Дикие орхидеи - Джуд Деверо

Джеки

Я знала: они все считают, что я на грани безумия. Мне никогда раньше не приходило в голову, но оказывается, как с тобой обращаются, тем ты и являешься. В последние двадцать четыре часа люди начали видеть во мне человека, у которого, возможно, поехала крыша, — и я сама стала считать себя чокнутой.

Форд оказал мне медвежью услугу. С самого начала он вел себя так, словно мои видения — самое обычное явление. Ничего особенного. Он выслушал мой первый «сон», а когда увидел, как он сбывается, начал действовать. После этого он ничего не выпытывал и даже ни разу не посмотрел на меня как на больную. А со вторым видением вообще получилось весело...

Однако пока Форд общался с мисс Эсси Ли, Ноубл взял меня в оборот и допрашивал с пристрастием до тех пор, пока я не почувствовала себя чем-то средним между ведьмой и вражеским шпионом. С ним я почувствовала, что сожжение на костре надо обязательно вернуть— как законную меру наказания. Он намекнул, что раз уж я переехала в Коул-Крик, я могу выяснить, какие у кого есть грязные тайны, и использовать это... Однако для каких нечестивых целей я должна использовать это знание, оставалось неясным.

Уж не знаю, как так получилось, но я оказалась главной злодейкой. Постойте-ка, разве это не Форд во всем виноват? Я ввязалась в эту чертову заварушку только потому, что мой бывший женишок украл все мои сбережения и мне позарез нужна была работа, желательно — в другой стране. Я просто приняла предложение Форда и переехала с ним в Коул-Крик. Ну да, он решил переехать именно сюда, потому что я рассказала ему какую-то там историю. Но если б он не вел себя так настырно, я бы унесла ее с собой в могилу. Так в чем же моя вина? Что у меня была пара видений? Так не у меня одной! Полмира этим страдает! Вы что, не смотрите кабельное?

А Тесса — Тесса ничуть не лучше Ноубла. Вслух она ничего не говорила, зато время от времени шептала что-нибудь Ноублу на ухо, и после этого он задавал самые каверзные вопросы. Вскоре я перестала видеть в ней невинное дитя и начала, в свою очередь, допрашивать ее. Потребовалось совсем мало времени, чтобы понять, что известно ей немногое. Мне удалось вытянуть из нее лишь то, что члены всех семей-основателей участвовали в убийстве той женщины, и в результате старший потомок каждого семейства должен остаться в городе.

— Так как же развеять чары и выбраться отсюда?

Тесса пожала плечами:

— Не знаю. Мама ничего про это не рассказывала. Она говорила только, что мне надо уехать отсюда до того, как она умрет.

— Значит, ты уедешь и больше никогда ее не увидишь? Но если ты вернешься, а она в это время умрет, ты застрянешь здесь? Навсегда?

Тесса стиснула зубы, давая понять, что ничего больше не скажет.

Между вопросами Ноубл предложил мне виски — стакан, в каких подают чай со льдом. Он и сам пил из такого же — и то и дело посматривал на дверь, словно мечтая о побеге. По книгам Форда я знала, что Ньюкомбы до смерти боятся всего сверхъестественного, и легко могла догадаться, о чем он думает.

Ноубл, боялся он или нет, дотошно выпытывал у меня все подробности видения о Ребекке. Я раз за разом прокручивала его в памяти, стараясь понять, где именно Ребекка зажжет первую спичку, но ничего не выходило. Я видела только высокую сухую траву и угол деревянной постройки. Ничего узнаваемого.

В конце концов Ноубл решил, что надо звонить Элли: пусть берет машину и приезжает сюда. Мол, они вместе объедут город — мало ли, может, удастся найти Ребекку. Я не удержалась и отпустила замечание в адрес почти пустой бутылки виски — сказала, что Ноубл сделал из себя человеческий компас и теперь без труда наведется на любого алкоголика.

Мне показалось, что моя шутка очень остроумная, но Тесса — маленькая изменщица! — напустила на себя весьма взрослый вид и сказала:

— Ты не забывай, что здесь в прошлый раз сделали с женщиной, которая влюбилась в дьявола.

Высоко задрав нос, она схватила Ноубла за руку и потащила прочь из комнаты.

Они ушли. Образ, который вызвало в моем воображении «невинное дитя», заставил задуматься, а не утопить ли мне часть проблем в спиртном. Я взялась за стакан Ноубла, однако не смогла побороть отвращение к запаху, поэтому поставила его на место и отправилась на кухню. Может, там найдется херес?

Хереса я не нашла и заглянула в холодильник. До приезда Ноубла поступление продуктов в этот дом всецело контролировала я. Не считая окорока, который так любит Форд, самым калорийным продуктом, который я покупала, был йогурт с джемом. Но с появлением в доме Ноубла и Тудлса я потеряла власть над содержимым холодильника. Каков итог? Холодильник битком набит жирным и сладким. Джем по сравнению с этим — здоровая пища! Я хотела уже пренебрежительно хлопнуть дверцей холодильника, но вдруг во мне словно что-то щелкнуло. Я считала себя одним человеком — вменяемым, трудолюбивым, разумным, — а мир видел во мне совершенно другого человека — чудного, полусумасшедшего и опасного. Женщины, у которых бывают видения, не едят здоровую пищу. Женщины, у которых бывают видения, носят фиолетовые шали, большие кольца в ушах и едят жареное.

Когда приехал Форд, я уже почти опустошила запасы сладкого в доме — и чувствовала себя намного, намного лучше.

По сути дела, я чувствовала себя настолько хорошо, что согласилась пойти на пикник с мисс Эсси Ли, Тудлсом и Фордом. Мы шли через лес — ах, буйная зелень Северной Каролины! — к тому месту, где мы познакомились с Расселом. Оно оказалось так же прекрасно, как и вдень нашей первой встречи. Однако все таращились на меня так, словно я спятила. Я решила, что, если они не могутна время забыть о тяготах своей жизни и насладиться красотой природы, это их личные проблемы. Форд даже из леса не желал выйти — и все потому, что здесь я встретила другого мужчину. Его поведение открыло мне новые грани понятия «ревность».

Мисс Эсси Ли пару раз выбила меня из колеи. Она заметила, что этот конкретный вид диких орхидей, которые я видела вокруг в изобилии, цветет в июне, а сейчас на дворе август. Меня это насторожило, но потом я подумала, что происходят события и постраннее того, что цветы цветут не в срок. Может, особые климатические условия... Если в июне бывают снежные бури, то почему бы орхидеям не зацвести в августе?

Во второй раз мисс Эсси Ли застала меня врасплох заявлением о том, что моя бабушка жива. Кажется, все они ожидали, что я тут же поскачу в лес повидаться с ней.

Ну ладно, может, «застала врасплох» — это слишком мягко сказано. Скорее уж проехалась по мне самосвалом, сдала назад и повторила свой подвиг. Так будет правильнее.