Крутой парень - Оливия Голдсмит

Джон сидел за столиком у окна, прикрывая лицо раскрытым меню. Лаки лежала на улице под скамейкой. Джону бросились в глаза клейкие листочки в меню, на которых были написаны дополнительные блюда. Бет, наверное, права. Эти листочки в меню показались ему прекраснее желтых нарциссов на весеннем лугу. Сердце забилось сильнее. Он заметил Трейси, которая приняла заказ, налила кофе и вытерла стол.

Джону было тяжело на это смотреть. За все годы их знакомства он ни разу не видел, чтобы Трейси сложила салфетку. Сейчас он испытывал то, что ученые-психологи называют «диссонанс сознания» — конфликт внутренних представлений с действительностью. Но за последние двое суток Джон обнаружил много различий между тем, что представлял себе, и тем, что было на самом деле.

После того как он поговорил с Бет, Джон пошел домой и попытался выяснить, что же на самом деле произошло — а не что он думал, что произошло, — между ним и Трейси. Проще всего было предположить, что Элисон соврала насчет помолвки Трейси с Филом. Сделала она это нарочно, чтобы развести их, или нет, Джон не знал и никогда уже не узнает. Зато он нашел Фила, и хотя ему пришлось поступиться своей гордостью, Джон был уверен, что гордость Фила пострадала не меньше.

Фил сидел в крошечной кабинке и, наверное, почувствовал себя униженным, когда все головы повернулись в его сторону, пытаясь понять, зачем один из небожителей спустился к ничтожному клерку. Фил с горечью подтвердил слова Бет.

Трейси подошла к его столу.

— Могу я принять заказ?

Джон опустил меню и посмотрел на нее. Трейси застыла от удивления, но храбро смотрела ему в лицо. Их глаза встретились, и все, что она чувствовала по отношению к Джону, было написано у нее на лице.

— Что ты здесь делаешь? — спросила Трейси.

— Нет, что ты здесь делаешь?

— Я здесь работаю. Моя карьера в газете не удалась.

— Я слышал, ты была помолвлена с Филом?

— Это тоже не получилось. Я не хочу выходить замуж только потому, что потеряла надежду на счастье.

Трейси прикусила нижнюю губу, словно наказывая ее за лишние слова. Она опустил глаза в свой блокнот. Джон видел, с каким трудом она пытается держать себя в руках.

— Могу я принять заказ? — спросила Трейси.

— «Адам и Ева на плоту», — сказал ей Джон.

Трейси вздрогнула, как от удара. Она разорвала заказ и на минуту отвернулась. Джон не понимал, что происходит. Когда Трейси снова повернулась к нему, она возмущенно сказала:

— Это нечестно! Я знаю, что обидела тебя, но мне нужна эта работа. А ты меня дразнишь…

— Я не дразню тебя, — ответил Джон очень мягко. — Скажи, ты потеряла надежду на счастье с кем?

— А ты не догадываешься? — выпалила Трейси, бросила свой блокнот и попыталась уйти, но Джон успел поймать ее за руку. Она попробовала вырваться, но он повернул ее к себе лицом. Трейси опустила глаза, наполненные слезами.

— Правда, у нее красивые глаза? Я ни у кого еще таких не видел, — сказал он подошедшей к столу Молли.

— Прекрати издеваться надо мной! — крикнула Трейси, и из ее глаз потекли слезы. Она снова попыталась вырваться.

— Будь милым, — сказала ему Молли. — С нее уже хватит крутых парней.

— Так когда ты выходишь замуж? — спросил Джон.

Молли погрозила Лауре, которая выскочила из кухни, не будучи в состоянии пропустить самое интересное.

Трейси повернулась к Джону:

— Я же сказала тебе: я не выхожу за Фила.

— Конечно, — согласился он. — Ты выходишь за меня.

Трейси замерла, и Джон успел подумать, как прекрасна и совершенна каждая линия ее тела. Если бы он сам создавал ее, он не изменил бы ни одной черточки.

— Ты выходишь за меня. — На этот раз он вложил в эти слова всю свою любовь.

— Правда? — спросила Трейси, и Джон увидел, как изменилось ее лицо, как будто в безжизненном мраморе заструилась кровь и оживила его.

— Конечно, ты выходишь за него, глупышка, — не выдержала Лаура.

— Вы оба ненормальные, — сказала им Молли, притворно хмурясь. — Но думаю, что вы двое поладите. Во всем этом огромном городе нет никого, кто согласился бы связаться с кем-нибудь из вас.

— Правда? — опять спросила Трейси. Она сморгнула слезы. — Но почему?

— Потому что ты любишь меня, — сообщил ей Джон. — И всегда любила. И только теперь поняла это, — сказал он, объясняя одновременно ей и себе.

Трейси вытерла лицо тыльной стороной ладони. Джон подал ей салфетку и продолжил:

— И потому, что у нас будут прекрасные дети. Я буду потрясающим отцом, а ты замечательной матерью. И потому, что мы оба любим Сиэтл и хотим жить здесь всю жизнь. И потому, что у наших детей будет самая лучшая бабушка на свете, моя мама давно мечтает растить внуков.

Трейси обняла Джона.

— Этих причин достаточно, — сказала она.

Трейси прижалась к нему, и Джон вдохнул ее запах — уже забытый и такой знакомый. Ей было так уютно. Джон обнял ее, и стало еще лучше.

— Я люблю тебя, Джонатан, — сказала Трейси.

— Я всегда любил тебя, — ответил ей Джон. И это было правдой. — И всегда буду любить.