Я буду любить тебя - Кристина Ильина

— Мелочь, да у тебя позднее зажигание. Понравилось? — он хихикнул.

— Пошел ты! Уматывай отсюда! — я начала толкать его в сторну выхода. Но он был настолько сильный, что мои усилия были напрасны и Андрей даже не сдвинулся с места.

— Силенок не хватит мелочь, — Андрей злостно рассмеялся. Подхватив меня как пушинку на руки, он посадил меня на стол.

— Продолжим, — он подмигнул, я не успела ни чего понять как его руки оказались под моей футболкой и уже аккуратно пытались расстегнуть застежку на лифчике.

Сердце замерло. Я смотрела на него ошарашенными глазами, немного даже, наверное, испуганными.

— Что ты делаешь? — спросила я тихо, немного заикаясь.

— А не видишь? — ухмыльнувшись, он продолжал пытаться расстегнуть лифчик, который ни как не расстегивался.

— Нет..... Ты что совсем дурак? Нет...

— Да... Ника да... Ты же любишь меня до сих пор.

— Нет.... Смирнов, ты совсем идиот? Руки убери!

— Нет.

Я чувствовала, что если он скажет еще, хоть слово, я просто свихнусь. Я была как под гипнозом. Кроме него я ничего уже не видела, и ни думала, ни о ком. Забыла даже про Ваню, которому хотела позвонить. Постепенно я начала таять от его прикосновений, стала терять над собой контроль. Во мне боролись два каких-то странных чувства. Если я сейчас ничего не сделаю, то изменю Ване, и тогда нам с Андреем точно не жить. Но я же с самого детства мечтала о нём. Ну как же так? Почему? Почему он появился именно сейчас. В те минуты я пожалела обо всем на свете. О том, что встретила, когда то Ваню, простила ему, то, что прощать нельзя, и самое главное, я жалела о том, что вышла за него замуж. Ведь сейчас могло бы все быть иначе, и я была бы с Андреем. С человеком, которого не переставала любить никогда. Господи, ну что я делаю? Он же любит меня, а я люблю его.... И тут меня как током шарахнула и очухавшись от "гипноза" я влепила Андрею звонкую пощечину, да еще такую сильную, что сама от себя такого не ожидала.

— Вауу, — только и смог произнести он.

— Ты.... Ты.... О боже Смирнов, да ты... ты придурок! Жри свой суп и шуруй отсюда.

— Да расслабься ты! Я просто хотел проверить твою реакцию, — он громко рассмеялся. — Видела бы ты себя со стороны, — схватившись за живот, он снова заржал.

Не выдержав насмешек от него. Я схватила кружку, в которой был кофе, и плеснула на его белую футболку. С болью в сердце, я вспомнила, как он точно так же насмехался надо мной в детстве.

— Мелочь! Ты что со всем с катушек съехала!? Блять! И что теперь!? — кричал он, с яростью в глазах поглядывая на меня. — Стирай! — сняв с себя футболку, он кинул её мне в лицо.

— Сам стирай придурок! — я кинула ему её обратно.

— Вот еще! Ты вылила на меня кофе, вот ты и стирай! — он посмотрел на свои джинсы, и растянув ремень снял их.

— Ты что недалекий?! Что ты творишь!

— А ты не видишь? — он указал пальцем на маленькое пятнышко на джинсах. — Курица! Смотрю, ты вообще ослепла! — стянув с себя джинсы, он кинул их мне, а я почему-то рефлекторно поймала. Затем он кинул мне футболку и оставшись в одних трусах и носках уселся на диван, и включил телевизор.

— Что это сейчас было? — не поняла я.

— Эй, золушка, ты все еще здесь? Шагом марш в ванну или ты хочешь, что бы нас увидел твой боксёр, — закину ноги на диван, он не переставал переключать каналы.

— Пошёл ты! Сам стирай свои вещи! — я кинула их на пол и в ярости выключила телевизор из питания. — И Ваня когда вернется, набьет морду тебе, а не мне, — я усмехнулась.

— И когда же вернется твой амбал?

— Через пару дней!

— А ну ни чего тогда....- он прищурился и, подмигнув мне, продолжил. — Я это... поживу пока у тебя. У меня дома все равно ужасно скучно, а тут я могу поиздеваться над тобой. Да кстати, — он вскочил с дивана. — У меня тут воду отключили дома, я пока пойду, помоюсь, а ты хавчик приготовь и это... кофе свари новый, — ухмыляясь, он похлопал меня по плечу. — Трудись золушка трудись.

Я вся кипела от возмущения, но сказать ему так и ничего не смогла. В бешенстве собирая его вещи с пола и вытирая разлитый кофе на полу, я думала о том, как же выпроводить этого нахала из дома. Может Игорю позвонить? А нет, может лучше Мишке, он то уж точно поставит его на место.

На столе заверещал телефон. Звонил он так долго и настойчиво, что я, не решившись сначала взять трубку, все-таки взяла её.

— Да! — заорала я в трубку, еще полностью не отойдя от выкидонов Смирнова.

— Привет любимая, — раздался нежный голос в трубке. — Как ты? Все-таки решил тебе позвонить, я и не надеялся, что ты возьмешь трубку. У тебя все хорошо? Ты поела? — я так была рада слышать его голос. Вспомнив о тех дурацких мыслях, которые посетили мою голову еще пару минут назад, я поморщилась. Ни за что и никогда не променяю этот самый родной голос на свете.

Подойдя к столу, на котором лежала записка с розочкой и киндерами, я улыбнулась.

— Да любимый, все хорошо. Спасибо за шоколадки, — я тихо рассмеялась.

— Ты даже не представляешь милая, как я рад слышать твой голос. Да шоколадки это такой пустяк, но я рад, что ты сейчас улыбаешься.

— Ваня, спасибо, мне правда безумно приятно, — мне безумно захотелось его обнять, аж до дрожи.

— Все для тебя родная. Как себя чувствуешь? — спросил он встревожено.

— Отлично. Ваня, ты прости меня, пожалуйста, за все я и правда не знала...- он не дал мне договорить.

— Проехали Ник, оба хороши. Все забыли.

— Ты когда вернешься?

И тут я почувствовала, что сзади меня кто-то обнял и в ухо тихо нашептал.

— Что боксёр звонит? Передавай ему привет, вот смеху то будет, когда он узнает, что я разгуливаю по его дому совершенно голый, — Андрей громко рассмеялся и чмокну меня в щечку отошел от меня. Я, прекрасно понимая, что все это Ваня сейчас слышал, зажмурила глаза и прикусила губу, приготовилась слушать его крики в трубку.

— Что этот недоразвитый ублюдок делает в нашем доме?! — заорал Ваня в трубку.

— Ты про Игоря? — выпалила я первое, что пришло мне в голову.

— Игорь? — Ваня