Элеанор и Грей - Бриттани Ш. Черри

Шай застонала.

– Ты просто отвратителен.

– Просто мне кажется, это самое чудесное блюдо, которое ты пробовала за последнее время. И если память мне не изменяет, ты уже говорила, как тебе нравится сосиска в моем исполнении.

– Заткнись, Лэндон, – прошипела Шай, сделавшись пунцовой. – Ты совсем обнаглел.

Он усмехнулся, радуясь, что разозлил ее.

– Я прав, да?

– О, отвали, Лэндон, – выдохнула она, хлестнув его посудным полотенцем, и он тут же исчез.

Она растерянно заправила волосы за уши.

– Что за кретин, – пробормотала она. – Не могу дождаться, когда он провалит обратно в Калифорнию.

– А я не могу дождаться первого сезона эпизода один вашего с Лэндоном шоу, – пошутила я. – Мне нравятся истории, в которых заклятые враги влюбляются друг в друга.

Она погрозила мне пальцем.

– Этому не бывать. Никогда.

Я понимала, что это неправда. Шай и Лэндон играли в кошки-мышки, и мне почему-то казалось, что их отношения непременно выйдут на новый уровень.

Наконец все мы собрались за столом, и началось пиршество. Здесь было столько смеха, разговоров и улыбок, что моя душа расцветала от счастья. А после ужина Клэр вручила всем листочки бумаги и стеклянные круглые шарики.

Ей пришла в голову идея, что каждый должен загадать желание, написать его на листке бумаги и спрятать в шар. А затем раскрасить его, как душе будет угодно. А на следующее Рождество открыть шар и узнать, сбылось ли загаданное.

Все принялись радостно за работу, и я откинулась на спинку стула, испытывая невероятный восторг.

Вот именно об этом я всегда мечтала. О таком моменте. О такой семье. О нас.

Убирая записку в шар, я подумала о словах, которые написала. Я смотрела на окружающие меня счастливые лица и чувствовала себя на седьмом небе от радости.

Именно этого я и желала в предстоящие месяцы.

Еще больше счастья, смеха, улыбок.

Больше Грейсона, больше меня, больше нас.

Отодвинув стул от стола, Грейсон встал и откашлялся.

– Друзья, я хотел поблагодарить всех, кто собрался здесь сегодня. Вы не представляете, как много значит для меня и девочек, что за этим столом столько дорогих мне людей. Когда-то я думал, что уже никогда не смогу это вернуть. Думал, что счастье ушло навсегда, но затем свет снова вернулся в мою жизнь, и все изменилось. Поэтому я рад, что вы услышите, как я выражаю свою благодарность женщине, спасшей мою семью, женщине, спасшей меня самого.

Мое сердце замерло, когда он обернулся ко мне и вытащил из кармана маленькую коробочку. А затем опустился на одно колено.

– Грейсон, что ты делаешь? – мой голос дрожал, а слезы застилали глаза.

– Элли – ты самое прекрасное, что есть в этом мире. Ты с любовью относилась к моим дочерям. Ты терпеливо ждала, когда это было необходимо. Ты всегда была рядом в трудную минуту. Ты не ушла, даже когда были все причины уйти. Ты была оплотом мира посреди хаоса. Ты – луч света, пробившийся сквозь тучи. Ты – счастье, о котором я всегда мечтал. И поэтому я хочу остаток своих дней провести в твоих объятиях.

Он открыл коробочку и достал оттуда чудесное по красоте кольцо. Я ахнула. Слезы покатились по моим щекам, эмоции захлестывали меня.

На кольце красовалась фигурка стрекозы, выполненная из крохотных бриллиантов.

Я взглянула на Грейсона, и он улыбнулся мне.

И мне понравилась его улыбка.

– Элеанор Гейбл, ты – мое сердце, моя любовь, мое счастье. Возьмешь меня в мужья? – спросил он, но прежде чем я успела ответить, мое сердце едва не разорвалось от счастья, потому что Лорелай подскочила ко мне и протянула маленькую коробочку.

– А меня ты возьмешь? – спросила она, встав на одно колено. Открыв коробочку, она показала мне еще одно колечко со стрекозой.

А следом подошла Карла и, встав на колено рядом с сестрой, открыла третью коробочку.

– А меня?

Мое сердце ликовало. Эти трое и их любовь делали мою жизнь настоящей.

И я не раздумывая ответила им:

– Да, да и еще миллион раз да! – И комната взорвалась радостными поздравлениями.

Грейсон надел кольцо мне на палец и крепко обнял. Он страстно поцеловал меня, и я ощутила привкус вечности на губах.

Этот поцелуй означал «Навсегда».

Он улыбнулся мне, и я улыбнулась в ответ.

– И даже больше, Элли, – сказал он, снова целуя меня.

Да, именно так.

Даже больше.