Я подарю тебе тьму - Лора Олеева

— Еще бы! — отзываюсь я.

Достаю стремянку и лезу наверх. Вопреки ожиданию, на стеллаже не особо пыльно: видимо, слуги хорошо здесь убираются. На полках разложено множество предметов, совершенно неуместных здесь: перья, ароматические деревянные шарики, мужские аксессуары и много другого барахла. Марсий, оказывается, относится к разряду людей-барахольщиков, которые не выбрасывают ничего и так и живут в окружении трофеев, собираемых с детства.

Я нахожу книгу, сажусь за стол и начинаю ее пролистывать с интересом, попивая чай.

— Я правильно понял, Астра, — осторожно спрашивает меня Марсий, — что ты не из этого мира?

Я отрываюсь от книги. Вообще-то этот секрет Льерен просил никому не говорить, но ведь Марсий его друг. И как бы он и так догадался, когда я сообщила ему дату свадьбы.

— Ну-у… — тяну я неуверенно. Обмахиваюсь салфеткой со стола. После горячего чая мне становится жарко.

— Уверен, что за тобой в Туманный лес пошел Тиэрен, — говорит Марсий. — А Льер говорил, что не имеет права портить жизнь девушкам и проявлял прочее чистоплюйство…

В голосе мужчины звучит горечь и даже презрение, и я внимательней смотрю на хозяина дома.

— Вы думаете, что Льерен слабак?

— По сравнению с Тиэреном, да, — убежденно говорит маг. — Тот всегда действовал исходя из общей пользы, а не из жалости, порой неуместной.

Я откладываю книгу. А интересный этот Марсий фрукт! Он явно не читал про «слезу ребенка».

— То есть вы думаете, что жалость вредна?

— Нет, не совсем так. Но ради общего блага…

— Цель оправдывает средства? — спрашиваю я.

— Прекрасная формулировка, Астра. Ты умная.

— Нет, это известная фраза в моем мире, — открещиваюсь я. — И я так не считаю.

Как же душно у него тут в гостиной! Голова почему-то кружится. Я ловлю быстрый взгляд Марсия, и у меня в душе вспыхивает нехорошее предчувствие.

— Было очень интересно с вами поговорить, но мне уже пора.

Я встаю с места. Марсий смотрит на меня с доброй улыбкой, и мне становится стыдно своих подозрений. Он же инвалид, а я его подозреваю бог знает в чем.

— Рад, что ты зашла меня проведать, — говорит мужчина. — Книгу можешь взять. И вот на том стеллаже еще одна есть. Большой раритет.

— Где?

Соблазн слишком велик, и я иду искать книгу.

— С зеленым корешком. Где-то на второй или третьей полке снизу.

Я методично обшариваю полку.

— А она точно тут?

— Должна быть.

Я резко встаю, и голова у меня сразу начинает сильно кружиться. Кажется, мне срочно надо на свежий воздух. Я собираюсь сказать об этом Марсию, но вдруг вижу на полке одну вещь, и язык присыхает у меня к небу.

Это перчатка. Обычная, черная, мужская, с вышивкой по краю. Ее перехватывает ремешок с граненой пуговицей из черного агата. Моя память, жадная до деталей, сразу выбрасывает меня в прошлое.

Ночь. Особняк с горящим рядом окон. Ветер, грустно перебирающий сухую листву в саду. Рыдающая мать. Неподвижная девушка в кресле. Тимма! И Тиэрен. Я передаю ему предметы, куда Похититель душ вложил куски души Тиммы. И точно такая же перчатка. Но разве это возможно?

Я беру перчатку в руки, пытаясь рассмотреть ее, но перед глазами пелена. Ноги слабеют, и я невольно сползаю на пол. В ужасе гляжу на Марсия.

Мужчина откидывает плед со своих колен, и я вижу клубящуюся тьму вместо его ног. Пытаюсь кричать, но язык не слушается меня. Слабость одолевает меня окончательно, и я падаю на пол. Последнее, что я слышу, это мужские шаги, направляющиеся ко мне. Идиотка, ругаю я себя в отчаянье, а затем теряю сознание.

Глава 57

Пророчество

Прихожу я в себя оттого, что мне жестко и холодно. Открываю глаза. Надо мной каменный свод, сплошь исписанный рунами. Насколько я понимаю, все они пытаются воспрепятствовать Тьме проникнуть в этот мир. Храм? Неужели?.. Я пугаюсь, и тут память возвращается ко мне.

Похититель душ! Марсий! Он опоил меня. И, видимо, пока я была без сознания, куда-то перенес. Но куда? Я дергаюсь, но не могу сдвинуться с места. Поворачиваю голову и вижу, что мои распятые руки сковывают магические цепи, светящиеся зеленым огнем. Цепь уходит в глубь каменной плиты, на которой я лежу. Вот поэтому мне так холодно. Плита ледяная, но еще больше меня леденит ужас от осознания того, что мой самый страшный сон сбывается. Разве не эти опоясанные рунами колонны я видела? Не эти факелы, едва рассеивающие мрак зала без окон? Мы в подземелье?

— Очнулась? — слышу я голос и вздрагиваю. Поворачиваю голову в другую сторону.

Марсий стоит в нескольких шагах. Вместо ног у него снова клубящаяся тьма. Это выглядит так, как если бы он стоял прямо посередине костра, только вот языки пламени были бы не желтыми или оранжевыми, а черными.

— Зачем, Марсий? — спрашиваю я тихо. — Зачем вы меня сюда принесли? Зачем связали?

Мне боязно говорить громко — голос отражается от потолка и стен эхом, поэтому я невольно шепчу.

— Наконец мозаика сложилась, — говорит Марсий, и я морщусь: да он безумен.

— Какая мозаика? Отпустите меня!

— Не-ет! В этот раз не отпущу!

В этот раз? Ну конечно, едва не стону я. Как же я сразу не догадалась — темный маг, похитивший меня в прошлый раз, и есть Марсий. Но ни мне, ни Льерену это и в голову прийти не могло: мы ведь думали, что Марсий не может ходить.

— Зачем я вам нужна?

— Завершить обряд, — спокойно объясняет мужчина, как само собой разумеющееся.

— Какой обряд?

Нет, нельзя поддаваться панике, нельзя кричать и сходить с ума. Надо постараться заговорить, уговорить этого безумца, договориться с ним.

— Марсий, давайте вы меня развяжете, и мы спокойно все обсудим. Может, я смогу вам помочь?

Но Марсий уже не слушает меня, что-то бормоча себе под нос. И почему я раньше не замечала безуминку в его глазах?

— Надо покормить тебя, — шепчет сам себе Марсий. — Ты уже, наверное, проголодалась.

Кого, тут же пугаюсь я. Воображение рисует мне гарраков, которые в темноте подкрадываются ко мне, беспомощной. Я дергаюсь в отчаянье, но цепи держат меня крепко. Слезы бессилия начинают заливать мое лицо, которое я обращаю к