Пламенный лед - Татьяна Минаева

Москва, май 2016 года

Сквозь раскрытую форточку в помещение проникал свежий воздух, шторы были плотно задвинуты, не оставляя возможности просочиться внутрь ни бледному лунному свету, ни случайным отблескам фар редких машин. Раскинув руки, Лиза лежала на кровати и вглядывалась в ночную тьму. Шел уже четвертый час, а она все никак не могла уснуть. Казалось, если только она сомкнет веки и погрузится в дрему, все закончится, перестанет быть реальностью. Ей хотелось ущипнуть себя, чтобы убедиться, что все произошедшее этим вечером, правда, но Лиза знала, что надобности в этом нет – ее жизнь действительно в очередной раз сделала крутой поворот. К лучшему ли? Как знать… По крайней мере, сейчас, наравне с сильным эмоциональным возбуждением, Лиза ощущала спокойствие. Она переживала за свое будущее, но понимала, что наконец сделала то, что хотела сделать. Может быть, прежде она и не отдавала себе отчет в том, насколько сильным было это ее желание – стать парницей. В полной мере она осознала это только тогда, когда, придерживаемая Максом за талию, несколько раз прокатилась по периметру катка в статусе его партнерши. Партнерши… Это вызывало в ней трепет и заставляло дрожать кончики пальцев. Все внутри Лизы сжималось, превращалось в комок радостного волнения, тревоги и ожидания.

Школу они с Самойловым покинули вместе. Идя по темным пустым коридорам, Лиза спрашивала себя, верно ли она поступает, не придется ли ей потом горько сожалеть о принятом решении? Несмотря на их неоднозначное прошлое, она упрямо гнала от себя все мысли о плохом. Макс шел рядом с ней так близко, что, протяни она руку, легко бы коснулась его. Все вдруг резко изменилось, эта близость приобрела совершенно иное значение. До дома Макс довез ее на машине и даже проводил до двери квартиры. Когда Лиза зашла домой, было уже почти половина второго. И вот теперь, приняв душ, она распласталась на кровати и смотрела в темноту. Утром они скажут Миронову, что с этого дня катаются вместе. Вместе…

***

Женя перевел недоверчивый взгляд с Макса на Лизу. Они стояли плечом к плечу и молчали. Выражение их лиц было серьезным, ничто не указывало на то, что они шутят или разыгрывают его. Потерев двумя пальцами переносицу, Миронов присел на краешек стола и снова уставился на своих спортсменов. Лиза теребила молнию на олимпийке, Самойлов смотрел выжидающе, с некоторым вызовом.

- Та-а-ак, - протянул Евгений, пытаясь совладать с собственными мыслями. Надо сказать, этих самых мыслей было не так уж и много, преобладали среди них нецензурные. – Может, я не правильно вас понял? Вы решили встать в пару?

- Да, - уверенно, хотя и негромко, ответила Меркулова.

- Думаю, у нас получится. - Голос Самойлова тоже звучал ровно, без волнения.

По всей видимости, эти двое отдавали себе отчет в том, что они делают. Миронов, пожалуй, ожидал чего угодно, но только не того, что с утра Лиза и Макс появятся в его кабинете и почти с лету заявят, что отныне будут кататься вместе. По всем законам логики и здравого смысла это было противоестественно. У Жени даже в голове подобное не укладывалось, однако фигуристы, судя по всему, были настроены решительно. Миронову потребовалось около минуты, чтобы полностью осмыслить услышанное.

Лизе надоело стоять, и она, пройдя по кабинету, уселась на диван. Проследив за ней взглядом, Женя опять посмотрел на Макса и, помолчав еще несколько секунд, проговорил:

- И кому из вас это в голову пришло? – он был уверен, что инициатором является Самойлов, однако, вопреки его ожиданиям, голос с дивана подала Лиза:

- Мне.

В кабинете снова повисло молчание. Женя еще раз потер переносицу и покачал головой.

- Нам нужно сделать очень много. Лиза должна освоить парные элементы…

- Притормози. - Подняв руку, тренер остановил Макса и хмуро посмотрел на него из-под бровей. – Я еще не сказал, что готов тренировать вас, как пару. Я… Мне надо подумать. Лиза, - обратился он к девушке, - зачем тебе это нужно? – Взгляд его был суровым, говорил Евгений сдержанно, без обманчивой мягкости. Сейчас в нем как никогда ощущался тот железный стержень, который помогал ему воспитывать чемпионов. – Если Макса я хоть как-то еще могу понять, то тебя… Объясни мне.