Джентльмен-авантюрист - Джо Беверли

— Вы обе графини, — указал Кейт.

— Да, но она к тому же маркиза и родилась наследницей величия.

Пруденс допила бренди и пошла распорядиться относительно чая.

Потом она поспешила привести себя в порядок, жалея об отсутствии горничной, которая сумела бы причесать ей волосы и, вероятно, знала бы, как придать простому платью более элегантный вид. Можно переодеться в лучшее платье, но это будет выглядеть смешно и нелепо.

— Обе графини, — пробормотала Пруденс, глядя на свое отражение в зеркале. — Ха!

Однако когда она села пить чай с леди Ротгар, гостья добавила ей непринужденности.

— На севере я предпочитаю пользоваться своим собственным титулом — леди Аррадейл, — тут же сказала она, — но буду рада, если мы станем называть друг друга по имени. Я Диана.

— Тогда я Пруденс, — представилась Пруденс, стараясь удержаться и не добавить «миледи».

Она налила чай.

— Неудачное имя, — откровенно сказала Диана. — Да, молоко, пожалуйста. Такие имена среди аристократии встречаются редко. Слишком напоминают об английской республике, хоть и недолгой.

— Это имя передавалось в семье моего отца, она поддерживала Кромвеля.

Диана взяла чашку и отпила глоток.

— Чудесный чай. А теперь расскажите мне свою историю. Перрьям потчевал меня только намеками, плут.

— Вы хорошо его знаете, ми… Диана?

— Все в Лондоне знают Перрьяма, он восхитительный проказник.

— И архангел Рафаил, — добавила Пруденс и рассказала об этой его выдумке.

Диана улыбнулась, но сказала:

— Демоны интересуют меня больше, особенно так близко к моим землям.

«Мои земли». Это было сказано с невероятной уверенностью. Пруденс задавалась вопросом, каково чувствовать естественность обладания столь многим. Но из-за брака наверняка вся собственность Дианы принадлежит ее мужу.

Диана с улыбкой посмотрела на нее, несомненно, любопытствуя о причине ее молчания, и Пруденс начала свою историю, ничего не пропуская.

— Ваш брат дурно обходился с вами, — заключила маркиза, поднося чашку к губам.

Ее тон был столь холодным, что Пруденс кинулась защищать Эрона.

— Это не беспечность или злоба, он всегда был слеп к тому, чего не хотел видеть. Люди придают огромную важность происхождению, но я поняла, что и простые люди способны на значительные дела.

— Или не способны. Среди бедняков тоже встречаются лентяи и глупцы.

Такой подход заставил Пруденс рассмеяться.

— Все мы из одного теста? Тогда почему бы бедным не иметь больше возможностей? Маленький сынишка Хетти способен на большее, нежели простой труд, но без образования у него не будет такой возможности.

Пруденс поймала себя на том, что с воодушевлением обсуждает проблему образования для бедняков, причем для девочек, равно как и для мальчиков, и неравенство женщин и мужчин в глазах закона.

— Взять хотя бы ваш случай, Пруденс. Если бы женщины могли занимать рабочие места наравне с мужчинами, вы сумели бы поддержать свою семью. Подозреваю, вы для этого подошли бы лучше, чем ваш брат.

— Став юристом?!

— А почему нет? Все, что требуется, — это учиться, к чему вы способны.

— У меня голова вдет кругом.

— Как видите, — весело сказала Диана, — я куда более скандальна, нежели вы. А теперь давайте вызовем лорда Малзарда. Мне очень интересны его планы относительно Дрейдейла.

Похоже, Диана не считала чем-то из ряда вон выходящим вызвать графа в его собственном доме. Если Кейт и возмутился, он все-таки пришел и привел с собой Перри.

— В сущности, — сказал он Диане, — я планировал с помощниками поехать в Дарлингтон и, как граф Малзард, публично обвинить Дрейдейла в его грехах.

— А если он от них откажется?

— Бизнес Дрейдейла сомнителен, у меня есть улики и свидетели, которые боялись жаловаться, но при моей поддержке заговорят.

— И при моей, — недобро улыбнулась Диана. — Дарлингтон не включен в мою территорию, но все, что происходит на севере, меня интересует. Вы позволите мне составить вам компанию?

— Я планировал ехать верхом, — взглянул на нее Кейт. — Операция обещает быть рискованной.

— Я прекрасная наездница. И к тому же отлично стреляю и владею шпагой.

— Не забывай, я еду тоже, — сказала Пруденс.

— Дело приняло более серьезный оборот, — посмотрел на нее Кейт. — Ты не можешь ездить верхом, стрелять и размахивать шпагой.

— Но это моя территория! И я стала причиной большинства проблем. Дрейдейл атаковал меня и тех, кто мне дорог. Я желаю видеть его падение. И мне нужно, чтобы он видел, что я это вижу.

Кейт сжал губы, словно возражая, потом кивнул:

— Это твое право. Леди Ротгар, если вы желаете ехать, я не стану пытаться остановить вас.

— Так-то лучше, — язвительно ответила гостья. — И пожалуйста, называйте меня здесь леди Аррадейл, Малзард. Я действую по собственному почину, а не как представительница своего мужа.

Пруденс пришлось закусить губу, чтобы не рассмеяться, видя, как Кейт борется с этой неестественной ситуацией, зато ей ситуация очень нравилась. У нее не такое высокое происхождение, как у Дианы, однако теперь она графиня, имеет власть и силу. Пруденс надеялась научиться их использовать.

— Отлично, — сказал Перри, которого, похоже, все это совершенно не удивило. — Тогда давайте обсудим, как придать возмездию достойный стиль.