Шепот небес - Кэндис Проктор

Она провела рукой по гладкой шелковистой ткани и кружевной отделке. Когда-то она с огромной радостью выбирала ткань и фасон для свадебного платья. Но теперь радость в ее душе уступила место горечи и чувству вины. Джесси понимала, что она и ее мать дурно поступали с Харрисоном.

А Харрисон совсем не изменился, подумала Джесси. Он все такой же самодовольный, забавный и чопорный. Да, он действительно остался прежним. Но с Джесси произошли кардинальные перемены. Она наконец поняла, чего хочет в жизни.

Прижав мягкую ткань к лицу, Джесси разрыдалась.

– Почему ты не рассказала мне раньше? – качая головой, спросила Джесси.

Они с Женевьевой прогуливались по берегу в Бухте кораблекрушений. Волны с шипением и плеском набегали на мокрый песок у их ног. Над головой с пронзительными криками кружили чайки. Дождь прекратился, но воздух оставался все еще прохладным. Море почернело и покрылось белыми барашками пены. Пасмурная погода соответствовала мрачному настроению Джесси.

– Я дала слово твоей матери, – произнесла Женевьева. – Не надо обвинять меня в том, что я сдержала его.

– Я прекрасно понимаю тебя и ни в чем не виню. Но я рада, что теперь мне все о тебе известно.

С тех пор как Джесси узнала, что Женевьева – родная сестра ее матери, произошло много событий, которыми ей хотелось поделиться с подругой. Но она не могла. Джесси и так уже вовлекла в свои планы старого Тома и Чарли. Пусть хотя бы Женевьева останется в стороне от опасного дела, думала она, поглядывая на подругу.

– Я слышала, что Харрисон вернулся домой, – сообщила Женевьева.

– Да, он уже приехал.

– Говорят, что вы скоро поженитесь.

– Свадьба состоится в начале декабря.

Женевьева остановилась и порывисто тронула Джесси за руку.

– Зачем ты согласилась, Джесси? Я думала, ты решила поступить так, как велит тебе сердце.

Джесси тяжело вздохнула.

– Лукаса забрали из нашего имения и перевели на государственное содержание.

– О Боже, Джесси… вас выследили?!

Джесси покачала головой, пряча глаза от Женевьевы.

– Неужели ты думаешь, что мама оставила бы его в живых, если бы узнала о нашей связи? – Джесси помолчала, глядя на пенистые волны. Ее сердце сжималось от боли. – Женевьева, я хочу, чтобы ты сопровождала меня в церковь во время свадебной церемонии. Я хочу, чтобы ты помогла надеть мне свадебный наряд.

– Я с удовольствием, но твоя мать вряд ли допустит…

– Мамы в храме не будет. Ты же знаешь, она не захочет ехать на побережье в церковь Святого Антония, где состоится церемония бракосочетания.

– А я думала, что вас обвенчают в усадьбе.

– Да, сначала мы так и планировали сделать, но потом я настояла на своем.

– Странно, что Беатрис пошла у тебя на поводу.

Джесси грустно усмехнулась.

– Я уговорила ее.

Беатрис, конечно, не сразу сдалась, но, получив согласие дочери выйти замуж за Харрисона, в конце концов уступила.

– А не будет против моего присутствия Харрисон? Он знает, что ты хочешь пригласить меня на церемонию бракосочетания?

– Еще нет. Но даже если он заупрямится, я все равно хочу видеть тебя перед свадьбой. Пусть даже только в домике священника, вдали от посторонних глаз.

Женевьева внимательно посмотрела на Джесси.

– Ты чего-то недоговариваешь.

Джесси взяла руку тети и крепко сжала ее.

– О, Женевьева, не спрашивай меня ни о чем, прошу тебя. Помоги мне только пережить трудное для меня время!

Женевьева нахмурилась. Ее терзали беспокойство и смутные подозрения.

– Ну хорошо, раз ты хочешь, будь по-твоему.

– Спасибо!

Два дня спустя Джесси поехала в Блэкхейвен-Бей вместе со старым Томом и Чарли. Чарли обошел с праздным видом городскую тюрьму, притворившись, что просто прогуливается. А Джесмонд отправилась в дом начальника тюрьмы и потребовала свидания с Лукасом Галлахером, бывшим конюхом своего брата.

В комнате с низким потолком и маленьким зарешеченным окном стояла прохлада и висел неприятный запах немытого человеческого тела, мочи и затхлости.

Джесси остановилась посреди комнаты и прислушалась. С тюремного двора до нее доносились шарканье ног заключенных и тяжелые шаги охранников, обутых в сапоги. Джесси впервые пришла на свидание с Лукасом. Раньше она боялась, что мать узнает о ее визитах в тюрьму. Теперь уже нельзя дольше откладывать, и она отбросила все колебания. «Агнес Энн» готова к отплытию, наступило время решительных действий. Джесси явилась, чтобы посвятить Галлахера в свои замыслы и попрощаться.

Джесси смотрела в открытую дверь на длинный коридор. Сейчас должен появиться Лукас Галлахер в сопровождении охранника. Сердце тревожно билось у Джесси при мысли, что сейчас она в последний раз увидит любимого человека.

Джесси знала, что заключение в местной тюрьме с ее суровыми условиями содержания могло негативно повлиять на человека, существенно изменить его в худшую сторону. И она ожидала, что Лукас внешне сильно изменится, исхудает, побледнеет. И действительно, когда он появился из темноты коридора в грязной и разорванной одежде и вышел на свет, у нее упало сердце. Лицо Галлахера покрывала темная щетина, щеки провалились, в глазах стояла тоска.

– Спасибо, вы можете идти, – обратилась она к охраннику.

– Но, мэм… – растерянно посмотрел на нее констебль, – я не могу оставить вас один на один с заключенным…

– Не смешите меня! Галлахер неопасен, он попал в тюрьму вовсе не за преступление. Его просто вернули отбывать срок на общей каторге. Мой брат забраковал его как конюха, вот и все. Впрочем, я не желаю вдаваться в подробности и обсуждать с вами такие вопросы. Вы свободны!

Констебль покраснел.

– Слушаюсь, мэм, – пробормотал он и вышел из помещения.

Старый Том, стоявший у входа, посторонился, чтобы пропустить его.

Джесси бросилась в объятия Галлахера. Его изможденный вид и нездоровый цвет лица испугали ее.

– О Боже… – прошептала она, когда дверь за констеблем закрылась. – Что они с тобой сделали?

Лукас отстранился.

– Лучше не приближайся, от меня воняет тюрьмой.

Но она вновь обвила его шею руками и прижалась к груди. – Я не могу сдерживать свои чувства, все время мечтая обнять тебя.

– О, Джесси… – прошептал Лукас, зарывшись лицом в ее золотистые волосы, и крепко поцеловал. – Я думал, что больше никогда не увижу тебя.

– В понедельник «Агнес Энн» выходит в море, – сообщила Джесси, когда он наконец прервал долгий поцелуй. – Мы разработали план побега.