В СССР геев не было! - Ванда Лаванда

– Ты уверен, что нам стоит это делать? – с сомнением уточнила Ира, в очередной раз оттащив любопытную девятимесячную Алёну от нижних ящиков шкафа в гостиной. – Вряд ли папа обрадуется нам, учитывая, какой сегодня день.

Михаил Петрович всё подготовил и заранее договорился со всеми участниками. И неуверенность крестной дочки не могла пошатнуть его намерение действовать четко по плану. Дима увез отца из дома под предлогом: «Помоги разобраться, что случилось с розеткой, в которую я чайник включаю, а он не включается. Ты же электрик, ты можешь», – хотя на самом деле он просто отключил автомат. А пока Ярослава Александровича не было, собрались гости и принялись украшать квартиру. Угощение пришлось заказывать. Ирина, конечно, предлагала сделать всё у себя и привезти, но как она собиралась колдовать весь день у плиты с малышкой Алёной и двумя старшими сорванцами? Михаил отказался, посоветовав ей лучше отдохнуть, чтобы на празднике быть в хорошем настроении.

У Олега и Максима было свое задание: они должны были привезти подарок для Ярослава, а также успеть его собрать за пару часов. После того, как Мила с маленьким помощником Колей развесила бумажные гирлянды и разноцветные воздушные шарики, она ушла к старшему брату и дяде на балкон, и стала весьма успешно ими руководить. Так что подарок был готов как раз вовремя – Олег и Макс только вымыли руки и переоделись из рабочей одежды в парадную, как вернулся Дима с отцом.

Все гости притаились в гостиной.

– Да я говорю тебе, сделать розетки в стеновой плите на высоте тридцать сантиметров от пола не сложнее, чем на стандартной советской. То же самое и с выключателями, – увлеченно вещал Ярослав.

Звякнули ключи, брошенные на тумбочку в прихожей. Стукнули о пол скинутые ботинки.

– Если это так просто, то почему дома строят до сих пор по старым ГОСТам? – ответил Дима. – Или это какой-то заговор строителей и электриков, чтобы люди платили за новую разводку электричества?

– Не знаю, нам с Мишей отчислений от строителей не поступало, – хохотнул старик.

– Наверное, это потому, что вы не работали на стройках.

– Да, всё дело в этом. Ладно, я курить. А то в машине нельзя, на улице нельзя, в квартире нельзя… – Слава шаркнул тапочками по полу, когда надевал их.

Когда Ярослав свернул к кухне, Дима открыл дверь и заглянул в гостиную. Никто, конечно, не прятался. Внезапно кричать «Сюрприз» человеку, которому исполнилось шестьдесят девять лет, было не безопасно. Вдруг, сердечный приступ? Или даже просто давление от испуга поднимется?

– Всё готово? – спросил Дима, обращаясь ко всем сразу. Веселые гирлянды и надпись «С днем рождения» отвечали на вопрос однозначно.

– Дядь Миш, иди к нему, он же сейчас подарок найдет, вопросов будет… А потом, как он покурит, вернетесь, – сказала Ира, покачивая Алёну на руках: малышка заскучала и явно была не прочь перекусить.

– Хорошо. А ты можешь покормить Алёну в спальне. Кровать застелена, но бери любые подушки, чтобы было удобно, – кивнул Михаил Петрович, и они втроем вышли из гостиной и разошлись по двум сторонам: мальчик – налево, девочки – направо.

На пороге балкона стоял Ярослав, не выходя наружу, но и не возвращаясь внутрь квартиры. Он рассматривал новую балконную мебель.

Кажется, прошлым летом, еще до всей этой истории с коронавирусом и пандемией, Михаил настоял на том, чтобы сделать на балконе ремонт, раз уж они так много времени стали там проводить. Старые доски были безжалостно выброшены на свалку, а затем была приглашена бригада, которая заменила остекление, утеплила стены и выполнила новую отделку. Вся затея Гайдука вылилась в кругленькую сумму, но об экономии и о «мы можем сделать это сами» он и слышать не желал. Спустя две недели от начала ремонта, балкон стал выглядеть, как произведение строительного искусства. Пластиковые окна без сквозняков, ровные светлые стены. На полу постелен ковролин, а с потолка свисают стильные светильники. А завершает эстетику нежный сетчатый тюль. И никакого хлама, полочек, ящиков и прочих мест для хранения ненужных вещей.

Вот только общую картину портил старый металлический табурет с пластиковой сидушкой да уродливая жестяная банка вместо пепельницы.

Но не теперь. Сейчас на уютном балконе стояло два удобных кресла с плетеными спинками и невысокими подлокотниками, а между ними пристроился круглый деревянный столик на одной закрученной ножке. И на столешнице стояла одна из элегантных пепельниц, которые дарили Ярославу его дети.

– Ну, как тебе? – спросил Михаил, когда подошел к Ярославу и положил руку ему между лопаток, побуждая выйти на балкон.

– Что это? – вопросом на вопрос ответил Слава, переступив порог.

– Новая мебель, очевидно, – со смешком ответил Михаил Петрович, прошел мимо любимого, сел в ближайшее кресло и вытянул ноги. – Ты, вроде, хотел курить?

– Ты понял, что я имею в виду, – Ярослав Александрович последовал примеру Миши и устроился рядом. – Только не говори мне, что это подарок на мой день рождения?

Миша показал, как закрывает рот на воображаемый замок и выбрасывает невидимый ключ.

– И в прошлом году утепление балкона тоже?..

Гайдук лишь неопределенно пожал плечами.

– Тогда дай угадаю: у нас в гостиной сидят все наши родственники и ждут праздника?

– Нет.

– Нет?

– Они не только в гостиной. Двое еще в нашей спальне, – Миша снова не сдержал смешка, когда увидел округлившиеся глаза Ярослава. – Успокойся, это не Макс с Юлей, и не Мила с Алиной. Ира кормит Алёну, не при всех же ей это делать.

Слава встал с кресла, открыл окно, взял, наконец, сигареты и прикурил, рассматривая знакомый до последнего деревца вид за окном.

– Чёрт, Миш, ну зачем? Ты же знаешь, что я не хочу праздновать свой день рождения, – Ярослав замолчал, затянулся сигаретой, выдохнул дым и обернулся. – С поминального обеда и двух недель не прошло…

– Даже если бы Аня умерла в другой день, в другой месяц, ты говорил бы тоже самое, подставляя лишь другие числа. «Не прошло и месяца» или «не прошло и полугода». Слава, дело не в том, что дата смерти Ани так близко к твоему дню рождения. А в том, что ты до сих пор не разрешаешь себе радоваться. Отказываясь от праздника, ты словно наказываешь себя за