это все, что я смогла произнести.

— Ну ничего, после свадьбы узнаешь. А то я удивился чего он пришел устраиваться в «Обсидиан». Потом понял. — Хмыкнул отец.

Спросить подробнее я не успела. Мне вручили в руки букет пионов. Шепнув, что Марк привез. И открыли двери. Заиграла музыка. Отец потянул меня вперед, сама я как-то не могла двигаться.

Марк. В черном однобортовом костюме, белоснежная рубашка и, как всегда, без галстука и бабочки. Волосы почему-то взлохмачены. И волнение в зеленых глазах.

Он не сводит с меня взгляда. И, кажется, не дышит. Я сделала только несколько шагов, а Марк не выдержал и пошел мне на встречу.

— Мда, а ведь несколько лет не мог решиться. — Услышала тихий голос папы. Он отпустил мою руку.

Марк быстро приблизился и остановился в одном шаге. Вижу, что хочет обнять, но держит себя в руках. Протягивает мне руку и смотрит вопросительно. Никогда не давил, был рядом и любил.

Улыбка, наконец-то, появляется на моих губах. Я беру Марка за руку. Он держит крепко. Зеленые глаза сияют. Мои, наверное, тоже.

Мы встаем перед женщиной, держащей папку с гербом. Я чувствую, как на палец мне одели кольцо. Недоуменно опустила глаза вниз.

— Это на помолвку. А то не успел в особняке. — Негромко поясняет Марк, голос его звучит весело. Руку он мою так и не отпускает.

— Рощин Марк Андреевич, согласны ли вы взять в жены Марр Анну Александровну? Любить и заботиться о ней всю жизнь? — Торжественно спросила женщина.

Не поняла.

— Подождите. А разве вы не должны сказать, как брак важен, священность союза и прочее? — спросила я.

— Обычно да, но ко мне уже человек пять подошли и попросили, чтобы я просто и быстро спросила согласие. И расписала вас. А жених так три раза подходил. У меня тоже нервы, знаете ли. Тем более, когда тебе говорят не лучшие факты твоей биографии, которые могут стать общественными. — Себе под нос пробормотала женщина и покосилась на Арса и Марка. А затем еще и на отца. — Можете, вообще, подписи поставить и все. — Посмотрела она на меня.

Я же укоризненно на папу, Арса и Марка. Те показали мне зубы.

— Продолжайте. — Буркнула. Вот, что за люди?

Женщина повторила вопрос.

— Согласен. — Марк покрепче сжал мою руки, еще и к себе прижал.