Полночная звезда - Кэтрин Коултер

На следующее утро Чонси проснулась очень рано, чувствуя себя лучше, чем за все последние дни. Она лежала тихо, пригревшись под боком мужа, и не хотела будить его. Боль в плече почти утихла. Чонси погладила грудь Делани и скользнула рукой ниже, с удовольствием ощупывая тугие мышцы живота. Он тоже похудел за последнее время. Ее пальцы скользнули ниже и погрузились в густые волосы внизу живота.

Чонси легонько прикоснулась, а потом нежно обхватила пальцами мужскую плоть, с удовлетворением чувствуя, как она набухает и твердеет.

— Чонси, ты лучше подумай, что делаешь. Услышав слова мужа, она улыбнулась и уткнулась в его плечо.

— Знаешь, как приятно, когда одним легким прикосновением я могу изменить размеры некоторых частей твоего тела.

— Я говорил тебе, что мужчины — очень примитивные существа. Их контроль над собой заканчивается там, где начинается их мужское достоинство. Если будешь дразнить меня и дальше, то я…

— Что сделаешь? — прошептала она, покусывая его плечо.

— Дорогая, — протянул он слегка дрогнувшим голосом, — прекрати. Тебе может быть больно.

— Но ты же обещал вчера.

— Я передумал, когда делал тебе перевязку. — Он решительно убрал ее руку и положил себе на грудь.

— Как бьется твое сердце!

— Еще бы! А теперь послушай меня, маленькая соблазнительница. Если ты будешь чувствовать себя нормально, я постараюсь помыть тебя, а потом выведу погулять. Любовь моя, убери руку, а то я вынужден буду встать.

— Мне нравится твой запах.

Делани ощущал ее горячее дыхание и с превеликим трудом сдерживал себя. Никогда еще Чонси не соблазняла его так откровенно и страстно.

— Благодарю, — шутливо сказал он, стараясь не думать о близости с ней, и слегка отодвинулся в сторону, когда она еще сильнее прижалась к нему бедрами.

— Дел, обещаю, что не буду больше приставать к тебе. Только не уходи сейчас.

— Ляг на спину, Чонси.

— Зачем?

— Делай, что я тебе говорю. Ты моя жена и обязана подчиняться.

Чонси поцеловала мужа и потом осторожно повернулась на спину, стараясь не задеть рану на плече.

— Почему ты хочешь, чтобы я легла на спину?

Он хитро улыбнулся и засунул руку под одеяло. У нее перехватило дыхание. Его рука скользнула по мягкой округлости живота и спустилась ниже.

— Я так и думал, — прошептал он.

Ее женская плоть заметно увлажнилась и подрагивала под его ласковыми пальцами. Он тоже был чрезвычайно возбужден, но всеми силами старался сдержать свои чувства.

— Что ты имеешь в виду?

— Твое тело, естественно.

Ее губы разжались помимо ее воли, и из них вырвался приглушенный стон.

— Мы будем заниматься любовью, Дел?

— Да, но только посредством слов, дорогая. Лежи тихо и не двигайся. Господи, Чонси, ты такая теплая.

Она застонала и отвернулась.

— Я хочу, чтобы ты смотрела на меня, когда я буду услаждать тебя.

При этих словах ее охватил столь страстный порыв желания, что она задрожала.

— Вот так, милая, — продолжал он. — А когда ты полностью поправишься, я позволю тебе вернуть должок. Нет, нет, не закрывай, пожалуйста, глаза. Я хочу видеть их, хочу разделять твое наслаждение.

Пальцы Делани совершали ритмичные движения, доводя Чонси до исступления. Она облизывала языком пересохшие губы и тихо стонала, наслаждаясь каждым его движением. Все ее тело судорожно подергивалось под его рукой, устремляясь навстречу.

— Дел, — шептала она, прикусив губу. — Это выше моих сил… О Господи!

Он прекрасно чувствовал ее неистовое возбуждение и не просто чувствовал, но управлял им. При этом он сам получал такое удовольствие, о существовании которого даже не подозревал.

— Дел!

— Все хорошо, милая. Не сдерживай себя.

Горячая волна желания захлестнула Чонси. Она приглушенно вскрикнула и, забыв обо всем на свете, выгнулась навстречу ему и затихла.

Делани убрал руку и нежно обнял жену. Аицо ее раскраснелось, губы полураскрылись, она с трудом дышала.

— Какая ты красивая, — шепнул он ей на ухо и поцеловал. — Я испытал не меньшее удовольствие, поверь мне.

Чонси почувствовала бедрами его упругую плоть и повернулась к нему, но он остановил ее.

— Нет, не сейчас, дорогая. Не забывай, что настоящий джентльмен думает прежде всего об удовлетворении своей любимой женщины. — Он замолчал и снова положил ладонь на ее живот. — Сколько между нами всего было, Чонси!

— Много и плохого.

— Возможно, но знаешь, что я тебе скажу? Когда ты лежала в моей постели после падения с лошади, я еще тогда подумал, что хочу иметь от тебя ребенка.

— Ты, должно быть, очень огорчился, когда я сказала, что хочу предохраняться?

— Нет, я просто не хотел быть несправедливым по отношению к тебе.