Моя в наказание - Мария Анатольевна Акулова

Слегка затекшие мышцы ноют, но я это игнорирую. Кусаю губы и постанываю.

Айдар возвращается лицом к моему — сплетаемся языками. Ритм толчков ускоряется. Я снова трогаю его кожу. Теперь оглаживаю и в то же время царапаю спину. Утыкаюсь губами в шею. Лижу. Он шипит и матерится.

Я вспоминаю, что мы занимаемся сексом без презерватива.

Отдалившись, шепчу:

— В меня нельзя.

Улавливаю, как глаза вспыхивают. Мы слишком погружены в желание, чтобы скрывать эмоции. Скулы твердеют. Он злится. Я повторяю:

— Нельзя. Слышишь?

Вместо ответа — сжимает мой затылок и заставляет заткнуться, заталкивая в мой рот свой язык.

Продолжает трахать. Ведет по лезвию. Я хочу одновременно и быстрее завалиться и никогда не заканчивать.

Толчки становятся все более яростными. Грубыми и лишенными контроля. Я — на грани.

Пальцы уже не на клиторе. Это снова становится похоже на гонку. Кто первый. И кто продавит свое. В меня нельзя или…

Айдар целует так напористо, что мне не хватает воздуха. Давлю на плечи, не особенно надеясь, что обратит внимание, но он слушается. Отпускает рот. Смотрит в глаза. Хмурится… Волнуется. Черт. Как раньше не будет. Совсем. Или пока. От переизбытка чувств распирает. Тянусь к его лицу. Мажу по уголку искривленных губ. Веду себя опрометчиво. Позволяю себе… Все.

Прижимаюсь щекой к щеке и на ухо шепчу:

— Я глотну.

Снова толкаю и опускаюсь сначала ступнями на пол, а потом на колени. Перебрасываю волосы на одну сторону. Сжимаю член у основания и вбираю вместе со вкусом собственной смазки.

Вверх не смотрю, но знаю, что Айдар ошарашен. Начинаю двигаться. Колени развожу шире. У самой между ног пульсирует. Я еще не кончила, но хочу.

Хочу вот так. Втягиваю сильно. Трогаю себя между ног. Ныряю вглубь пальцами. Сосу. Постанываю. Мир крутится. Тело натягивается струной. Насаживаюсь и кончаю от нажатия на клитор с членом во рту. Несколько движений головой — и чувствую пряный вкус на языке.

Вскидываю взгляд, Айдар смотрит вниз. Ошалело. Бешено. Не знаю… До мурашек по коже.

Сжатый до побелевших костяшек кулак упирается в пьедестал. Я назад подаюсь.

Веду языком по головке. Айдар выдыхает шумно. Комната звенит несдержанным:

— Блять…

Встаю. Ноги трясутся. Руки тоже. Я провела на коленях всего ничего, но они успели немного затечь.

Вкус и вязкость спермы не вызвали во мне неприятных чувств. Даже наоборот. Чувствуя, что между ног продолжаются сокращения, наклоняюсь над раковиной, набираю воду в ладонь и споласкиваю рот.

Вслед за неконтролируемой силы желанием ожидаемо приходит стыд. Картинки, казавшиеся максимально уместными в моменте, теперь пробирают до дрожи. Даже не верится, что это все я…

На Айдара страшно смотреть. А он-то смотрит. Я чувствую. Закрываю глаза.

Мужские руки ложатся на мои бедра. Я оглядываюсь, душа обрывается.

Он присел. Дразнит дыханием кожу на бедре. Прижимается к ней губами. Двигается выше. Целует ягодицы. Задерживается на пояснице. Дальше — горячо и быстро по позвоночнику. Целует лопатки.

Чередует поцелуи с поглаживаниями и наполненными неповторимой нежностью:

— Аечка… Моя Аечка…

Чтобы не расплакаться от переизбытка… Всего… Вслед за ртом опускаю в наполненные прохладной водой ладони лицо. Хотела бы подержать хотя бы немного, но Айдар не дает.

