Anamorphosis - Mara Mori

Габриэлла легко поняла, что прервало скучную болтовню подруги. Она скривилась, оборачиваясь к Итану. Воздух в комнате зазвенел от напряжения, стоило их взглядам схлестнуться.

Джуди захотелось трусливо сбежать, чтобы не попасть под горячую руку.

Она не ошиблась, предположив, что Итан и Габриэлла друг друга не любят. Это было разительным преуменьшением правды. Ненависть — вот верное слово.

Но что они не поделили?

— Buenosdies, chica, — презрительно прищурившись, бросил мужчина.

— Найди себе репетитора, — огрызнулась Габи, — чтобы подтянуть свой испанский. Твоепроизношение режет слух.

— Найди себе богатого мужика, — парировал Итан, — может, купит тебе спортивную тачку. Или хотя бы новый айфон.

Что тут вообще происходит? — забеспокоилась Джуди, наблюдая их обмен любезностями.

Она в равной степени не узнавала обоих. Ну ладно еще Итан, он, вроде как, по умолчанию неприязненно относился ко всем эмигрантам, на правах потомка первых колонистов. Но какая муха укусила Габриэллу? В присутствии любого мужчины она всегда менялась, делалась милой и кокетливой. Сейчас, напротив, она выглядела настроенной крайне воинственно.

— Спасибо за совет, но я как-нибудь разберусь сама, — сухо поблагодарила мулатка. И могла же на этом остановиться, замять конфликт! Но она зачем-то добавила: — Мне, в отличие от Джудит, хватит ума не связываться с белым ублюдком, вроде тебя.

Что это с ней? Габи никогда не позволяла себе настолько откровенного хамства!

Нужно было срочно выступить миротворцем. Разговор неминуемо грозил закончиться кровопролитием, а Джуд рисковала лишиться одним махом и подруги, и парня.

— Эй, брейк! — встряла она. Она обратилась к Габриэлле, придумав действенный способ переключить ее внимание, — Габс, ты же, кажется, хотела взглянуть на зеркало.

— Зеркало, точно, — с готовностью подхватила подруга.

Она резво вскочила с места и приблизилась к зеркалу. Стаскивая ткань, она нагнулась, во всей красе демонстрируя аппетитную задницу, обтянутую джинсами, узкими до неприличия.

Как же она, черт возьми, хороша! — досадливо подумала Джуди. Невозможно было устоять перед ее экзотической красотой, карамельной кожей и женственными формами. Будь она мужчиной, сама бы пала жертвой ее обаяния.

Но Итан, к огромному везению Джуд, не разделял этого мнения. Ужимки мулатки оставили его равнодушным. Он по-прежнему смотрел на Габриэллу как на мерзкое насекомое. Насекомое, которого в их доме быть не должно.

— Красивое, — заключила Габи, оглядывая зеркало со всех сторон.

Джуди встала перед зеркалом подле нее, стараясь не замечать, какой контраст составляют их отражения. Дружба свела вместе гадкого утенка и прекрасного лебедя. Рядом с Габриэллой Джуд всегда чувствовала себя ужасным ничтожеством.

«Fenomeno», как сказала бы Габи.

Но в роскошном доме, как принцесса и сказки, живет «fenomeno», а не эта guapa — утешила она себя со злым удовольствием. По какой-то причине Итан выбрал ее, пацанку-Джуд. Не ту красногубую стерву, не Габриэллу.

Вот почему она бесится! — пришло наконец понимание. Общение с мужчиной, пренебрегшим ее достоинствами, должно быть, страшно бьет по самолюбию Габи.

Как все просто. И низко. Они же подруги!

— Я думаю, что это зеркало относится к поздней викторианской эпохе, — заговорила Джуди, чтобы отвлечься от желчных размышлений, — возможно, его даже привезли из Европы…

— Надо же, — Габриэлла фальшиво изобразила удивление.

— Зря стараешься, — донесся до них голос Итана, — ей это не интересно.

— Закрой рот! — не выдержала мулатка, резко оборачиваясь. Она скривилась и выругалась по-испански сквозь стиснутые зубы.

Джуд осуждающе покачала головой и пригрозила мужчине пальцем. Топор войны был зарыт в землю недостаточно глубоко, но это не значило, что нужно достать его и снова бросаться в атаку. Если Итану так претит присутствие Габи, мог бы просто оставить их наедине! Не нарываться.

— Джуд, помоги мне, пожалуйста, — попросила Габриэлла, все еще морща нос, — сережка зацепилась за волосы, не могу достать.

— Конечно, — откликнулась девушка и принялась выпутывать ювелирное изделие из пышных, вьющихся прядей.

Когда она наклонилась к подруге, ей почудился едва уловимый запах граната.

Джуди ойкнула и отдернула руку. На коже выступила крошечная капелька крови — освобождая сережку, она поранилась о замочек. Она собиралась слизнуть кровь, но Габи схватила ее запястье, направляя кисть к зеркалу. Джуд выдернула руку в последний момент, так и не коснувшись рамы.

— Габс! — воскликнула она, — что ты делаешь!?

— Ничего, — натужно сказала Габриэлла. Она как-то по-особому смотрела на подругу. Ее глаза были холодными, чужими и злыми.

«Магия крови — самая сильная. Ты принесла жертву, достаточную, чтобы открыть дверь между мирами».

Кто это сказал? — изумилась Джуди. Новый голос был ей незнаком, остальных чужаков она уже более-менее различала. Она почти смирилась, что не одна в своей голове, и попросту игнорировала постороннее присутствие. Оно звучало фоном, как навязчивый гул насекомых на болоте Манчак.

— Все, хватит! — вмешался Итан. Он замахнулся, словно собирался ударить Габриэллу или оттащить ее от Джуд за волосы, но передумал и сжал руку в кулак. Взгляд мужчины был достаточно красноречив, чтобы исключить необходимость использования грубой силы.

— Габриэлла, тебе пора, — процедил он.

Мулатка настороженно замерла.

Джуд поторопилась встать между ними. Она обняла Итана за шею, надеясь, что это его успокоит и не позволит учинить расправу над ее несносной подругой.

— Пожалуйста, — взмолилась девушка и сказала с укором, обращаясь к обоим сразу, — вы могли бы чуть-чуть постараться! Ради меня.

— Все ради тебя, — заверил Итан. Он наклонился, чтобы поцеловать Джуд, но все еще смотрел поверх ее головы на Габриэллу.

Джуди терпеть не могла публичные проявления чувств, а сейчас все усугубилось еще и показным характером этого действия. Поцелуй был не для нее, для мулатки. В него был вложен посыл: смотри, ты тут лишняя.

Конечно, Джуд пришла в возмущение и испытала легкий укол ревности. Она отстранилась, и уперлась ладонями мужчине в грудь, восстанавливая дистанцию.

— Ты доиграешься, Итан, — бросила Габи, уходя.

В прихожей громко хлопнула дверь.

Джуди была слишком обескуражена, чтобы броситься за подругой, хоть и признавала необходимость принести извинения. Сцена вышла отвратительной, в чем была