Кэти Картер ищет принца - Рут Сабертон

Он блефует? — спрашивает Фрэнки, бледный от волнения.

— Вряд ли. У него серьезные финансовые проблемы. Какие-то нелегальные торговые операции… Эд Гренвилл сказал, что Джеймс задолжал уйму денег и в любой момент от него могут потребовать уплаты.

— О Господи… — Фрэнки свистит. — Это серьезно. Он же может сесть в тюрьму.

Джеймс отчаялся. Если мы не найдем деньги, он все расскажет прессе.

— Ни за что! Иначе Гейбу придет конец. Он никогда не простит, если я погублю его карьеру. Он живет ради того, чтобы быть актером.

Когда мы входим в зал, Гэбриел улыбается и болтает на лестнице с восхищенными поклонниками, не зная, что секрет вот-вот раскроется.

— Никаких шансов сказать правду? — уточняю я.

— Ни за что! Он в жизни не согласится — скорее уж порвет со мной. Не раскрывай нашу тайну, Кэти.

Заметив меня, Гэбриел отходит от своих почитателей и торопливо шагает через толпу.

— Слушайте! — Он повышает голос совсем чуть-чуть, но все внимание мгновенно сосредоточивается на нем. — Вы все знаете мою подружку Кэти Картер, необыкновенную девушку…

Гости утвердительно кивают. Джеймс стоит чуть в стороне, скрестив руки на груди, с насмешливой улыбкой.

— Кэти дала мне настоящее счастье, — хвастает ни о чем не подозревающий Гэбриел. — И я хочу отплатить тем же. Я долго думал, как бы ее отблагодарить, и однажды вечером меня осенило… — Он делает паузу. Все взгляды устремлены на него. — Кэти пишет книги, и она очень талантлива.

Что Гэбриел знает о литературе? Он читает лишь статьи о собственных выходах в свет.

Она недавно закончила великолепный роман, продолжает он, убедившись, что окружающие внимательно слушают. — «Сердце разбойника». Мой агент прочел его, после чего показал группе сценаристов, которые охотно согласились снять по нему фильм. — Гэбриел заключает меня в объятия и целует в губы. — Я буду играть главную роль. Поздравляю, милая. Тебя ждет успех.

В зале гремят аплодисменты. Я не верю собственным ушам.

Как он посмел?

Как Гэбриел посмел присвоить Джейка и Миландру, не спросив разрешения? С чего он решил, что должен играть Джейка? Они совершенно непохожи. Джейк не стал бы проводить три часа у парикмахера или пользоваться услугами стилиста. Ни за что.

Я сама виновата, что оставила рукопись на столике. Неудивительно, что Себ сунул туда нос. Когда речь о пиаре, он — сущая ищейка.

— Да! — Гэбриел смеется, отвечая на чей-то вопрос. — Разумеется, ей заплатят. Кругленькую сумму.

Блин. Блин. Этот вопрос задал Джеймс.

Он оборачивается ко мне:

— Отличные новости. У тебя будет много денег, Кэти.

Я открываю рот, но слов нет. Я должна бы прыгать от радости, но вместо этого чувствую себя так, словно меня силком запихнули в машину и похитили. Кто-то сует в руку бокал шампанского, вокруг спрашивают, что я думаю, поздравляют.

— Отлично, — негромко говорит Джеймс, проплывая мимо в своем черном одеянии. — По крайней мере кому-то понравилась твоя дурацкая писанина. По-моему, все наши проблемы разрешены…

Интересно, удастся ли избавиться от Джеймса, если пожертвовать Джейком и Миландрой? Я, конечно, всегда хотела писать романтические повести и уж как-нибудь выдержу зрелище Гэбриела в трико.

Оглядываюсь в поисках Олли. Вот он, возле двери. Как жаль, что Гэбриел облапил меня и не собирается отпускать.

— Ты рада, Кэти? — спрашивает Анжела Эндрюс.

— Ну конечно, — отвечает Гэбриел. — Разве ты не мечтала об этом, детка?

— Да, — слабо отзываюсь я. В кошмарном сне.

— Впереди еще много радостей, — продолжает Гэбриел, буквально не давая мне вздохнуть. Я пытаюсь двинуться к двери, но он держит крепко. — На следующей неделе начинается показ моего нового сериала.

Анжелу Эндрюс не так-то просто сбить со следа.

— Не повлияют ли слухи о вашей ориентации на то, как зрители примут этот фильм?

Гэбриел откидывает голову и смеется. Честно говоря, он великолепен, я впечатлена. Наверняка испуган до чертиков, но, ей-богу, кажется лишь удивленным.

— Все та же старая чепуха! — Звезда качает златокудрой головой. — Думаю, Кэти может поручиться, что это просто сплетни.

Я мысленно скрещиваю пальцы. Лжецов ждет ад.

— Ну конечно!

Анжела прищуривается.

— И в них нет ни доли истины?

Я искоса смотрю на Джеймса, который поднимает бровь.

— Разумеется. — Гэбриел, в лучших традициях любовного романа, прижимает меня к груди. — И ты первой сможешь нас поздравить. Кэти только что оказала мне громадную честь, согласившись стать моей невестой. Мы обручились!

От изумления я разеваю рот, так что туда поместится целый автобус.

Гэбриел испортил весь сценарий. Я его убью!

— Поздравляю! — Гости бросаются к нам, целуют меня в щеки, жмут руку. Сначала я ошеломлена, а потом закипаю от ярости — вот-вот взорвусь.

— Гэбриел! — шиплю я, оттягивая его в сторону. — Ты с ума сошел? В понедельник, если помнишь, нам предстоит расстаться!

Гэбриел встряхивает золотой гривой и лучезарно улыбается фотографу.

— Прости, но, кажется, Анжела Эндрюс что-то пронюхала… Она целый вечер так и сыплет намеками. Я решил, что ты не станешь возражать… давай отложим разрыв.

— Но я возражаю! Не хочу продолжать этот фарс. — Я пытаюсь сбросить его руку со своего плеча. — Не желаю ждать до понедельника. Мы расторгнем договор немедленно.

— Ты не можешь! — рычит Гэбриел, оттаскивая меня в угол и прижимая к себе, так что со стороны кажется, что мы целуемся. Я не вижу Олли, но буквально чувствую огненный взгляд. — Я буду выглядеть полным идиотом!

— Знаешь что… — Я смотрю на Фрэнки. Тот в одиночестве стоит на лестнице, бледный и в отчаянии. — По-моему, ты и так им выглядишь.

Вытягиваю шею — разумеется, Олли в изумлении наблюдает за этой сценой. Одними губами он произносит: «Поздравляю!», после чего быстро разворачивается.

— Фрэнки знает о реальном положении дел, — отвечает Гэбриел. — Ты тоже. Ты согласилась. Сама сказала — еще несколько дней.

— Я никогда не соглашалась на помолвку! Убери руки! — Я пытаюсь отодвинуть Уинтера, но тот буквально навалился на мое плечо. — Договор расторгнут.

— Черта с два! — Гэбриел усиливает хватку. — Еще нет.

Я наблюдаю, как Олли движется к дверям. Я не могу позволить любимому уйти!

— Отпусти! — повышаю я голос — слава Богу, за шумом музыки ничего не слышно. — Отвяжись! Гэбриел, я не шучу. Нас больше ничто не связывает.

— Я заплатил тебе до конца вечера, — напоминает он, — так что выполняй свои обязанности. Улыбнись — там фотограф из «ОК.!».