Играя с огнем - Л. Дж. Шэн

И все же, сев в пикап, первые десять минут я просто пялилась на здание и мучилась от чувства вины. Бабушка Савви меня вырастила. Она – единственная мать, которая у меня была. А теперь я буду видеться с ней только по выходным, во время коротких визитов. Я больше не буду с ней жить. Это конец целой эпохи.

Потянувшись к бардачку, я вытащила кое-что от Карли. Она написала мне письмо и попросила открыть, только когда я сегодня закончу. Думаю, подруга хотела убедиться, что я доведу дело до финальной точки.

Я вытащила письмо из конверта.

Шоу,

Ты поступила правильно. Я тобой горжусь. Теперь снимай это сломанное кольцо с пламенем. Перестань хвататься за пепел своей матери.

#ФениксыВсегдаПобеждают

Карли

Глаза наполнились слезами. Я сделала, как она просила. Сняла кольцо и положила его в конверт, заклеила. Бумага в руках стала мокрой от моих слез. Я отложила письмо на соседнее кресло и впервые за несколько часов потянулась за телефоном.

Я провела пальцем по экрану, и у меня перехватило дыхание.

Двадцать пять пропущенных звонков.

Истон Браун.

Возможно, Тесс Дэвис.

Карли Контрерас.

Заблокированный номер.

А еще была целая куча сообщений.

Истон Браун: Это Истон. Пытался до тебя дозвониться.

Истон Браун: Перезвони, пожалуйста.

Истон Браун: Это срочно. Пожалуйста.

Тесс Дэвис: Ты слышала про Уэста???

Тесс Дэвис: Ты будешь с этим что-то делать?

Карли: Когда увидишь мое сообщение, обязательно перезвони!

Истон Браун: ГРЕЙС, ВОЗЬМИ ЧЕРТОВУ ТРУБКУ!

Тесс Дэвис: Набери, если понадоблюсь <3

Карли: Тут мир рушится, а ты там, наверное, играешь в бинго с Агнес и Элмером, Шоу.

Я нарочно не брала сегодня телефон с собой, потому что не хотела, чтобы что-то отвлекало. И уж тем более не хотела узнавать результат боя Уэста с Эпплтоном.

Наконец я оправилась от шока и решила набрать Истона. Я знала, что он, скорее всего, с Уэстом, поэтому логичнее позвонить ему первому.

Еще гудки не успели пойти, как он взял трубку. Так быстро, что я решила, мы звоним друг другу одновременно.

– Алло, Истон? Это Грейс.

– Грейс! – запыхавшись, взревел он. Я слышала, как он идет по скрипучему линолеуму. – Господи боже, мы тебя тут все обыскались.

– Он в порядке? – несмотря на усилия, голос у меня задрожал.

Я не хотела волноваться.

А потом Истон задал вопрос, который не захотел бы услышать ни один звонивший.

– Ты стоишь? Тогда лучше сядь.

Уэст

Предыдущий вечер

– Приятель, да твою же мать! Ты опоздал на сорок минут! – встретил меня Макс с распростертыми объятиями, будто мы парочка.

Я оттолкнул его, он пошатнулся и упал на задницу. Я зашагал зигзагами к «Шеридан Плаза», услышав, как мой байк с глухим звуком свалился на землю.

Я забыл нормально припарковаться. Мой косяк.

Плакала моя драгоценная роспись на байке. Извини, Кристина.

Я пошел вперед и споткнулся о свои же ноги. Чем быстрее покончу с этим, тем лучше. Макс встал и, прорычав просьбу о помощи, успел меня подхватить – да уж конечно! Рядом тут же возникли Ист, Рейн и Тесс.

– Ничего себе! Наконец-то нашел человека, более долбанутого, чем Канье, – невозмутимо сказал Рейн.

Тесс прижала ко рту ладошки и покачала головой, яростно меня осуждая.

– Боже мой, Уэсти.

– Мужик, да он в стельку. – Ист закинул себе на плечо мою руку, Рейн с другой стороны сделал то же самое.

Тесс, любопытный мышонок, которого я хотел бросить на съедение львам, побежала за нами.

– Тебе нужно отменить бой, – потребовал Ист. – Он не должен состояться. Уэст даже стоять прямо не сможет.

– Вбщетмогу, – заплетающимся языком сказал я и отпихнул их, чтобы отстоять свою точку зрения.

Ист и Рейн отошли, и мне, разумеется, удалось сохранить равновесие.

Видите? И нет проблем. Я вполне способен…

Шлеп!

Только через несколько долгих секунд я понял, что щека горит не от стыда, а от удара об асфальт.

– Я на лицо шлепнулся, да? – невнятно произнес я, потому что к языку прилип гравий.

С каких это пор бетон такой мягкий и уютный? И прямо возмутительно дремотный.

– Есть вообще такое слово – дремотный? – поинтересовался я.

И услышал стон Иста.

Макс вздохнул.

– Я поговорю с Шоном. Может, удастся отложить бой на несколько часов. Но отменять нельзя. Они четко обозначили условия, а я не хочу лишиться яиц.

– Бой будет, – услышал я свой голос, медленно поднялся на ноги и отряхнулся. Меня укачало. Резонная побочка после того, как я вылакал целую бутылку самого дешевого виски, какой только нашел в магазине. – Я выйду на тот ринг и прикончу эту шваль.

– Ты больной? – загрохотала за спиной Тесс.

Я повернулся к ней. К мисс Дэвис у меня отдельный разговор. Она не только появилась передо мной, а я увидел несколько ее изображений. Они сливались друг с другом, как гармошка из вырезанных Тесс.

– За какие такие гнусные прегрешения я заслужил шесть Тесс? – задумался вслух я. Мне вдруг резко захотелось блевать. – Подумать только, всего одной чертовой Тесс хватило, чтобы испортить отношения между мной и моей девушкой. – Я наклонился и постучал ее по носу. Правда, промахнулся на пару сантиметров и ткнул ее в глаз. Мой косяк, уже второй.

Рейн встал между нами, отпихнул мою руку и нахмурился.

– Уже бывшая девушка, и не вали все на Тесс. Она не виновата, что ты не сказал Грейс про бой. Неужели ты считал, что ей никто не передаст?

– Я собирался признаться ближе к бою. Ты сказал Тесс, что я скрываю это от Грейс, а Тесс передала ей, потому что ужасно соскучилась по моему члену.

Я прорычал и рыгнул одновременно. Просто замечательно.

– Извини, ладно? – Тесс поморщилась. – Мне правда жаль. Я не думала, что все будет так плохо. Я не хотела портить ваши отношения. Просто хотела немного их… усложнить.

У меня в кармане зазвонил телефон. Проигнорировав извинения Тесс, я неуклюже вытащил мобильник. Макс вышагивал по парковке и говорил по телефону – наверное, объяснял ситуацию Эпплтону и его шайке.

Я глянул на экран.

Мама.

Это как же я нажрался, раз решил, что может звонить Грейс?

У меня был шанс. Если честно, то даже несколько. И я все спустил в унитаз. Радует еще, что я наконец-то пришел в себя. Я знал, что нужно сделать, чтобы Грейс ничего не угрожало.

– Он как будто-то что-то задумал, а это нехорошо, учитывая его текущее состояние, – пробился голос