Его невинная Алая - Виктория Скляр

— Джесмин Элегота Янг, — процедил сквозь зубы отец. У него нервно дергался правый глаз, а пальцы отбивали резкий и сбивчивый ритм на крышке стола. Он был громким и рванным, выражая тем самым всю степень отцовского беспокойства. Демон был в бешенстве от услышанных новостей. — Как ты смогла так вляпаться?

— Талант, — пожала я плечами, замечая, что отец немного, но все же оттаял. Просто мы оба понимали, что психовать сейчас не было смысла. Все равно ведь ситуацию не изменить. Ее нужно было решить и поставить точки во всех проблемах.

— Значит, тебе нужен ритуал для перемещения печатей, — папа не спрашивал. Он ловким движением поднялся на ноги, отчего кресло— качалка начала равномерно раскачиваться туда-сюда. — Со Смертью ты это согласовала?

— Разумеется. Она приняла мою идею, как единственную верную. Прикосновения Бена… эм… акхлера к Смерти причиняет ей боль, он даже меня касаться не может, а аще ничего не помнит о своей прошлой жизни. Тяжелый случай.

— Да уж, акхлер с потерей памяти это трагедия и проблема для нашего мира. А твой Серый. Ланс, да? Говоришь, его выбрало твое пламя и он теперь полукровка— душегубец?

— Ага, — кивнула я.

— И ты помогла ему пройти инициацию?

— Пап, думаю, ответ на этот вопрос ты знать не захочешь, — покраснев и посмотрев на длинноворсовый ковер в нашей библиотеке, промямлила я.

— Верно, не хочу, — согласился отец, нервно одергивая свою рубашку, что и без того смотрелась на нем идеально. — Мне нужно познакомиться с твоим избранником. И встретиться с акхлером. Наброски для ритуала я могу сделать и сейчас, но доработать его окончательно следует уже на месте, опираясь на магический фон Обители и кровь Бена. Идем в мой кабинет, будем перемещаться в Дертагор.

Хихикнув своим мыслям, я вспомнила о том, что мы с Ланселем поссорились менее часа назад, и он со мной не разговаривал. А еще Жасита была неизвестным переменным в этой формуле жизни.

Вздохнув, я отправилась следом за отцом, понимая, что предупредить Ланселя у меня просто не было возможности. Хотя… будет ему уроком. Не станет меня больше игнорировать и указывать мне, что делать. Он не мой муж, чтобы распоряжаться моей жизнью. Но в глубине души все же понимала, что разговор двух, самых дорогих для меня мужчин будет, как минимум, напряженным.

Глава 29

Их взгляды были направлены друг на друга, прожигая дыры в смертных телах. Напряжение можно было резать ножом, так остро оно ощущалось в замке дертагорцев. Нервный тик, что был у отца сейчас, переместился и на Ланселя. Душегубец сидел ровно, словно проглотил железный прут, его темный взгляд метался между мной и моим отцом, не особо понимая, что именно здесь происходило. Но осознание грозящих проблем медленно доходило до мужчины, и он положил руки на тяжелую крышку своего письменного стола, сделав глубокий вдох.

— Я рад нашей встречи, мистер Янг, — первым решил заговорить Лансель.

Мы сейчас сидели в кабинете душегубца — Ланс за столом, а мы с отцом заняли два свободных кресла напротив. Для меня происходящее походило на странную, чуть извращенную забаву, в то время как для мужчин это было тяжело и серьезно. Отец понимал, что изменить выбор пламени демона невозможно и что даже если он увезет меня обратно на Аш, заперев в комнате, я сбегу или умру от тоски. Поэтому быть против наших отношений с моим Хадом он не мог по соображениям демонической магии. Но как отец… ему было тяжело осознать тот простой факт, что я больше не ребенок и могла принимать самостоятельные, взрослые решения.

— Не могу сказать того же, — холодно произнес отец, продолжая отбивать знакомый лишь ему ритм пальцами на подлокотнике своего кресла.

— Па-а-ап, — осуждающе протянула я, посмотрев на вароса и недовольно поджав губы. Но взгляд, которым удостоил меня родитель, заставил умолкнуть и понять, что влезать в разборки старших не стоило. Не сейчас, когда папа пытался проверить Ланселя на стрессоустойчивость и узнать, какие у дертагорца на меня планы.

Эх… Ба делала тоже самое. Видимо, у них это в крови. Варос от вароса, как говорится.

— Джесмин рассказала мне краткую версию последних событий, — строгим, несколько давящим тоном продолжил отец, сцепив пальцы в замок и положив их себе на живот. — Побег старшего наследника, убийство короля Дертагора, а также желание Жаситы, захватить ваш мир.

— Очень краткая версия, — как-то неоднозначно хмыкнул Лансель и я почувствовала, как опаляющий внутренности своим жаром взгляд душегубца прошелся по моему телу, заставляя сцепить зубы вместе, чтобы не зарычать.

Что позволял себе его демон?!

Тут же мой отец!

Чертов душегубец.

И лишь посмотрев в пылающие жаром карие, отливающим алым пламенем глаза Ланселя я поняла, что он был голоден, а еще хотел меня наказать за то, что ослушалась.

Как же быстро он освоился со своими возможностями!

— И Джесмин отправилась к вам, мистер Янг, чтобы… что? — Лансель чувствовал свою власть и ему очень это нравилось. Он откинулся на спинку кресла и зеркально отразил позу моего отца. Сейчас душегубец не боялся как при встречи с Ба. Ох, нет! У него сейчас была жажда не только самоутвердиться, но и преподать мне урок.

И если еще минут двадцать назад я думала, что Ланс будет волноваться, пытаясь произвести на отца лучшее впечатление, то сейчас поняла — все будет иначе. И даже слишком. Он хотел показать не то, что готов на все ради меня, а то, что он надежный, умный и сильный. Ведь понимал, именно эти качества высоко ценились в племени, частью которого он стал.

— Отец лучше остальных разбирается в кровных ритуалах, — взяла я слово, решив, что быть безмолвной куклой в этом спектакле не собиралась.

Милый, в эту игру можно играть вдвоем.

Да, он был моим жаром, а я его якорем, вот только не только это определяло наше существование. Мы были демонами и в нашей природе — дразнить, доводить до нервного тика и бесить до оскомины.

— Насколько я понял, то ты, Лансель, запретил моей дочери проводить ритуал перенесения душ и печатей на тело акхлера. Я это оценил, и понимаю твой страх.

— Я не боюсь, лишь считаю, что это ненужный риск для Джесмин.

— Ха! — насмешливо улыбнулся отец. — Мальчик, ты можешь изображать из себя кого угодно — правителя, демона или даже настоящего мужчину, вот только я старше и опытнее, — папа сделал паузу, заставляя Ланселя осмыслить эти слова. — И я вижу тебя