Хозяйка Северных гор - Адель Хайд

— Ты верно поняла, леди, — улыбнулась Морна, — это Айли, она невеста Алпина.

Сказав это, Морна помолчала немного и добавила:

— Хорошая девушка, будет ему хорошей женой.

И я обратила внимание, что у всех мужчин, которые участвовали в соревновании, так или иначе была приколота или пришита какая-нибудь веточка.

— А какой символ у Стюартов? — спросила я, глядя на арену, где как раз сходились двое. И один из них был Алан, а второй его соперник, Александр Макдугал.

Оба были мощными, спокойными, на лицах, как и у остальных, были нанесены какие-то знаки. Но никакой веточки или растения ни на одном, ни на другом я не заметила.

— Вереск и рябина, — произнесла Морна и усмехнулась, — храбрость, сила духа и жизнь. Они должны быть на одной стороне.

И вдруг я поняла, что не знаю, в чём отличие претендентов и спросила:

— А что будет, если выберут Макдугала?

— Ты начала задавать правильные вопросы, леди, — загадочно улыбнулась Морна.

Я, продолжая наблюдать за красивым боем двух воинов, ждала, когда Морна снизойдёт до разъяснения.

— Макдугал подпишет договор с вашим королём, — тихо проговорила Морна.

И вдруг вскочила, и закричала:

— Стю-арт! Стю-арт!

И вслед за ней имя Алана подхватили остальные, кто-то попытался крикнуть «Макдугал», но его не расслышали, потому что толпа уже подхватила ритм имени Стюарт, и имя это гремело над долиной.

Алан выиграл, в руке откуда-то у него появилась веточка вереска, и девица, сидевшая на той стороне, Фрэн, встала, вытянулась, не обращая внимания на то, что женщина рядом с ней, дёргает её за рукав, но Алан, даже не взглянув в ту сторону, направился ко мне, а я трусливо сбежала.

Не люблю такие ситуации, когда тебя лишают выбора или ставят перед тем, что не является твоим выбором.

Вечером нас с Морной никто не трогал, видимо, одни наслаждались элем, бочки с которым выкатывали каждый вечер в течение всех игр, другие готовились к следующему дню испытаний.

На следующий день был дождь, но никто не собирался отменять испытания. На сегодня были назначены стрельбы из лука и соревнования в метании кинжалов.

Я думала, что людей будет меньше, всё-таки те навесы, которые были, не спасали от противных мелких капель, льющихся с хмурого неба.

Но я ошибалась, людей было столько же, если не больше. Морна сказала, что пришли ещё кланы, которые не успели к подсчёту мечей.

Мне показалось, что на стороне Алана людей прибавилось.

— Это те, кто изменил решение, — объяснила мне Морна, и я поняла, что сказала это вслух.

В этот день соревновалось много воинов, но и Алан, и Макдугал вышли последние.

Макдугал был потрясающий стрелок, его стрелы легко и чётко ложились в цель.

— Алан не сможет так, в этом Макдугал его обойдёт, — произнесла Морна.

Я сжала кулаки, мне почему-то хотелось, чтобы Алан победил.

И вдруг у Макдугала оборвалась тетива. Ему оставалось ещё три выстрела.

Конечно, ему принесли другой лук, и он выстрелил так же великолепно, как и предыдущие выстрелы, но люди начали шептаться.

Я посмотрела на Морну:

— В чём дело?

— Примета плохая, — сухо ответила она.

А через два дня игры завершились, потому что на третий день сторонников Макдугала было совсем мало, а на четвёртый день он сам отдал свой меч Алану Стюарту.

Я сбегала каждый вечер, но в третий вечер после того, как мужчины станцевали танец на мечах, и Алан произнёс клятву короля, наша с ним встреча всё же состоялась.

Танец на мечах представлял собой зрелище не для слабонервных, потому что все мужчины, а их было семнадцать человек, тех, кто танцевал, были вооружены короткими мечами по одному в каждой руке. С каждой минутой танец ускорялся, а перестроения усложнялись, и в конце мужчины образовали фигуру: семеро мужчин стояли на земле, семеро были у них на плечах, а трое перед ними прыгали через голову и друг друга, и всё это с клинками в руках. Я даже зажмуривалась, боясь в один момент увидеть, что кто-то кому-то отрежет голову. И, конечно, Алан тоже танцевал.

А сидящий со мной рядом капитан Сэл, Босхшцённо цокал языком и говорил:

— Они прекрасны, настоящие воины.

После танцев, на закате, все пошли к священному месту. Оно мне напомнило каменные столбы Стоунхеджа. Эти выглядели немного по-другому и называлось это «Камень судьбы».

Морна объяснила, что король должен поклясться на этом камне, таков древний закон Дал Риады*, и подтвердить клятву кровью.

(*древний род королей скоттов, победивших древних пиктов и основавших Шотландию).

И я снова осознала, что я в дремучем Средневековье, и мне снова захотелось к себе в замок.

Вечером на «вечерний эль» я снова не пошла.

И Алан пришёл сам. Попросил Морну выйти и присел за стол в маленькой кухне Морны, сразу заняв половину комнаты.

— Ты снова сбежала, — сказал он, — не хочешь становится моей невестой?

— Ты же знаешь, Алан, я не могу, у меня обет, и до его окончания ещё два года, — я внимательно взглянула на мужчину:

— Ты готов ждать?

Он опустил голову, я обратила внимание, что волосы его повязаны в хвост ленточкой, а в основание привязана веточка вереска.

— Я готов ждать, если ты готова стать моей невестой здесь, сейчас, — произнёс этот несносный шотландец.

И тогда я решилась и сказала ему часть того, что ему знать не надо:

— Алан, тебя выбрали королём, и, зная тебя, могу предположить, что договор со Стефаном, королём Англии, на его условиях ты не подпишешь, и тогда начнётся война.

Алан молчал долго, и я уже решила, что он сейчас встанет и уйдёт. Но он вдруг поднял голову, встал, почти упираясь макушкой в потолок, легко выдернул меня из-за другой стороны стола, наклонился близко-близко к моему лицу и прошептал почти что, касаясь губ: — Когда я выиграю войну, ты выйдешь за меня?

Глава 50

— Когда я выиграю войну, ты выйдешь за меня?

И я отказала Алану, теперь уже не просто лорду-стюарду, а королю Шотландии, во второй раз.

Да, он мне нравился, да, моё молодое тело трепетало, когда он находился близко, но внутри этого молодого тела была моя душа, и прожитый опыт позволял мне понимать больше и управлять своими эмоциями, не