Скандальное обольщение - Шарлотта Физерстоун

— Мне следует принести метлу, милорд?

— Нет, я сам утром обо всем позабочусь.

Резким движением Блэк распечатал письмо. Взглянув на его содержание, он аккуратно сложил послание и убрал в карман сюртука.

— Мне необходимо уйти, — промолвил он. — Не жди меня, Биллингс.

— Очень хорошо, милорд. Должен ли я снова выпустить Лэмба на всю ночь?

При звуке своего имени мастиф поднял голову и настороженно вскинул уши. Его огромный язык свешивался из пасти, пес тяжело дышал, заранее предвкушая поставленную перед ним задачу.

— Да, — пробормотал Блэк, склонившись к уху любимца. — Отправь-ка его к Стоунбрукам… Ты же будешь надежным защитником миледи, мой друг?

В глазах Лэмба мелькнуло полное понимание, и, стоило Биллингсу подозвать пса, как мастиф зацокал когтями по паркету и выскочил из комнаты. Подойдя к окну, Блэк внимательно проследил, как огромное животное скачками пронеслось через дорогу и скрылось в соседнем саду, приняв пост у окна спальни Изабеллы. Если она не позволяет ему самому охранять ее покой, то Лэмб представлялся графу следующей после себя подходящей кандидатурой.

С повязкой на глазах он упал на колено перед пылающим пламенем. Жаркие язычки едва не обожгли его лицо, несмотря на гулявшие в помещении сквозняки, клубившиеся вокруг его склоненной фигуры.

— Что тебе удалось узнать, Найтон?

Тяжело сглотнув, он попытался как можно более правдоподобно сформулировать свою ложь:

— Текст, который я обнаружил, в очень плохом состоянии. Потребуется определенное время, чтобы полностью расшифровать запись легенды о тамплиерах.

Что-то тяжелое ударилось о камень, и Найтон вскочил, испугавшись громкого звука. Его нельзя было назвать храбрецом или героем, однако сейчас был готов умереть за свое открытие. Уэнделл был по-настоящему одержим легендой о тамплиерах, пленен соблазнительным голосом, взывавшим к нему из медальона.

Голос поведал археологу о магической силе, сокрытой в древней реликвии. О том могуществе, которое получит Найтон, если обнаружит чашу. Самые его дикие, потаенные мечты, самые неправдоподобные фантазии обретут существование.

А пока ему было открыто, что для осуществления его целей необходима кровь девственницы. Достаточно того, чтобы на священные зернышки попало несколько капель, и магическое превращение начнется. Найтон нашел необходимую кровь. Практически привел в исполнение эту часть плана. У него была чаша, необходим только свиток. Медальон желал, чтобы его объединили с чашей. Голос, взывавший к нему изнутри подвески, повторял эти слова вновь и вновь, пока Найтон не решил, что сойдет с ума, слыша каждую ночь одно и то же. Да, ему нужен свиток, чтобы соединить силу всех магических артефактов, как того требовал медальон.

— Черт тебя побери, рассказывай то, что ты узнал, Найтон.

Он понимал, что ему не удастся вечно держать информацию в тайне. Человек, называющий себя Орфеем, мог отобрать медальон, а Уэнделл не хотел с ним расстаться. Найтон решил поделиться с Орфеем крохотной долей сакрального знания.

— Составная часть всего — чаша. Мы должны ее отыскать.

— Мне это и так известно! — сердито воскликнул незнакомец. — Идиот!

Переведя дыхание, Найтон судорожно принялся размышлять, как бы отвлечь Орфея, сбить с толку. Ему самому необходима эта находка. Он жаден. Хотел единолично обладать великой силой. Желал приберечь лично для себя тайны медальона и чаши.

Найтон почувствовал резкую боль, пронзившую голову, когда кто-то крепкой рукой схватил его за волосы.

— Если ты решил меня надуть, Найтон, лучше подумай еще раз. Ты в моей власти, — проскрежетал Орфей. — И не мечтай скрыть от меня эту чертову штуковину. У тебя три дня, чтобы разузнать все необходимое. А потом мы придем за тобой.

Отброшенный вперед, Найтон упал на холодный каменный пол. Вокруг царила оглушающая тишина. Протянув дрожащую руку, чтобы развязать темную повязку, мешавшую видеть, он уже знал, как поступить. Он должен взять кровь невинной девы и использовать знания, которые обретет, прежде чем за ним придут другие.

Это случится сегодня, твердо решил Найтон, вставая на подгибающиеся от страха и волнения ноги. Сегодня он исполнит свое подлинное предназначение.

Она никогда не делала ничего подобного, но отчаянное положение требовало отчаянных действий. Взглянув на зажатую в руке бумажку, Люси внимательно прочла записанные ею указания, поглаживая большим пальцем ридикюль. В нем лежала тщательно упакованная подвеска-медальон из оникса, найденная ею под стулом в гостиной.

Будь проклят Уэнделл Найтон за то, что явился в ее дом и подал ей надежду на магическую власть сокровища тамплиеров. Она поддалась очарованию легенды, оказалась околдована обещанием чуда, как на то и надеялся Найтон. Но откуда он проведал об ее отчаянном положении? И тем не менее знал. Она оказалась слишком слаба, чтобы ему противиться. Рассказанная история настолько заинтриговала Люси, подарила такую искреннюю надежду, что она и не подумала вернуть медальон. С того самого мгновения, как он попал к ней в руки, она стала одержима. Сокрытая в подвеске магическая сила говорила с ней, она слышала манящий голос, доходящий до нее даже из безопасных глубин дамской сумочки.

Пока карета катила по мостовой, унося Люси все дальше и дальше от площади Гросвенор, внутри ее ширилось и росло нехорошее предчувствие. Ей бы никогда не пришло раньше в голову, что она способна решиться ограбить масонскую ложу отца. Но стоит человеку узнать путь, ведущий к исполнению самого заветного желания, он начинает совершать глупейшие поступки.

Наемный экипаж замедлил ход, останавливаясь перед темным зданием между Флит-стрит и Темзой. Уже хорошо перевалило за полночь. В отличие от оживленного Мейфэра, заполненного экипажами и спешащими с бала на бал представителями лондонского света, эта часть Лондона была погружена в тишину. И все равно Люси следует позаботиться, чтобы остаться незамеченной.

Она не впервые отваживалась на поездки по городу в одиночестве в наемном экипаже. Люси приобрела определенные умения, позволявшие незаметно ускользнуть из отчего дома.

— Добралися! — крикнул сидевший на козлах кучер.

Люси услышала, как он спрыгнул со своего места, дверь экипажа со скрипом отворилась, и перед ней предстал тощий старик с желтыми зубами. Протянув руку, она позволила ему помочь ей спуститься. Оказавшись на тротуаре, Люси внимательно оглядела внушительное здание из-под кружевной вуали. На фасаде отчетливо виднелись масонские символы — квадрат с циркулем и позолоченная цифра 128.

— Да, это именно то место.

— Я ж вам о том и толковал, леди, знамо оно мне, знамо.

— Это вам за то, что доставили меня сюда, — сказала Люси, кладя монеты в его застывшую в ожидании руку в грязной перчатке с обрезанными пальцами. Длинные, костлявые пальцы немедленно сомкнулись вокруг горстки золотых, ярко блеснувших в лунном свете. — А это вам лично, если согласитесь остаться здесь и меня подождать.