Простые радости - Стелла Камерон

Морт молчал и время от времени говорил:

– Да, да.

– С кем он разговаривает? – спросила Трейси.

– Со Стивом Окером, – ответил Лен. – Добровольно помогает пожарным. Знает все, что происходит вокруг.

Когда Морт положил трубку, выражение лица у него было довольно мрачным.

– Не местный, – произнес он, обращаясь ко всем в баре. – Машина сошла с дороги и перевернулась. Пролетела сотню футов и загорелась.

– Боже, – пробормотала Нелли, обхватив голову руками. – Сколько человек?

– Один.

Роман сказал:

– Даже один слишком много. – Он-то знал, что может сделать с человеком огонь.

– Предполагают, что кто-то резко выскочил перед этой машиной, – продолжал Морт. – Следы шин или что-то в этом роде.

– Но они никого не обнаружили? – спросила Феникс.

– Стив говорит, скорей всего это не просто авария. Наступила полная тишина.

Феникс схватила Романа за руку, и их пальцы переплелись. Ее лицо стало мертвенно-бледным.

– И никто не знает потерпевшего? – спросил Роман как можно непринужденнее.

– Какая-то женщина, работавшая в Пиковом Клубе. Экстрасенс или что-то вроде этого. Илона?

Роман почувствовал, как рука. Феникс, вцепившаяся в него, стала слабеть. Он обнял ее за талию и встал рядом.

– Все в порядке, – мягко сказал он. – Держи себя в руках. Держи себя в руках, пожалуйста.

– Илона! – Зельда почти зарыдала. – Какой ужас! Бедная женщина. Такая прекрасная и грациозная. Она приходила сюда сегодня. Я забыла сказать тебе об этом, Феникс.

– Когда она здесь была? – спросил Роман.

– О, не так давно. – Зельда проглотила комок в горле. – Возможно, немногим более часа. Да, около того.

Феникс схватилась обеими руками за стойку бара:

– Она хотела выпить или поесть?

– Ни то, ни другое. Она пришла узнать, нет ли здесь тебя. Такие встревоженные глаза – и такие странные. Она попросила передать, чтобы ты не позволяла им посылать себя в какую-нибудь поездку. Это все, что она сказала. Затем она ушла.

Дасти впустил их и провел прямо в гостиную, где на стуле с прямой спинкой сидел Насти и в одной руке держал сэндвич.

– Получили мою записку? – спросил он. – Мы должны немного поразмыслить, правда, Даст?

– Правда, – согласился Дасти. Он взглянул на Феникс: – Сядь, иначе ты упадешь, детка.

Она позволила Роману довести себя до дивана. Насти оставил в ее квартире записку Роману с просьбой привезти Феникс к нему. Внезапно она почувствовала себя совершенно разбитой.

– Где Джуниор?

– Спит.

Ребенок. Для Феникс эта девочка, мирно спящая наверху, была единственным нормальным существом в этом безумном мире.

– Илона умерла из-за меня, не так ли? – Она все время об этом думала с того момента, как они покинули «Поворот». – Мы ошиблись. Она не была на их стороне. Они избавились от нее, так как боялись, что она может мне что-нибудь сказать об Эйприл.

– Мы в этом не уверены, – сказал ей Роман.

Феникс прислонилась к спинке дивана и закрыла глаза:

– Нет, мы уверены. И мы должны остановить их.

Кошачий крик заставил Феникс быстро открыть глаза.

Мел прыгнул на диван и вцепился в колено Феникс. Держа кота, она посмотрела на Насти, который сказал:

– Я принес его, чтобы Джуниор с ним поиграла. Она любит животных.

Феникс погладила кота.

– Ты любишь животных. Ты любишь и детей, и животных, и беспомощных женщин. Ты не такой уж и суровый, как тебе бы хотелось казаться.

– Я – добрый, – сказал Насти, совершенно без всякого выражения, – спроси Романа.

– Несомненно, – подтвердил Роман. – Добрый. Я собираюсь оставить Феникс у тебя, пока не смогу забрать ее с собой.

Она подняла голову:

– Я никуда не пойду.

– Да, ты…

Насти не дал Роману закончить:

– Нет, пойдешь. Это место губительно для твоего здоровья. И есть признаки того, что его скоро прикроют.

– Утром я собираюсь вернуться в клуб.

– Нет, детка, – сказал ей Дасти. – Ты играешь в недетские игры. Роман знает, что лучше.

– Роман же не мой сторож.

– Он старше тебя, – небрежно заметил Насти.

Она по очереди посмотрела на них:

– Вы все знаете, что Эйприл Кларк была моей лучшей подругой. И вы также знаете, что она мертва из-за этих людей. Неужели вы думаете, что я смогу уехать, не удостоверившись в том, что справедливость восторжествовала?

– Оставь героизм тем, кто умеет обращаться с этими клоунами, – сказал Дасти.

– Я не думаю, что наша леди вас послушает, – спокойно заметил Роман. – Для тебя здесь небезопасно, Феникс.

– Тут всем небезопасно, – ответила она. – Я собираюсь вернуться. Я хочу сделать вид, будто не имею ни малейшего представления о том, что что-то не так. Если я не займусь ими, они найдут способ сделать так, словно ничего и не произошло.

– Феникс…

Она набросилась на Насти:

– Я не изменю своего решения. Отстаньте от меня, вы все. Теперь у меня еще долг и перед Илоной. Я знаю, что это не несчастный случай. Я в этом уверена.

– Поступай как хочешь. – Насти откусил большой кусок от своего сэндвича. – Кто-то звонил тебе из Оклахома-Сити, – пробормотал он. – Хочет, чтобы ты ему перезвонила. В любое время. У Дасти записан номер.

Дасти, со сползшими на нос очками, уже нажимал кнопки телефона. Он передал трубку Феникс.

– Кто… – начала она, затем услышала знакомый голос: – Силиус, что ты хочешь? – Она не могла не улыбнуться: – Силиус! Это Феникс. Ты мне звонил?

– Да. Живешь с приятелем, да? Что-то новенькое, мой холодный, фригидный цветочек.

Феникс взглянула на Насти:

– Просто… друг. Что случилось?

– Я хотел предупредить тебя, что кто-то обзванивает номера из твоей записной книжки.

У Феникс остановилось дыхание.

– Какая-то женщина. Она позвонила мне и сказала, что ты назвала ей мое имя. Я сказал ей, что ты просто сказочная массажистка. Сказал, что ты работаешь лучше, чем все женщины, которые у меня были.

– Силиус!

– Шучу. К сожалению, она не остановилась на мне.

– Что ты имеешь в виду?

– Она, должно быть, высчитала меня тоже и выяснила, где я работаю.

Феникс поднялась и еще крепче прижала телефонную трубку.