Становление - Ева Шафран

— Виктор любил вас, — тихо отозвалась.

— Мой брат постоянно доказывал, что лучше меня, да, он любил меня, он заботился обо мне и прощал очень многое, — задумчиво продолжал Цей. — Я бы на его месте… в общем, он не просто так стал командором. Камень и Совет видели в нём то, что не видел я. Точнее не хотел видеть.

«И Айрена тоже видела».

— Ненавидеть проще, чем прощать и любить, — кивнула Лана, не спуская с него глаз.

— Проще.

— Поэтому вы решили убить брата?

— Да, отчасти, — признался Цей, сверля взглядом противоположную стену.

Лана снова увидела того мужчину, который страдал в библиотеке Эльсинора, черты лица за четыреста лет стали более жесткими, но сейчас это был он, один в один.

Лязгнул замок на входе, через несколько секунд к ним подошли белобрысые с подносом.

— Чай, — объявил один, открывая решётку и передавая поднос Цею.

Девушка собралась с силами и села в позу лотоса напротив мужчины, они оба потянулись за дымящимися чашками.

— Благодарю, — улыбнулась альбиносам. Те кивнули и покинули тюрьму, оставив пленников-гостей в тишине.

— За то, что попросили их принести вкусняшки к чаю, ставлю отдельный плюс, — объявила Лана, нацелив палец в грудь Цею.

— И много у меня там плюсов набралось? — хмыкнул тот и подул на чай.

— Катастрофически мало, но они есть, — пожала плечами девушка. — Раньше вообще не было. Лучшем, чем ничего, согласитесь?

Цей закатил глаза и отхлебнул из чашки. Лана вцепилась зубами в твердую булочку с чем-то сладким внутри.

— А что с уничтожением Эльсинора? — спросила, облизав пальцы.

— Правда за правду, — хмыкнул Цей, — твоя очередь.

— Ладно, что вы хотите знать?

— Ты знаешь про Айрену, — чёрные глаза впились в её лицо. — Про нас.

— Знаю.

— Откуда? — он нахмурился. — Мы берегли эту тайну.

— Это вышло случайно, — девушка отвела взгляд, не зная, как сообщить ему о своём подсматривании в библиотеке. Стало стыдно.

— Ну?

— Я видела вас с Айреной в библиотеке Эльсинора, когда попала туда через врата, — выпалила Лана и снова вцепилась в булочку зубами.

Чёрные глаза Цея стали ещё темнее, он недовольно нахмурился, видимо, пытаясь припомнить подробности. Возможно, то была не единственная их встреча в библиотеке. Он медленно поднёс чашку ко рту и отхлебнул.

— Ты считаешь меня чудовищем? — спросил, не сводя с неё пристального взгляда.

— Сначала я так считала, а потом… — Лана перебирала чашку руками. — Потом я поняла, что не всё так просто. И не представляю, какого это, когда ты кого-то любишь настолько сильно, что готов ждать целую вечность, а потом потерять этого человека. Я бы не смогла жить без Валкара.

Цей смотрел в её лицо, не отрываясь, то ли искал подвох, то ли насмешку.

— Нет, как раз ты бы смогла, — проговорил он в итоге, — а вот он без тебя нет. Волк без волчицы это лишь тень, которая вынуждена ждать конца своей одинокой жизни, наполненной только горечью и тоской.

— Тогда мне сложно представить, как вы смогли прожить столько лет без неё, — тихо произнесла Лана, понимая, что ступила на ещё более тонкий лёд. — Для этого нужно много силы.

— Или безумия, — хмыкнул он, но Лана успела услышать в его словах ту самую горечь. — Я хотел умереть, но не мог.

— Почему?

— Правда за правду? — напомнил Цей, подняв бровь.

— А как же.

— Ведьмы, — выплюнул одно слово элинир и тоже впился в сладкую булочку зубами, да с такой яростью, словно та была его лютым врагом. — Меня тоже прокляли.

— Валкар рассказал ту часть истории, которую видел сам. Причал, — Лана покрутила чашку и снова отпила. — Там были вы и…

— Я помню, — прервал её Цей. — Я помню всё.

— Что произошло? — спросила Лана.

— Твоя очередь, — напомнил, подняв палец. Лана кивнула ему. — Ты обсуждала это с ней, не так ли? С Айреной.

Девушка подняла на него глаза, ему не удалось скрыть то, с какой нежностью и тоской он произнёс имя матери Валкара.

— Обсуждала немного, мне было интересно, почему так произошло, — призналась Лана. — Почему на одну женщину пришлось два волка.

— Хороший вопрос, — усмехнулся Цей и отвернулся к подносу. — Я потратил годы на разгадку этого проклятья.

— А что произошло потом?

— А потом я сдался, — он пожал плечами. — Айрена говорила обо мне?

Лана вздохнула, ей стало тоскливо до боли в груди. Цей пытается выведать у неё про свою погибшую возлюбленную, словно влюблённый подросток про интересующую его девушку.

— Говорила только то, что ей жаль, что так вышло, — честно ответила.

Элинир задумчиво покивал головой.

— И ты тоже считаешь, что я был недостоин её? — вопрос прозвучал горько, словно он уже и не пытался скрывать эмоции. Лану это немного обезкуражило.

— Нет, я не могу так считать, — она покачала головой.

— Да ну? А кто только что говорил об этом? — ехидно проговорил Цей.

«Видимо, его это реально задело».

— Я ляпнула, не подумав, потому что вы меня обманули и выбесили, — нахмурилась Лана. Ощущение тонкого льда под ногами усилилось. — Отсюда закономерный вывод, если вы и раньше так поступали с людьми или с Айреной, то не удивительно.

— Да, я не подарок, всегда знал об этом, — пожал он плечами.

— Проблема не в этом.

— А в чём же, о мудрая и всепонимающая Ланелия? — язвительно произнёс Цей, прожигая её взглядом, но на дне чёрных глаз плескалась горечь.

«Защитная реакция, понятно».

— Проблема в том, насколько вы были готовы измениться ради другого человека, — Лана снова отпила чай и сжала чашку, ожидая реакции.

— Ты серьёзно думаешь, что она могла бы выбрать меня? — свирепо спросил Цей. Лёд под ногами Ланы затрещал.

«Ещё немного, и он может сорваться».

— Кто знает, — пожала плечами. — Но ещё возможно и то, что у вас просто такая судьба. Быть волком одиночкой, если угодно. Я не знаю, не могу рассуждать на эту тему.

— Хм… — Цей изучал её пронизывающим взглядом. Откровение явно давалось ему слишком тяжело.

— Как всё было тогда? Когда вы убили Виктора, — осторожно спросила Лана, нарушив тишину.

— Я был ослеплён ненавистью и болью, — коротко ответил Цей и с тихим звоном поставил чашку на поднос. Спросил с нажимом: — Ещё вопросы?

Лана стиснула зубы, ощущая, как лёд под ногами пошёл уже широкими трещинами.

«Похоже, сейчас наступит предел его откровенности, а потом он снесёт мне голову с плеч. Куда я вообще лезу?»

Верцелиус сверлил её тяжёлым долгим взглядом, всё его тело было напряжено. Если бы в руках у него оказалась чашка, то он бы её сломал и не заметил.

Лана выдерживала его взгляд, покрываясь мурашками, а