Право на любовь - Анна Никитина

год. Как общается со Святом. И тогда у меня складывались подозрения, что Маркус может быть Ярославом, но не находила аргументов. И тебе боялась сказать о своих подозрениях. А потом и вовсе откинула эту мысль, подумав, что это бред. А тут Свят сегодня пришел, весь такой довольный. Я и начала расспрашивать, он отмалчивался. Потом журнал этот у него увидела. Прочитала статью. Тут то и начала у него уже точно все выспрашивать. Без шантажа не обошлось. Он и рассказал мне, Что Маркус не Маркус вовсе. А что он Ярослав. Правда, избить его поначалу хотела, что все эти игры завели, но потом поняла, что выбора у них особо не было. Ему повезло, что Свят вообще оказался рядом тогда, и что он не один с этим разбирался.

— Подруга, ты как всегда права. — обнимаю Инну. — Спасибо, что ты у нас есть. Что бы я без тебя делала…

— Сейчас бы мчала с Ясей на другой конец страны, — смеется Инна.

— Откуда ты знаешь?

— Предполагала, что это первое, что придёт тебе в голову и именно так ты и поступишь. Как обычно, эмоционально. Я права?

— Ну, в общем, да. У меня был такой вариант. Я его даже Ярославу озвучила.

— Бедный Ярослав. Как он с тобой справится. Я точно дам ему несколько уроков, как тебя укротить, — шутит Инна.

— Да ладно тебе! — пинаю её в бок. И направляюсь в комнату дочки. Весь вечер мы проводим вместе.

Глава 37

После нашего разговора с Ярославом прошло пять дней, два из которых он появился на работе в здравии и весьма приподнятом настроении. Мне бы его энтузиазм. На работе, конечно же, все в курсе произошедшего с Ярославом. Его легенда о том, что он работал под прикрытием и благодаря ему полиция поймала преступника, удалась на славу. И конечно, это прибавило восхищение в глазах женского пола. Ну а мне проблем в коллективе. Зависти и яда в мою сторону стало намного больше. Я злилась на все происходящее. Последнее время моя жизнь словно триллер, а я в нём случайная актриса, у которой нет сценария. И какая сцена будет следующей для меня словно сюрприз. Только вот какой именно, решать уже не мне.

— Избегаешь меня? — напрямую спрашивает Ярослав. Я же утыкаюсь в компьютер. Делаю вид, что мне очень интересен отчет, а не он. И ведь обманываю саму себя. Когда он рядом, меня словно током пронизывает, а сердце заходится галопом.

— С чего такие мысли, Ярослав Владиславович? — не смотря на него, отвечаю.

— Посмотри на меня, — строго произносит Ярослав, но я не реагирую. — Ри-на, пос-мо-три на ме-ня, — произносит по слогам каждое слово. Закрываю глаза. Перевожу дыхание и, открывая глаза, смотрю прямо на него.

— Ещё раз спрашиваю, почему меня избегаешь? — спрашивает он, глядя в глаза. Этот контакт убийственнее слов. Меня парализует. Я не могу оторваться от его глаз. Они магнитом притягивают к себе. Тону в них.

— Повторюсь, с чего такие мысли, Ярослав Владиславович? — сухо произношу и пытаюсь разорвать контакт, но он не дает мне отвернуться, ловит мой подбородок и удерживает, продолжая наш контакт глазами.

— С того, что ты снова начала меня называть Ярослав Владиславович, а не Ярослав. Перестала со мной обедать, приносить кофе просто так. Мало аргументов? — припечатывает Ярослав сказанное. И он прав. Я понимаю, теряться глупо. Но ничего умнее за выходные мне в голову не пришло. Я не знаю, как себя вести рядом с ним. Прошло пять лет. Столько всего изменилось. У каждого разный быт. Но из общего только дочь и общее прошлое.

— Ты мой босс, как мне ещё тебя называть? Этику на работе еще никто не отменял, — говорю в своё оправдание.

— Бред не неси, Рина! — взрывается Яр. — Мы перешли на «ты» пять лет назад. Неужели будем играть в эти детские игры? В тебе говорит обида. И я могу это понять. Но то, что ты избегаешь и замалчиваешь, это не решит проблемы.

— Значит, тебе сбегать можно, а мне нельзя?! — взрываюсь уже я.

— Я объяснил тебе, почему я это сделал. И если бы представилось это сделать снова, я бы сделал так же. Я ни о чем не жалею. Для меня в приоритете была ты и Яся. Два человека, ради которых я носом землю буду рыть, только чтобы вы в безопасности были, понимаешь?! Только почему-то ты этого понять не можешь. А включаешь глупые обиды. Мне не за что извиняться.

— Да, я обижаюсь. Обижаюсь, что все эти пять лет ты не вышел со мной на связь, хотя мог. Ты мог позвонить с номера Свята. Ты мог записать видео и передать через него. Ты мог поговорить в больнице с моей бабушкой. Ты мог поговорить со мной. Мог объяснить мне все, и я бы тебя отпустила. Я бы знала, что это подстава. Я бы знала, что ты живой и с тобой всё в порядке.

— Я не мог ни позвонить, ни записать видео. Мой старый телефон прослушивали. Свят находился рядом со мной, его знал Каримов, он мог навредить и ему. Тогда бы у меня не было возможности следить за Каримовым. И не было бы того, кто тебя оберегал, пока меня не было рядом. А это я мог доверить только Святу. Тебе я тоже не мог сказать. Тогда бы ты не выражала тех эмоций, которые у тебя были, и они поняли бы то, что ты знаешь, что я живой. Догадываешься, что было бы потом?! Если бы я мог с тобой поговорить и все тебе рассказать, я бы это сделал, не сомневайся. Но я сделал так, как считал нужным. Да, пусть это было жестко и немного дольше, чем я думал, но игра того стоила. Каримов в тюрьме. Я вернул себе свою жизнь. И сейчас я надеюсь вернуть тебя и Ясю. Давай все забудем? Давай начнем все сначала? Ты, я и наша дочь, — говорит Ярослав, прикасаясь своим лбом к моему лбу. — Пожалуйста, Рина. Давай вернем нас. — тихо выдыхает мне в губы.

— Как же все сложно… — выдыхаю.

— Хорошо, давай не будем торопиться. Давай начнем с простого. У нас не было конфетно-букетного периода, как у всех нормальных пар. Давай с этого и начнем? Согласна?

— Да… Давай попробуем, — соглашаюсь с Ярославом. Как бы умом я ни была против, но сердце предательски рвется к любимому мужчине. Может и правда стоит начать все заново? Ведь любим друг друга до сих пор. И