Ирландская колдунья - Эми Фетцер

– Кто сказал? – рявкнул Реймонд.

– Стэнфорт, сэр!

Реймонд застыл, глядя на жену. Все части головоломки встали на свои места. Он отправил двоих оруженосцев с приказом немедленно доставить сюда Стэнфорта. Как только они вышли, Фиона обратилась к Йену:

– Почему с нами нет рыцарей Пендрагона?

– Они стоят на часах.

– Найди их, – приказал Реймонд. – И… Фиона… – Она подняла на него вопросительный взгляд. – Ступай к Шинид, любимая, и поскорее!

Фиона сидела на кровати и расчесывала на ночь волосы. Стэнфорт успел скрыться. Никто не видел его с прошлой ночи. Реймонд расспросил рыцарей Пендрагона, пока Фиона искала Шинид. Как и следовало ожидать, она нашла ее на конюшне. Девчонка дразнила Коннала.

Реймонд удовлетворился теми ответами, что получил от рыцарей из Донегола, и у Фионы не было повода не доверять его чутью. Бедняга Гаррик был безутешен. Никакие уговоры не могли смягчить его раскаяние. Тем более что кольцо с ключами – знак доверия его господина – утратило в глазах Гаррика свою значительность, поскольку там не хватало одного важного ключа. Полный набор теперь имелся только у Фионы. Ее дочь мирно спала в смежной комнате под защитой четырех волшебных камней по углам кровати и охранного заклинания. Фиона понимала, что Шинид первым делом попытается снять ее заклинание – хотя бы ради интереса, – и постоянно проверяла, чем занята эта маленькая искательница приключений.

В окно заглянула полная луна, и легкий сквознячок отнес в сторону тепло, исходившее от камина. У Фионы вырвался довольный вздох. Со дня их свадьбы погода над Гленн-Тейзом менялась прямо на глазах. С каждым новым утром становилось все теплее по мере того, как ожившая почва впитывала в себя лучи дневного светила. Ведь отныне ничто не заслоняло над замком ясного неба. Повсюду из земли пробивалась буйная зелень: зеленели лужайки, зеленели поля с пшеницей и ячменем, а по обочинам дорог начали распускаться первые полевые цветы. Жизненная сила, до поры до времени спавшая в заповедной лощине, простирала свои щедрые руки на всю округу, как будто старалась обнять своего старого друга. Одного этого Фионе было довольно, чтобы сердце в груди начинало петь от счастья.

– Чему это ты так улыбаешься? Уж не мне ли?

Реймонд вольготно раскинулся на кровати, заложив руки за голову.

– Не исключено. – Щетка для волос полетела на ночной столик, а Фиона оказалась в любящих объятиях. Губы и языки едва успели начать свою волшебную игру, и Реймонд уже приподнял подол ночной рубашки жены, когда в дверь спальни тихо постучали. Реймонд со вздохом откинулся обратно на подушки.

– Покой… – простонал он. – Чего бы я не отдал за минуту покоя!

Пока Реймонд встал, натянул штаны и подошел к двери, он успел разозлиться настолько, что готов был прибить нерадивого слугу, потревожившего хозяина среди ночи. Но на пороге оказалась Шинид. При виде отчаянно стиснутых рук и горючих слез, стоявших в широко распахнутых детских глазах, сердце у Реймонда сжалось от боли.

– Папа, можно мне войти? – спросила она дрожащим голоском. Реймонд подхватил малышку на руки, захлопнул дверь и отнес девочку на кровать. Та мигом оказалась под боком у матери.

– Что с тобой, милая? – Фиона с тревогой посмотрела на Реймонда. – Она вся дрожит!

Пока чародейка пыталась успокоить дочь, Реймонд устроился возле них на просторной кровати. Шинид несколько раз всхлипнула и опустила голову на подушку. Ее взгляд метался между недавно обретенными отцом и матерью.

– Шинид, чего ты так испугалась? – настойчиво спрашивала Фиона.

Детские черты застыли в горькой гримасе, и малышка ответила:

– Мы живем вместе, и все растет. – Тонкая ручка обвела комнату. – Плохие люди злятся.

– Отчего же? – строго спросил Реймонд.

– Они не хотят, чтобы мама была здесь.

– Почему?

– Не знаю.

Реймонд растерянно переводил взгляд с одной чародейки на другую.

– У тебя было видение, Шинид? – уточнила Фиона, всматриваясь в ее лицо.

– Прости, мама, я не хотела… – понурилась малышка.

– Тебя никто не собирается ругать или наказывать, моя маленькая! Расскажи, что ты видела! – Фиона говорила спокойно, но Реймонду еще предстояло привыкнуть к необычным способностям его женщин, и он вздрогнул от страха.

– Кто-то хочет обидеть тебя, мама! – Шинид подняла на Фиону заплаканные глаза.

– Кто? – не выдержал Реймонд, но Шинид только пожала плечами в ответ. – Что еще ты видела?

– Глаза на деревьях! – И Фиона, и Реймонд тревожно нахмурились. – Они были… на таких черных палках! – Девочка отчаянно пыталась найти нужные слова, но это удавалось ей с большим трудом.

– Все хорошо, милая, – успокоила ее Фиона. – Мы слушаем!

– А ты был злой-презлой! – Она посмотрела на Реймонда. – А ты плакала, – добавила маленькая провидица, обратившись к матери, и на минуту задумалась. – И еще я видела мужчину. У него волосы как у меня, а глаза – как у тебя, мама! – Этот человек не показался Шинид плохим, но она не могла сказать с уверенностью.

– Это все? – спросил Реймонд.

– Я как будто заснула и видела страшный сон. – Девочка растерянно покачала головой.

Взрослые обменялись тревожными взглядами.

– Мы тебе верим, моя хорошая, – сказала Фиона, – только не надо никому об этом рассказывать!

Шинид прерывисто вздохнула, кивнула и крепко обняла обоих. Прижалась носом к носу Реймонда, чтобы смотреть на него глаза в глаза, и сообщила:

– Мне уже немножко нравится, что у меня есть папа!

– А мне нравится, что у меня есть дочка! – отвечал де Клер голосом, охрипшим от волнения. Шинид так удивительно походила на мать! Такая же красивая, умная и отважная. Реймонд поцеловал девочку в лоб и улегся, обнимая их обеих.

В комнате царила тишина, пока Шинид не уснула вновь. Реймонд переглянулся с Фионой и понял, что для нее открывшийся в дочери дар провидицы стал полной неожиданностью. Убедившись, что малышка спит, Фиона осторожно высвободилась из детских ручонок, укутала дочку одеялом и кивнула Реймонду, предлагая перебраться к камину.

– Я должна была это предвидеть, – с горечью прошептала она, кутаясь в плед.

Реймонд опустился в глубокое кресло и усадил ее к себе на колени.

– Каким образом?

– До сих пор она говорила только о том, что видела в будущем себя и Коннала. – Реймонд сурово сдвинул брови. – Она явно к нему неравнодушна и вбила себе в голову, что они непременно поженятся.

– А мальчишка шарахается от нее как от чумы! – ухмыльнулся де Клер.

– Это потому, что она пыталась его заколдовать!

– Черт побери! – ужаснулся он.

– Вот именно. Должна признаться, это было душераздирающее зрелище. Но я наложила на него защитные чары, а ее дар забрала себе. – В доказательство Фиона подняла руку с серебряной цепочкой на запястье, и Реймонд вспомнил, что видел точно такое же украшение у Шинид. И все же эти чудеса не укладывались у него в голове.