Леди Туманов - Дебора Мартин

Джулиана делала все возможное, чтобы не вмешиваться. Она вправду очень старалась. И после разговора с Эваном, ничего не предприняла, когда миссис Прайс прислала записку, что чувствует себя неважно и не спустится к ужину. Джулиана продолжала крепиться и после того, как Эван попросил унести поднос, так и не притронувшись к еде, которую по его же требованию ему прислали. Джулиана легла в постель и попыталась не думать обо всем этом, решив не давать Эвану повода злиться на нее за то, что она сует нос не в свои дела.

Она сердилась и после того, как слуги сообщили ей, что Эван среди ночи потребовал себе бутылку бренди, чтобы притупить боль в плече, которая мешает ему уснуть. Боль в плече, как бы не так. Джулиана отлично знала, какую именно боль он хотел притупить. И это была вовсе не боль в плече.

И вот теперь Салли, явившись во время завтрака в столовую, сообщила, что миссис Прайс собирается уезжать и просит вернуть ее одежду.

И Джулиана поняла, — с нее хватит.

— Спасибо, Салли. Я сама этим займусь. Вы не поможете Беатрис протереть серебро?

Салли кивнула и вышла.

Что ты намерена предпринять? — осведомился Рис, когда его жена направилась к двери.

— Немножко образумить миссис Прайс.

— Может, не стоит? — с сомнением в голосе отозвался он. — Пусть они сами решают свои проблемы.

Она метнула в него яростный взгляд.

— Странно, как это ты заметил, что у них есть какие-то проблемы. И что они вообще интересуются друг другом. — Все ее долго сдерживаемое возмущение Эваном вырвалось наружу и выплеснулось теперь на голову мужа. — Мужчины обычно удивительно тупы, когда дело касается таких «пустяковых» вещей, как любовь.

Рис вскинул брови.

— Не всегда. Я прекрасно заметил, что Эван буквально тает при всяком упоминании о миссис Прайс. И наоборот, должен добавить.

— Таять — это прекрасно, но в данный момент оба они обратились в глупых упрямцев. И чтобы, они не потеряли друг друга и не сожалели потом об этом всю оставшуюся жизнь, должен вмешаться кто-то третий и помочь им.

— И этим «третьим» являешься, конечно же, ты, — съехидничал Рис.

— Даже и не пытайся удерживать меня, Рис! — Джулиана погрозила мужу пальцем. — Вчера, оставшись вдвоем, они сотворили какую-то глупость. И ее надо исправить. — Она помолчала и добавила: — Да, и приготовься к поездке в город.

— В город? — удивился Рис. — Зачем?

— Потому что, когда мне удастся устранить недоразумение, им надо будет побыть наедине. Так что мы с тобой отправимся на денек в Кармартен. Всем семейством. Маргарет надо заказать новое платье, а Оуэн жаждет повидаться с Эдгаром, который приехал домой из университета, — вот мы заодно и сделаем все дела.

Завершив свою речь, Джулиана выплыла из комнаты. И хотя она слышала, как рассмеялся Рис за ее спиной, было ясно — он смирился с необходимостью уехать, поскольку понял правоту жены. Ситуация действительно требовала ее вмешательства.

Дойдя до комнаты миссис Прайс, расположенной напротив комнаты Эвана, Джулиана помедлила, раздумывая, куда зайти сначала. Вчера она говорила с Званом — это ничего не дало. Значит, остается миссис Прайс. И Джулиана постучала к ней.

Увидев на пороге хозяйку дома, Кэтрин слегка смешалась, но тут же попыталась скрыть это

— Доброе утро, леди Джулиана.

Заплаканные глаза Кэтрин подтверждали, насколько верное решение приняла Джулиана.

— Можно войти?

Какую-то долю секунды Кэтрин колебалась, но потом кивнула и посторонилась, пропуская Джулиану.

Закрыв за собой дверь, та сразу приступила к делу.

— Салли сказала мне, что вы собираетесь сегодня утром уезжать, поэтому я пришла узнать, все ли у вас в порядке.

Отвернувшись, Кэтрин с запинкой проговорила:

— Все… хорошо.

— Вижу по вашим покрасневшим глазам, все идет как нельзя лучше.

Кэтрин напряглась:

— Пожалуйста, леди Джулиана, давайте не будем говорить об этом.

— Очень хорошо. Не будем. Но, по-моему, вам следует знать: напротив вас, в своей комнате, сидит Эван, который, убежден, будто вы не хотите выходить за него замуж из-за его низкого происхождения.

Вот оно. Это случилось. И хуже не могло быть. Но ничего исправить уже нельзя.

Кэтрин понадобилось несколько минут, чтобы собраться с силами и, подавив рыдания, ответить:

— Пусть. Так даже лучше, — прошептала она. Джулиана начинала выходить из себя. Эта женщина оказалась не менее упрямой, чем Эван.

— Так лучше? Послушайте меня, мисс Прайс. Это вовсе не лучше. Вы не имеете права оставлять Эвана с подобными мыслями, будто он недостоин столь высокородной дамы, как вы. В особенности, если у вас какие-то другие причины для отказа.

Миссис Прайс повернула к Джулиане залитое слезами лицо, но выражение его оставалось все таким же непреклонным.

— Как я уже сказала, леди Джулиана, у меня нет желания обсуждать это.

И тут Джулиана взорвалась:

— Зато у меня есть! Садитесь, миссис Прайс!

— Я не ста…

— Садитесь! — приказала Джулиана.

Непривычно командный тон и решительность Джулианы вынудили Кэтрин подчиниться. Она присела на краешек кровати и с вызовом посмотрела на собеседницу.

Джулиана скрестила руки на груди.

— Я расскажу вам некоторые вещи об этом молодом человеке, о которых я не говорила ни одной живой душе на свете. И даже ему самому. Он, без сомнения, возненавидит меня, если узнает, что я рассказала вам это. Но он для меня — как родной сын, и я не могу стоять в стороне и наблюдать, как он страдает.