Останься со мной - Маргарита Дюжева

Лера недовольно кряхтит, отходит к кофемашине. До открытия агентства остаются считанные дни и она, хоть и справляется достойно, но все равно вся на нервах. Как некоторые тянутся к пачке сигарет, она глушит кофе. Крепкий, несладкий, без молока. И даже не морщится.

— Я понимаю, — наконец соглашается. — Но все равно не хочу.

— Придется. Им всем очень хочется на тебя посмотреть.

— Покажи мою фотографию.

— Не прокатит.

— Могу видео обращение записать.

— Я не понял, ты струсила что ли?

— Пфф, — фыркает, — еще чего.

— Точно струсила.

— Да нет же! Просто не хочу, — а у самой глазки бегают, — можешь забрать Макса и сам его со всеми познакомить.

— Ты же знаешь, без тебя он будет переживать.

Несмотря на то, что отношения с сыном налаживаются, и он уже запросто и на руки ко мне идет, и играет, присутствие Леры все равно необходимо. Он нет-нет, да и обернется, ища ее взглядом, и если не находит, то откладывает все дела и отправляется на поиски. И никак его не переключить. Я пробовал. Он только посмотрел на меня исподлобья, дескать мужик, нарываешься и дальше.

Упорный парень. Я им горжусь. И откровенно млею, когда раздается звонкое «папа».

— Давай, Лер. Хватит упираться. Тем более я уже всем сказал, что ты придешь.

— Нужна я им больно.

— Нужна.

Мне уже весь мозг высосали, требуя показать Вознесенскую и сына. Да и мне самому хочется, наконец, притащить ее и заявить «это моя самка».

Она, конечно, будет упираться, но, когда меня это волновало?

В итоге частых и продолжительных боев, мне все-таки удается ее уговорить. И вот суббота. Вторая половина дня. Повариха наготовила как на роту солдат, стол накрыт.

Я в гостиной с Максом, а Лера где-то наверху. Красоту наводит. Так забавно наблюдать за тем, как она переживает, говорит, что плевать ей на все, а у самой аж руки от волнения трясутся. Ежик.

Слышу цокот каблучков по лестнице, оборачиваюсь и дальше полный ступор.

Лерка мнется на последней ступени, поправляя подол. На ней что-то блестящее, но не пошлое. Одно плечо обнажено, второе полностью закрыто, черный пояс стягивает и без того узкую талию, юбка узкая до колен. И шпильки. Я зависаю на пальцах с алыми ноготками. Сглатываю. Кровь стучит в ушах, и ниже.

— Как тебе?

— Ммм, — что-то мычу, а сам продолжаю таращиться на ее ноги.

— Понятно, — вздыхает Лера, — Барханов снова увидел пол коленки и поломался.

Язва.

Поломаешься тут, когда дразнят, а не дают. После того срыва в моей спальне, Вознесенская динамит меня. Даже на отдыхе, несмотря на романтику, море и расслабляющую атмосферу, и то умудрялась сбегать. У меня уже руки в мозолях от ручного труда, а ей хоть бы хны. Вроде не отталкивает и в то же время держит дистанцию. И моя хваленая выдержка уже трещит по швам. Нервов не хватает. А ей все весело.

— Знаешь, чего не хватает? — окидываю всю ее с ног до головы оценивающим взглядом.

— Чего? — тут же теряется она.

— Волос твоих рыжих. Они красивые были, как живой огонь.

Лера неосознанно прикасается к коротким белым прядям.

— Разве со светлыми мне плохо? — смотрит обиженной девочкой.

— Красиво, — я не вру. Блондинкой она очень эффектная, — ты мне любая нравишься.

— Но рыжая больше?

— Да. Рыжая беда – мой фетиш.

— Дурак, — она смущается, а я беру Макса за руку и иду встречать первых гостей.

— Внимание. Швецовы.

Лера вытягивается по струнке. Втягивает и без того плоский живот, выпрямляет спину и, по-моему, перестает дышать

— Вот и мы!

Сначала вваливается Яська, следом за ней Влад с сыном на руках.

— О, какой мужчина, — Ярослава присаживается на корточки рядом с Максимом, — привет красавчик.

— Привет, — Макс и не думает смущаться. Наоборот, грудь колесом и к Яське обниматься. Понравилась она ему.

— О, какая женщина, — хмыкает Влад, кивая на Лерку, которая мнется в стороне и боится подойти ближе.

— Ноги оторву, — меланхолично произношу я.

— А я все остальное, — тем же тоном добавляет Ярослава.

— Все понял. Молчу, — смеется Швецов, — но может хоть представишь.

— Лер, иди сюда, — протягиваю ей руку, подзывая ближе. Жду, чувствуя, как у самого от волнения покалывает пальцы. Давай же Вознесенская, хватит колоться. Ты же знаешь, что я твой, а ты моя, и даже если упираться будешь. Не отпущу. Никогда.

Она подходит ближе и вкладывает свои подрагивающие пальцы в мою раскрытую ладонь. Я выдыхаю. Моя.

— Знакомьтесь. Это Влад, Ярослава, а это Лера. Я рассказывал про нее.

— Та звезда, которая заставила нашего продуманного Демида сигануть с тарзанки? — Влад не может не подколоть, да еще и Яська прыскает со смеху, но словив мой взгляд, тут же извиняется, но глаза все равно смеются.

— Это было не сложно, — Лера жмет плечами, — внутри даже самого большого зануды сидит мальчик, жадный до приключений. Надо только докопаться до него и вытащить наружу.

Да уж, докопалась.

— Приятно познакомиться.

За воротами сигналит машина.

— А вот и другие Бархановы пожаловали.

Спустя несколько минут появляются Артур, Вероника и их выводок.

Макс встречает их как маленький хозяин, Лера здоровается с Вероникой, а на Артура пялится долго, явно сравнивая нас между собой.

— Надо же, как под копирку сделаны, — удивленно качает головой.

Артур, не привыкший к такой прямоте, кашляет, я только улыбаюсь. То ли еще будет. Когда Ежик в ударе, там перл за перлом. Только успевай записывать.

— Она забавная, — чуть позже выносит свой вердикт Артур.

Мы расположились в беседке, возле гриль зоны, а девушки с детьми чуть дальше на поляне. О чем-то секретничают, смеются. И судя по тому, как украдкой оглядываются в нашу сторону, перемывают нам кости. Я дергаю воротник футболки, пытаясь ослабить удавку. Чувствую, Лерка там отжигает, потому что после ее слов смеха больше всего.

— Забавная, — соглашаюсь.

— Жениться будешь?

— Если уговорю.

— Все никак?

— Ни в какую.

— Это семейное