Плохой Круз - Л. Дж. Шэн

И тебе привет, мама.

Что-что? Да, я в порядке, несмотря на тюремный срок. Спасибо, что спросила, как я.

И да, я очень рада, что Габриэлла сказала тебе правду.

Мелко, я повернулась к Габриэлле с вопросительным взглядом, не желая обращаться к моей матери, если она не может даже извиниться за то, через что заставила меня пройти.

— Что происходит?

— Визажист не придет. — Габриэлла вздрогнула. —Она попала в автомобильную аварию.

— Она в порядке? — спросила я.

— О, кого это волнует?! Это так похоже на то, что Несси всегда задает неправильный вопрос, — фыркнула Тринити.

— Да, с ней все в порядке, но врачи считают, что у нее может быть сотрясение мозга, поэтому она пробудет в больнице всю ночь, — мягко ответила Габриэлла.

Я кивнула и спустилась вниз, чтобы принести всем напитки. Бир уже был в церкви с моим отцом и Робом.

Вероятно, Круз тоже был там.

Я не была готова его увидеть.

Я не думала, что когда-нибудь буду готова его увидеть.

Я не знала, что делать с расцветающей новой дружбой Роба и Круза. Казалось, что меня снова отодвинули на обочину круга общения, частью которого я должна была быть.

Я вернулась наверх с подносом, полным газированной воды, яблочного сока и печенья, и поставила его на край туалетного столика, как можно дальше от Тринити, чья прическа была почти уложена. Она была причесана элегантно и драматично.

— Боже мой, что ты делаешь, Несси? Сок буквально в четырех футах от меня. Это авария, ожидающая своего часа, — выпалила Тринити.

— Несси, почему ты не принесла треугольные бутерброды, которые я приготовила? — пожаловалась мама, разглаживая свадебное платье, висевшее на дверце шкафа Тринити. — Я не понимаю, они были прямо там, на прилавке.

— А мне еще никто не сможет сделать макияж! — Тринити вскинула руки.

— Я могу сделать тебе макияж, — тихо сказала я.

Еще несколько недель назад я могла бы выглядеть как трансвестит, но я знала, как обращаться с косметикой. У меня была твердая рука, и я очень хорошо рисовала эффектную подводку и контуринг.

Кроме того, моя игра с тенями для век была убийственной.

Тринити бросила на меня скандальный взгляд. 

— Нет уж.

— Не расстраивай свою сестру, Несси. Она и так в стрессе. Просто иди и принеси треугольные бутерброды. — Мама отмахнулась от меня.

— Я думаю, тебе следует позволить Несси сделать макияж, Тринити, — мягко сказала Габриэлла, положив руку на плечо своей лучшей подруги. — Она наш лучший шанс. Мы не сможем найти никого полупрофессионала в такой короткий срок.

— Она только все испортит, — простонала Тринити. — Это ее любимая вещь. Ты знаешь это не хуже меня, Габриэлла.

Я хотела встать и уйти. Не уйти из комнаты, но и из города. Штата. Страны.

Неприязнь, которую я испытывала к женщинам в моей жизни и от них, была настолько сильной, настолько неконтролируемой, что я едва могла дышать.

— Ты должна быть практичной, — проворковала мама Тринити. — Возможно, Габриэлла права. Другого выбора нет.

— Я все еще злюсь на нее, — надулась Тринити.

Я сердечно улыбнулась, вдруг полностью и совершенно измученная ее случайными издевательствами:

— Знаешь что? Я тоже злюсь на тебя. Так почему бы тебе не засунуть свою испорченную истерику себе в задницу и не найти кого-нибудь другого, кто попытается сделать твою УРОДЛИВУЮ красоту красивой, потому что, сестренка, скажу тебе, это будет испытанием.

Все в комнате смотрели на меня в шоке.

Ага. Я пошла туда.

Я выругалась.

Тринити пришла в себя первой. Ее рот превратился в безмолвный крик в форме буквы «О».

— Видишь ? — Она только что назвала меня уродиной в день моей свадьбы.

Я развернулась, открыла дверь и выбежала, поднимаясь по лестнице через две. Мама бросилась за мной, как молния.

— Теннесси Лилибет Тернер! Ты действительно думаешь, что сейчас подходящее время, чтобы затеять ссору со своей сестрой?

— Да, — спокойно сказала я, хватая сумочку и направляясь к двери. — Она окружена всеми своими поклонниками — у нее нет ничего, кроме поддержки от всех вас.

Я уже была одета в бледно-лиловый наряд подружки невесты, но серьезно подумывала о том, чтобы вернуться домой и переодеться во все черное. В конце концов, это должны были быть похороны счастья Уатта Костелло.

Мама продолжала следовать за мной до двери.

— Послушай, я знаю, что она немного ошеломлена…

Я резко обернулась, подняв ладонь, чтобы она не продолжала.

— Нет, она не ошеломлена. Она для меня полная и абсолютная сука, как и ты. Всю свою жизнь я пыталась тебя усмирить. Ты работала со мной до мозга костей, чтобы эта свадьба была именно такой, какой она хотела. Она даже не пригласила меня на свой девичник и практически заставила меня расстаться с единственным мужчиной, который мне действительно дорог.

— Дорогая…

— И не только это, — я повысила голос, надеясь, что Тринити сможет услышать, — но когда миссис Холланд обвинила меня в попытке убить ее дочь, вы просто поверили ей на слово. Габриэлле потребовалось лично прийти к вам и сказать, что это неправда, и даже тогда у вас не хватило духу взять трубку и извиниться за свое поведение. Тем не менее, вы знали, что я появлюсь здесь сегодня. Я задолбалась. С тобой покончено. С Тринити покончено. Покончено со всей этой семьей. Ты не стоишь моей любви, моего сострадания, моей вечной преданности. Ты не стоишь всего того, что я даром тебе даю, потому что ты не возвращаешь ни грамма обратно.

— Несси, подожди! — Мама плакала.

Я не слушала.

Я вышла, направляясь к своей машине. Уезжая из места, которое заставляло меня чувствовать себя такой слабой, такой неадекватной, я почувствовала странное чувство спокойствия, нахлынувшее на меня.

Наконец-то я взяла на себя ответственность за свою жизнь.

Нет больше Грязной Несси.

Меня больше никто не собирался подводить.

ГЛАВА 32

Теннесси

Мне потребовалось много усилий, чтобы не вернуться домой и не переодеться, но, в конце концов, я не хотела вызывать еще большую сцену, появившись в образе чьей-то вдовы.

Карма уже хорошо и жестко достала мою сестру, отказав ей в визажисте, на которого