Научись любить, если сможешь - Евгения Ник

— Чего так? Ты из-за ребенка, что ли? Лариса вроде нормально восприняла. Пока что ошарашена больше, но в целом… нормально.

— Я думал после выписки, приглашу ее на свидание. А там красиво кольцо ей на палец и бумажки о беременности. Ну, в общем, сюрприз типа. Все как девчонки любят.

Глушков смотрит на меня, пару раз моргает и заливается смехом.

— Что не так? — сдвигаю брови к переносице.

— Миша, она б тебя прямо там этими бумажками огрела и кольцо бы в задницу запихала. Поверь, хорошо, что о беременности она узнала сейчас.

— Очень смешно, — выдаю с раздражением. Задумываюсь. И зная Мурашку, должен согласиться, что в словах Ильи есть доля правды.

— Мой тебе совет. Купи кольцо и сделай еще раз предложение. Сегодня. Вся эта мишура… кому она нужна? Поверь мужику, который живет чуть дольше тебя.

— Женщины любят глазами…

— И ушами, а еще другим местом. Ага, знаю, знаю…

Спустя полтора часа я уже залетаю в ювелирный с какой-то незнакомой девахой, которую увидел на улице и понял, что ее пропорции почти такие же, как у моей Мурашки. Уломал ее мне помочь, чтобы не облажаться с размером кольца. К счастью, адекватной оказалась. Даже шутили с ней о чем-то. В итоге кольцо было выбрано. Нежное, как моя Лара, а еще с большой и чистой душой (камнем). Незнакомка в конце покраснела и сказала, что моей будущей жене повезло.

Ну, не могу не согласиться с этим.

— Благодарим за покупку! Желаем вам и вашей возлюбленной счастья. И будем с радостью вас ждать в нашем салоне. Приходите за обручальными кольцами, — улыбается консультант и ее щеки тоже алеют.

Искренне улыбаюсь в ответ.

— Обязательно!

Вот теперь можно двигать к Ларисе.

Глава 70

Лара

— Твой здоровяк получит у меня! — мечет гневные стрелы Женька. — Специально ведь тебе ребенка заделал, чтобы не рыпнулась от него! Снайпер гребаный. Ну он у меня! — вскрикивает она и воинственно поднимает вверх кулак.

В этот момент дверь в палату открывается и появляется виновник моего пузатого положения.

— Нам сегодня вообще дадут побыть вдвоем? — бухтит Миша и проходит в палату.

Ставит букет цветов в вазу, которую предусмотрительно принес с собой. Косится на подругу. Та на него. Безмолвная война.

— Может, хватит уже, а?! — не выдерживая, восклицаю я. — Вы что тут устроили оба?

— Лорик, ты мое мнение знаешь. После того как тогда вел себя твой возлюбленный, — подруга плещет ядом на последнем слове. — Я бы его на пушечный выстрел не подпустила.

Миша склоняет голову и поднимает брови, сверля Женьку недобрым взглядом.

— Ты себе не слишком жирные высказывания позволяешь?

— Вот об этом и речь, — пожимает она плечами. — Хамло.

Кажется, это может длиться очень долго. Встаю с кровати, развожу руки и тычу в подругу и Мишку пальцами.

— Вы, оба, прекратите или выгоню! — рявкаю устрашающим тоном. — Женя, я люблю Мишу, смирись с этим! Ничего страшного он тем более не сделал. Кто из нас не косячит? М? Я так постоянно, — далее перевожу взгляд на Гору. Тот светится счастьем, что я за него вступилась.

Ничего, сейчас и ты получишь. Сгорел сарай, гори и хата.

— Миша, подсветку отключай уже. Радуешься, стоишь. Извинись перед Женей, за свое поведение.

— Я, извиниться? — Гора точно выпал в осадок.

— Да, ты, Миша. Или тебе память освежить, как ты себя вел тогда…

— Все, все! Понял, давай без напоминалок, я вроде болезнью Альцгеймера не страдаю, — тут же перебивает меня.

— Жду вашего примирения. Я люблю вас двоих и не хочу, чтобы между вами были такие отношения. Вы же как кошка с собакой. Детский сад устроили тут.

Повисает пауза. Наитупейшая и долгая. В какой-то момент мне даже кажется, что они так и будут стоять в форме каменных статуй.

— Сейчас вернусь, — бросает Миша и выходит из палаты.

— Куда он? — растерянно смотрит на меня подруга. — А извиняться, кто будет?

— Жень, ну ты сама то не лучше. Видно же, что он сожалеет о том, что тогда учудил.

— Да, знаю я… Тебя, когда похитили, твой громила знаешь на какой панике был. Ко мне ведь тоже приходил. Лица на нем не было. В общем, да, его чувства к тебе как на ладони, подруга. Но блин, как откроет рот, бесит же! Надо его перевоспитывать.

На лице появляется улыбка. Щеки заливаются ярким румянцем. Мишка только внешне такой грозный и большой дядька. За этим образом скрывается мой Миша. Гора. Горыныч. Где-то грубоватый и вредный, но в то же время заботливый и ласковый. Безумный красавчик и очень харизматичный, хоть сам этого даже не замечает. А я и не буду говорить. Пусть останется моим маленьким наблюдением и секретиком.

Спустя двадцать минут Мишка вернулся с еще одним букетом цветов, бутылкой белого вина, яблочного сока и целой горой коробочек с суши и ролами.

— Жень, это тебе. Косяк свой признаю, зла не держи, — вручает подруге цветы, а я чуть ли не пищу от умиления.

Умеет же когда… пнешь.

— Спасибо, Миш. Да я уже и забыла. Ты о чем? — подруга хитро улыбается и подмигивает ему. Немного мешкается, а потом ныряет под Мишину руку и обнимает его. — Но Лорика мне, больше не обижать. Договорились?

— Специально не буду, — отбивает он с улыбкой. — Так, девочки, я добыл нам мамонта, — кивает он на пакеты с едой. — А с вас поляна. Давайте, пошуршите, соорудите нам столик.

— Нас из больницы не выпрут за винишко? — спрашивает Женя.

— Пациент пьет сок. Все законно. Нас с тобой, возможно, и выпрут, но очень вряд ли, — отвечает Гора подруге.

Мы переглядываемся и начинаем смеяться. Обстановка наконец-то окончательно разрядилась.

Спустя пару часов Женька, немного захмелевшая и довольная отправилась домой, оставив нас с Мишей вдвоем.

— Неужели. Я уже устал ей вино подливать, — выдает он, как только подруга уходит.

— Я заметила. И тебе не стыдно?

— Вообще, ни капли. Я только и думал: скорее бы она нажралась, напилась и оставила нас вдвоем. У меня такое чувство, что все сговорились. Сначала Илья, теперь твоя подруга.

— Ворчишь, как дед старый, — пихаю его в грудь.

Он вдруг становится серьезным. Касается моей руки, переплетает наши пальцы и тянет на себя.

— Мур, я обещаю тебе ресторан, прогулки под звездами, и отдых на море, все, что ты захочешь, но… дай мне ответ сейчас. — Миша достает из кармана маленькую коробочку. — Ты выйдешь за меня замуж?

Улыбаюсь и подвисаю.

— Да ты издеваешься