Рубин II - Даниэль Зеа Рэй

Волхв вскинул руки, и Рубин с Ордерионом повернулись друг к другу. Принц протянул невесте ладонь и произнес:

— Возлюбленная моя, клянусь беречь тебя, как дар, ниспосланный мне свыше, ценить тебя, как каплю воды в засуху, хранить тебе верность и преданность, как луч света во тьме, ибо любовь моя к тебе безмерна и вечна, как безмерна и вечна сама жизнь даже после смерти.

Рубин протянула руку и накрыла ладонь Ордериона:

— Возлюбленный мой, — произнесла королева, — клянусь беречь тебя, как дар, ниспосланный мне свыше, ценить тебя, как каплю воды в засуху, хранить тебе верность… — Рубин сделала паузу, — и преданность, — добавила она, — как луч света во тьме, ибо любовь моя к тебе безмерна и вечна, как безмерна и вечна сама жизнь даже после смерти.

Волхв молчал, присутствующие в зале тоже. Ордерион неодобрительно покачал головой, потому что королева не должна клясться в преданности мужу.

— На то воля моя, — Рубин повернулась лицом к Верховному волхву. — У вас возражения?

— Нет, Ваше Величество, — тут же замялся волхв и торжественно произнес: — Да скрепят клятвы эти союз сердец ваших. Отныне вы одно целое. И звать вас «муж» и «жена».

— Да! — раздался громкий возглас Галлахера.

— Да!!! — подхватили все остальные гости.

Волхв поднес брачные амулеты на красной бархатной подушке. Ордерион взял одну золотую пластинку и прижал ее к запястью Рубин. Амулет вспыхнул и растворился, оставив на коже витиеватый белесый рисунок из цветов и завитков. Рубин взяла амулет для Ордериона и прижала его к запястью супруга. На его коже остался рисунок маленьких круглых ягод среди листьев.

Ордерион подался вперед и коснулся губ Рубин, скрепляя обеты поцелуем. Королева увлеклась, обняв супруга и отвечая на ласку.

Аплодисменты оглушили обоих, и они поспешили отстраниться друг от друга.

Ордерион взял Рубин за руку и повел к выходу из храма.

— Еще пир пережить, — невзначай обронил он. — А потом я тебя раздену.

— Ловлю на слове, — улыбнулась Рубин.

***

Во время пира Ордерион, как и Рубин, пил исключительно напиток из ягод. Она пыталась предложить ему и вино, и эль, но он заявил, что в первую брачную ночь будет трезвым и резвым, чем вызвал искренний смех Рубин.

— Жаль Ди и Дхара нет, — прошептала Рубин ему на ухо. — Хотя я перед возвращением Ди в ее мир позвала их обоих.

— Я тоже звал обоих, но Дхар заверил меня, что без их присутствия гостям будет спокойней. Тем более, что мы договорились хранить тайну о том, чьи имена услышали в ту роковую ночь.

— Ты уже сказал Галлахеру, что Турем сможет помочь Инайе с продовольствием?

— Нет. Сама скажешь.

— Я думала, ты сказал, — насупилась Рубин.

— Ты — королева Турема, — Ордерион взял ее за руку и заглянул в ясные синие глаза. — Тебе с королем Инайи на эту тему и говорить.

Рубин погладила каменные пальцы мужа и сжала их.

—  Гронидел обещал помочь твоей руке.

— Угу, — кивнул Ордерион и рассмеялся. — Но взамен попросил освободить его с должности руководителя школы повелителей силы.

— Так ты его всего три недели назад обязал ей заняться! — удивилась Рубин. — Неужели за это время его пыл испарился?

— Говорит, что обучать — не его ремесло. Слишком большая ответственность для такого разгильдяя, как он.

— Но Гронидел за три недели умудрился выпросить у меня седоулы на строительство замка для школы. И это во времена, когда нам самим нужны средства, чтобы восстанавливать столицу и Звездный замок.

— Признайся просто, что он тебя достал, — Ордерион усмехнулся.

— И это тоже, — кивнула Рубин. — Так ты освободишь его от должности?

— Конечно, нет! — Ордерион схватил чашу и отсалютовал Грониделу. — Прости любимая, но моя каменная рука мне слишком дорога, чтобы так просто отказываться от нее.

Рубин засмеялась и поцеловала его в щеку.

— Другого решения я от тебя и не ждала!

***

С наступлением ночи молодые супруги под свист и пошлые подбадривания откланялись. Поскольку пир проходил под шатрами на улице, а опочивальня королевская находилась в наспех выстроенном гостевом доме, даже оказавшись в комнате, Рубин и Ордерион слышали музыку и пьяные разговоры гостей.

— Устала? — спросил Ордерион, снимая с Рубин нити с жемчугами.

— Да, — честно ответила она.

—  Тогда я тебя раздену, и мы примем ванну, — предложил Ордерион. — А потом я уложу тебя спать. — Он опустил глаза на ее пока плоский живот и прижал к нему ладонь, — вас двоих спать уложу.

— А как же первая брачная ночь? — возмутилась Рубин, разуваясь.

— А кто сказал, что она должна протекать в кровати? — вскинул брови Ордерион.

— Хм, — Рубин прижала палец к губам. — А ведь точно! Простынь-то предъявлять не нужно!

— Да мы можем и простынь предъявить! — Ордерион снял с Рубин мантию. — Я проколю себе палец на ноге и испачкаю ее королевской кровью.

— Почему на ноге? — нахмурилась Рубин.

— Чтобы волхвы подлога не заметили, — он приступил к расстегиванию пуговиц на платье жены.

— А если они пальцы на твоих ногах рассмотрят и прокол на коже увидят? — веселилась Рубин.

— Признаюсь им, что женился не девственником! — захохотал он.

Эпилог

Ордерион

— Каменная рука? — Рубин неодобрительно глядела на пальцы Ордериона. — Опять? Ты же только избавился от нее!

— Сейчас левая, а не правая, — король покрутил ей в воздухе и плюхнулся на трон. — И я специально сделал ее такой: в форме камня она способна гораздо дольше выдерживать нагрузки маной при открытии порталов.

Рубин передала спящего сына в руки фрейлины и поправила корону на голове.

— Ровно? — спросила она.

— Правее, — подсказал Ордерион. — Да, теперь ровно.

Рубин села на трон и выпрямила спину.

— Готов услышать недовольные вопли?

— Да, — кивнул Ордерион.

— Впустите его, — отдала приказ королева.

В новый тронный зал нового