(не) Жена для огненного ректора - Виана Брайнт

— Мы можем разорвать контракт, — неожиданно предлагает он, и я отшатываюсь, будто от пощёчины.

— Что? — мой голос полон недоумения и протеста. — Зачем?

— Пока мы связаны, это всё ещё опасно, — спокойно объясняет он, но в глазах читается тревога. — Ты сама говорила, что чувствовала боль в боку, когда я был ранен. Слишком глубокая связь, Мора.

Качаю головой, чувствуя, как внутри меня всё клокочет от протеста. Я хотела этого раньше, но не сейчас.

— Нет. Никогда, — твёрдо произношу я. — Мы связаны, и значит, так должно быть. Я никуда не уйду. Больше нет. Пусть ты гонишь меня, но я больше не верю твоим словам.

Его глаза темнеют, и он резко наклоняется ко мне, почти вплотную.

— А что будет, если они до нас доберутся? — его голос превращается почти в рычание. — Что ты будешь делать тогда? Или если тебя похитят и будут пытать, манипулируя мной через тебя? Ты думаешь, я переживу это? Думаешь, мне всё равно, если тебя не станет?

Арэн говорит это с такой страстью, что я едва дышу. Слова застревают в горле, когда я хватаю его вторую руку, притягивая ближе.

— Не говори так, — прошу, несмотря на страх. Не знаю, что делать. Не знаю, как справиться. Вот она, любовь — сильная, всепоглощающая. — Я не умру.

Но мои слова, кажется, только усиливают его тревогу. Он вдруг обнимает меня так крепко, что мне кажется, что он может сломать меня. Его дыхание горячо касается моего уха, и я слышу его шёпот, полный ярости и отчаяния:

— Если с тобой что-то случится, я убью всех, кто будет причастен. А потом лягу рядом с тобой…

Эти слова разрывают меня на части, и я резко выдыхаю от осознания. Найдя в себе силы, я обнимаю его в ответ, мягче, ласково, гладя его по спине. Мы замираем на несколько долгих секунд, оба поглощенные чувствами и тёмными мыслями.

Напряжение достигает предела, и я решаю разрядить обстановку.

— Это было пафосно, — тихо произношу я, пряча улыбку.

Арэн, словно возвращаясь к реальности, хрипло смеётся и немного отстраняется, но не отпускает.

— Ты испортила весь момент, — отвечает он с насмешкой, и его грусть начинает растворяться в этом смехе.

— Да, но разве это не моя работа?

Подшучиваю в ответ, и в его глазах на мгновение мелькает что-то тёплое и искреннее. Напряжение наконец спадает, и Арэн глубоко вздыхает, словно собираясь с мыслями.

— Хочу, чтобы ты подумала. Не сейчас, не на горячую голову. Это важно. Я буду ждать. Обязательно буду ждать.

Я молча киваю, внимательно слушая. Внутри меня кипит целая буря чувств, но я не смогу принять другое решение. Он же продолжает, с трудом скрывая беспокойство:

— Если ты решишь отказаться… я всё пойму. Всегда буду уважать твой выбор. И…

Тут я уже закатываю глаза и перебиваю, не давая закончить:

— Если ты не замолчишь, я снова тебя убью.

Его смех разносится по комнате, хриплый и низкий. Арэн качает головой, словно не веря моим словам.

— Ты сегодня слишком дерзкая, — замечает он, не скрывая улыбки.

— Ты ничего мне не сделаешь, — с вызовом бросаю я, поднимая одну бровь.

— Уверена?

— Попробуй.

Он снова обнимает меня, притягивая вплотную к твердой груди. На мгновение кажется, что я вот-вот соскользну со стола, но он держит крепко и уверенно. Без предупреждения, Арэн целует меня, требовательно и настойчиво. Его руки блуждают по моей спине, очерчивая изгибы. По всему телу пробегает сладкая дрожь, и я сдаюсь. Отвечаю ему так же горячо, впиваюсь пальцами в его плечи, тихо постанывая.

Сама мысленно усмехаюсь: похоже, угрожать он умеет только так. Да и я не против.

Поцелуи становятся всё более страстными, откровенно грубыми. Оторвавшись от моих губ, Арэн перемещается к шее, слегка наклоняя меня над столом. Я шепчу, запыхавшись:

— Кажется, ректор настроен серьёзно.

— Ты даже не представляешь, насколько, — шепчет он в ответ, не останавливаясь. — Ты ещё не видела моего настоящего гнева.

Его пальцы собственнически сжимают мои бёдра, заставляя меня вздрогнуть от удовольствия и тихо застонать.

И, конечно, в самое неподходящее время в дверь начинают стучать. Я вздрагиваю, но Арэн не отстраняется, продолжая своё "исследование".

— Ерунда, — шепчет он, прикусывая жилку на моей шее.

Из горла вырывается новый стон, и мои пальцы запутываются в его волосах. Я откидываю голову назад, прижимая его к себе, желая большего. Но стук в дверь становится настойчивее и громче.

— Может, это важно? — шепчу я, хоть и не хочу останавливаться.

— Меня нет на месте. На обеде, уехал, неважно, — отвечает он с лёгким раздражением, его губы снова касаются моих.

Вместе со стуком за дверью раздаётся грубый мужской голос:

— Деван, открывай! Это срочно!

Арэн с разочарованием отрывается от меня, его взгляд становится мрачным. Он тяжело вздыхает и качает головой.

— Ведьмак. Приходит ко мне почти каждый день из-за своих сумасшедших ведьм.

— Работа есть работа, — отвечаю я, стараясь скрыть своё разочарование.

Арэн нежно целует меня в губы, прежде чем отойти.

— Минуту подожди! — он обращается к ведьмаку за дверью и затем поворачивается ко мне. — Пересядь в кресло, звёздочка. Притворимся, что я тебя отчитывал по-настоящему.

На его лице появляется лукавая улыбка, и я не могу сдержать смешок. Сразу же встаю и пытаюсь привести себя в порядок. Юбка чуть задралась, волосы растрепались, лицо красное. Арэн щелчком пальцев снимает с двери печать, и она почти сразу распахивается. Высокий, широкоплечий мужчина с чёрными, как смоль, волосами буквально влетает в кабинет, яростно распахнув дверь. Его лицо искажено злостью, и, не тратя времени на формальности, он начинает кричать:

— Чёртовы ведьмы всю кровь из меня выпили! Я больше не могу!

Его голос эхом разносится по кабинету. Я едва успеваю отшатнуться к креслу, когда замечаю, что из-за его плеча смущённо выглядывают две девушки. Одну из них узнаю сразу — Лиара.

Мой рот непроизвольно открывается от неожиданности, и я впадаю в оцепенение. Ведьмочка реагирует так же, её глаза расширяются, она хлопает длинными ресницами, словно не веря своим глазам.

— Так и знала! Ты и Деван! Вы…! — визжит она, но сразу же замолкает, осознав, что сказала.

Моё сердце бешено колотится в груди. Это полный провал! И что я теперь ей скажу? Как оправдать тот факт, что мы заперлись в его кабинете, а теперь я вся растрёпанная? Но прежде чем я успеваю окончательно погрузиться в панику, кабинет наполняется неожиданным звуком — смехом Арэна.

Он смеётся искренне, как будто вся эта сцена — нечто комичное, а не трагичное.

— Вся моя жизнь