Круговорот чужих страстей - Екатерина Риз

— Вполне вписывающийся в факт твоего появления в усадьбе.

— Больше мне журналистом не работать, — озвучила она свои мысли.

— Я его на наших воротах за ноги повешу.

— Не вздумай! — Алёна даже вскочила. — Ещё не хватало с Артюховым связываться. Он тогда ещё не то напишет!

— Не напишет, без рук не пишут, — зловеще проговорил Костров, а Алёна на него шикнула:

— Паша!

Он лишь отмахнулся в раздражении.

— Ладно… Мы обедать будем?

— Будем. — Пришлось заставить себя сделать глубокий вдох. — Пойду, помогу Альбине Петровне накрыть на стол.

С обедом экономка расстаралась. Алёна была искренне удивлена тому, как Альбина Петровна всё в одиночку успела. Ей осталось только на стол накрыть, и то, Альбина Петровна прибежала и принялась что-то переставлять и докладывать столовые приборы. Надо сказать, что до этого они за столом вполне обходились минимумом из них, а тут полный комплект, причём его достали из ящика буфета, чистое серебро в специальной коробке с замком. Это уже казалось смешным. Алёне, а не Альбине Петровне, поэтому Алёна ничего ей не сказала. В конце концов, домоправительнице лучше знать, как ублажать хозяев.

— Паша, с домом работы ещё не початый край. И мебель… С ней нужно что-то делать.

Алёна слышала бодрый голос Регины из гостиной. Слышала, но предпочла остаться в столовой.

— Регина, ещё рано что-то делать, — отозвался Павел, в голосе слышались ленивые нотки. — Сначала надо ремонт закончить.

— А тебя не смущает, что этому креслу сто лет?

— Нет. Оно даже не качается. Умели ведь делать.

— Ясно. — Регина показательно вздохнула. — Думаю, про паркет и разговор заводить не стоит.

— Меня всё устраивает. К тому же, ты слышала последние новости? Нам грозят конфискацией имущества. Ты к этому готова?

Алёна вся превратилась в слух, стараясь не обращать внимания на всколыхнувшуюся в душе обиду: ей он этого не говорил, и с ней подобным не делился.

А Регина сказала:

— Я даже обсуждать это не хочу.

Павел усмехнулся.

— Хотя, думаю, что тебя пощадят. Ты у нас всё-таки заслуженная, народная… кто ещё?

— Я для этой страны сделала всё, что могла и даже больше. И думаю, достойна чего-то другого, а не конфискации имущества.

— Это без сомнения.

— А ты?

— Что?

— Обеспокоен?

— Угрозами оставить меня без штанов? Не слишком.

Алёна услышала стук каблуков по паркету, Регина прошлась по гостиной. А Алёна про себя посетовала, что жизнь в усадьбе её совсем расслабила, и она думать забыла, что такое каблуки. Даже не одних приличных туфель сюда не привезла. Может, надо было? Её шорты, футболки и сандалии явно не идут с нарядами Регины ни в какое сравнение.

И будто в продолжение своих мыслей, она услышала её слова, и тон показался Алёне особым, проникновенным:

— А ты хорошо выглядишь.

Костров насмешливо хмыкнул.

— Серьёзно?

— Да. Видимо, свежий воздух пошёл тебе на пользу.

— Да, с воздухом тут проблем нет. Пойдём к столу?

Услышав это, Алёна вскочила, схватила с буфета тарелку с хлебом, и когда Павел и Регина появились в столовой, она сделала вид, что только что зашла со стороны кухни. Даже сумела выдать улыбку.

— Где Ваня?

— Сейчас найду его, — кивнул Павел и снова вышел.

Регина оглядела столовую, провела рукой по антикварному, немного потерявшему свой вид, буфету, потом на шторы внимание обратила. Алёна читала на её лице неодобрение, наверное, по мнению Регины, в доме всё должно быть с иголочки. А вот Алёне и так всё нравилось. И старая, антикварная мебель придавала дому особый колорит, здесь не чувствовалось течения времени.

— Алёна, мы с вами так и не были представлены друг другу, как полагается. У Паши с этим проблемы. — Регина подошла и протянула ей руку.

Руку, очень тонкую, изящную, с безупречным маникюром, Алёна осторожно пожала. Затем переспросила:

— С чем, с воспитанием?

Губы Регина тронула улыбка.

— С учтивостью. А вы давно здесь?

— Почти три недели.

— Давно. Не заскучали?

— Нет. Это сегодня здесь тихо. Вчера, после случившегося… Паша… Павел Андреевич всех выгнал.

— Выгнал?

— Да. Обслугу, рабочих. В общем, всех. Остались только мы и Альбина Петровна. И охрана.

Регина казалась немного обескураженной.

— И как вы намерены справляться?

Алёна бодро улыбнулась.

— Как-нибудь. Больше половины дома закрыто, людей мало. Справимся.

— Очень любопытно.

В столовой появился Павел, Ваню он за руку вёл, а Алёна, взглянув на ребёнка, пока Регина не видела, в отчаянии зажмурилась. Новая футболка на животе окрасилась травянисто-зелёными пятнами. Ванька явно вытер об неё руки.

— Руки мы помыли, — объявил Костров, — а вот переодеться не успели. Садись за стол, ботаник.

— Хочу кушать, — согласился Ванька, — но не суп!

Своё место за столом Алёна уступила Регине. Решила, что той правильнее будет сесть рядом с пасынком. Сама же села рядом с Ваней. Тот активно отказывался от овощного супа, а Алёна его вполголоса уговаривала, пока Павел и Регина говорили о доме. А потом Регина спросила про футболку.

— Где ты испачкался?

— Я траву рвал. Мы с Роско ходили смотреть кротов и ящериц, они живут за домом, там полянка. Там трава растёт, она им мешает, и я её рвал.

Регина нахмурила идеальные брови.

— Ящерицы?

Ванька даже подпрыгнул на стуле.

— У них отваливается хвост, представляешь?

— Слава богу, нет, — отозвалась Регина и посмотрела на Алёну, видимо, заподозрив, что это именно она даёт ребёнку подобные знания.

Алёна наклонилась к мальчику и тихо напомнила:

— Ешь.

Ванька сунул в рот ложку супа.

— Регина, а ещё у нас есть рыбы! Мы их с папой поймали в реке, а теперь они живут у нас в пруду. Мы с Алёной ходим кормить их хлебом!

— Какая насыщенная у тебя жизнь.

Павел усмехнулся.

— А ты хотела оставить его в Москве, учить английский.

— Знаешь, это тоже было бы не лишним. Алёна, вы говорите на английском?

Алёна с трудом проглотила суп. Подумала, но решила ответить честно.

— На уровне школы.