Разворачивает к себе. Снова подсаживает. И взгляд отвести не дает. Сам горит. И я горю. Душой. Телом.

Живу. Чувствую.

Сжимает мою руку и целует ладонь.

— Кончила?

Киваю. Пальцы тоже целует. Сжимает лицо. Тянется к щекам. Прижимается к ним. К губам. К носу.

— Мне тебя мало.

Признается в очевидном. Мне, наверное, наоборот много, но я точно не откажусь от повторения.

Дрожь на спадает, а усиливается.

Он, возможно, путает ее с холодом. Обнимает меня. Давит на затылок, вжимая лицом в шею. Я делаю глубокий вдох и задерживаю дыхание.

Аллах, как мне сейчас хорошо…

Бесконечно хорошо.

Я опустошена, но счастлива. В голове все просто.

— Замуж выйдешь за меня? — Айдар оживает. Подныривает. Ловит взгляд. В ответ на его вопрос я кривлюсь.

Мотаю головой. Ни за что.

— Достаточно глубоко взяла? — Не знаю, почему из меня прет эта желчь. Но позволяю себе. Айдар игнорирует.

Давит губами на губы. И меня тоже давит.

— Выйдешь. Мы оба знаем, выйдешь…

— Размечтался. Я просто хочу с тобой трахаться.

— Салмановой будешь.

Фыркаю.

— Я уже была.

— Еще раз сходишь.

Айдар отвечает легкомысленно и уверенно. Гладит по волосам. Смотрит на мой лоб и действия своей руки. Спускается к глазам.

Хочу брякнуть что-то еще, но молчу…

До боли кусаю кончик языка.

Чувствую, как он укрощает меня взглядом. Уже не давит, а гасит. Я шиплю. Извиваюсь. Но сдаюсь.

Подается вперед — хочет коснуться губ, но мы вдвоем замираем, потому что ручка в ванную дергается.

— Анне, наш Айдар пропал!

Голос дочки врывается в порочно-интимную реальность, как хлесткая пощечина. Я пугаюсь. От шока и стыда сбивается сердечный ритм.

Айдар делает шаг назад. Я спрыгиваю.

Хватаю из его рук висевший на крючке халат и укутываюсь к него.

— Анне, открой!!!

Айдар поднимает свою футболку, быстро натягивает ее. Я хочу проскочить мимо, открыть дверь, но он преграждает путь, сжимает мои щеки, берет в плен глаза.

— Обещай, что дождешься? Мне мало. Я уложу и приду. Обещаешь?

Кивнуть не могу. Моргаю.

Он отпускает. Слежу, как подходит к раковине. Включает на максимум холодную воду и плещет в лицо. Прижимает мокрую руку к шее сзади. Остывает. Трезвеет. Сафие успевает дернуть еще несколько раз.

Он выравнивается и подходит к двери сам.

Открыв, приседает тут же. С улыбкой смотрит на нашу малышку. А вот Сафие увидеть его явно не ожидала.

— Ой!

Айдар подхватывает ее. Она растерянно обводит взглядом комнату. Задерживается глазами на мне.

— А почему вы не спите?

Пока я растерянно хлопаю ртом, за меня отвечает Айдар:

— Зубы чистим, кызым.

— А я уже почистила.

— Я знаю.

Его голос звучит ровно и ласково. Даже поверить сложно, что это тот же мужчина, с которым мы…

Трушу головой, пытаясь избавиться от оцепенения. Вот сейчас чувствую слабость. Придерживаюсь за стеклянную стенку душевой зоны.

— А как вы тут вдвоем? — Любознательная Сафие не унимается. С сомнением смотрит на умывальник. Я под землю провалиться хочу. — Узенько же…

Айдар прокашливается, бросает на меня быстрый взгляд. Потом серьезный — на дочку.

— Мы по очереди, ханым. Сначала мама. Потом я. Узенько, но что поделать. Спать идем?

— Спокойной ночи, мамочка, — мы уже целовались на ночь, но Сафие тянет ко мне руки и я просто не могу отказаться от порции нежности. Она меня обнимает, сидя у отца