Бестселлер по случайности - Венди Уэкс

Таня повесила трубку и осталась один на один с правдой — она больше не профессиональная писательница. Теперь она всего-навсего официантка в закусочной и администратор в прачечной. Таня машинально взяла сотовый. Надо позвонить Кендалл. Или Мэллори. Или Фэй.

Ой, да они же бойкотируют друг друга! Таня закрылась в уборной трейлера и долго рыдала.

К концу недели Танины постоянные клиенты стали косо на нее смотреть. Таня понимала: нужно срочно взять себя в руки, не то всех распутает, но собраться никак не получалось.

— Солнышко, я заказывал бифштекс и яичницу, — осторожно проговорил Джейк Хэрроу.

— Что? — рассеянно переспросила Таня, мысли которой крутились вокруг разоблачения Фэй и слухов об ее отказе извиниться перед прихожанами «Клирвью» и «покаяться». Накануне вечером Таня просматривала сайты книжных клубов и увидела новые сообщения в блоге Мэллори вместе с целой волной читательских откликов. Мнения разделились: половина пишущих прощали Мэллори нежелание откровенно говорить о личной жизни, половина чувствовали себя обманутыми и клялись, что больше не купят ни одной книги Мэллори/ Мариссы.

— Я, конечно, не спец, — продолжал Джейк, — но, думаю, на тарелке у меня хэш из солонины. Щедро политый кленовым сиропом! — обиженно добавил он.

— Черт! — выругалась Таня, взглянув на тарелку Джейка. — Простите, я немного… — К ее ужасу, глаза заволокло слезами.

— А я, э-э-э, кофе заказывал. — Водитель-дальнобойщик, сидевший рядом с Джейком, растянул губы в извиняющейся улыбке, хотя извиняться следовало Тане. — По-моему, это кола. — Он скорчил выразительную гримасу и пододвинул стакан к Тане. — Причем диетическая.

— Господи, простите! Я… — Таня потянулась за тарелкой и стаканом, но их перехватила возникшая словно из-под земли Белль.

— Таня, сходи на кухню и приведи себя в порядок! — велела она, одним взглядом добавив: «И поживее». — Я позабочусь, чтобы Джейк и Грэм получили то, что любят. — Белль вручила Тане тарелку со стаканом и обратилась к завсегдатаям: — Сейчас мы все уладим. Позавтракаете за мой счет!

Таня услышала, как Джейк с Грэмом отказываются, но оба были явно довольны и удивлены щедростью Белль. Поговаривали, что в середине семидесятых она подарила клиенту пластинку жвачки, но Белль от этих слухов всегда открещивалась.

Таня выскребла хэш в помойное ведро, поставила тарелку со стаканом в лохань для мытья посуды, устроилась на табуретке возле черного хода на кухню и стала гадать, почему чувствует себя такой усталой и подавленной, если больше не просиживает до рассвета за ноутбуком и каждую ночь спит по целых семь часов.

Подошел Бретт и прислонился к высокому металлическому стеллажу с консервами в больших банках. «Верх» — прочла Таня на банке, маячившей над его макушкой. Всю неделю Таня избегала или подчеркнуто игнорировала Бретта, но сегодня сил вообще ни на что не хватало.

— Выглядишь так, будто тебя взрывом оглушило, — проговорил он.

— Кто, я? — переспросила Таня. Ну вот, ослабила самоконтроль и сразу попала в дурацкое положение. Если Бретт ее пожалеет, она и пошевелиться не сможет!

— Ты, черт подери! — Бретт скрестил руки на мускулистой груди. — Всю неделю ходишь как в трансе, будто не понимаешь, кто ты и откуда. — Он внимательно смотрел на нее — старался заглянуть в душу. — Что случилось?

— Ничего, кроме того что я опозорилась на национальном телевидении, потеряла подруг и работу, да еще разозлила Труди, объявив на весь мир, что она алкоголичка и никудышная мать.

— Рода действительно получилась не слишком симпатичной, — отметил Бретт, в очередной раз удивив Таню.

— Ты… прочел «Брань на вороте»? — Таня подняла глаза на Бретта. Не иначе он шутит. — Когда?

— Как только мама сообщила, что один из героев — я.

— Ну давай! — простонала Таня. — Подколи меня, подай в суд, заяви, что я не имею права предавать огласке события твоей жизни и использовать их в художественном произведении. — «Каков наглец! — подумала Таня. — Лыбится, когда моя жизнь летит под откос».

— Когда тебя называют «диким красавцем», мысли подать в суд почему-то не возникает. Я, конечно, краснел, читая про свои сексуальные подвиги, но… — Бретт пожал плечами. — Наверное, это цена славы.

— Смотри не лопни от гордости! — посоветовала Таня. Она злилась, но, как всегда с Бреттом, чувствовала любопытство вперемешку с возбуждением. — Хотя, пожалуй, тут я сама виновата.

Бретт захохотал и показался Тане еще красивее. Господи, ну почему он так хорош собой?!

— Жаль, что «Маска» расторгла договор: твои главы в «Брани на вороте» просто великолепны. Впрочем, уверен, ты легко найдешь другое издательство. Тебе обязательно надо заниматься литературным творчеством! — Бретт снова пожал плечами, на этот раз давая понять, что иначе и быть не может.

— Сейчас в издательском бизнесе я персона нон грата. «Маска» расторгла договор, значит, мне придется либо больше вкалывать на этих двух работах, либо искать третий источник дохода. Поэтому писать у меня не получится, даже если очень захочу. — Таня умолчала о том, что без советов и помощи подруг писать будет мучительно трудно. Вероятно, она сможет себя пересилить. Только хочет ли она этого?

— Если дело в деньгах, я мог бы…

— Нет-нет, спасибо! — Таня энергично замотала головой. — Я справлюсь, без посторонней помощи обойдусь.

Бретт как-то странно на нее посмотрел.

— Ну и характер! Принять дружескую помощь вовсе не значит расписаться в собственной никчемности или слабости. Если переживаешь за человека, то по возможности стараешься помочь. А у меня есть такая возможность.

— Спасибо, Бретт, ты очень славный. Но я не хочу ни от кого зависеть.

— Мы все от кого-нибудь да зависим.

— А я не завишу и впредь не намерена. — Таня заглянула Бретту в глаза. Как бы ей хотелось принять его помощь и верить, что не придется об этом жалеть! Увы, она знала, чем такое чревато. — Стоит на кого-то положиться — случается катастрофа, — глухо проговорила она. — Человек внушает тебе ложное чувство защищенности, делает вид, что заботится о тебе и никогда не бросит. Только все это ложь! Труди произвела меня на свет и с тех пор по собственной воле палец о палец ради единственной дочери не ударила. С Кайлом, моим бывшим мужем, получилось так же. «Таня, крошка, ни о чем не беспокойся! Зачем столько работать? Я позабочусь о тебе и девочках». А потом удрал на очередные гонки — там пахло не пеленками, а машинным маслом! Время от времени он вспоминает, что у него двое детей, и присылает мне пятьдесят баксов. По-твоему, мне следовало ему верить? — Таня разошлась настолько, что не остановилась бы, даже если бы Бретту было что сказать, а он слов подобрать не смог. — Потом я встретила Мэллори, хотя по-настоящему ее зовут иначе. И Фэй — разумеется, она тоже не та, за кого себя выдавала. И Кендалл — она ничего о себе не придумывала, но слишком привязала меня к себе. Эти трое спасли меня, разглядели во мне писателя и человека. Я считала их лучшими подругами и наставницами. — Таня грустно улыбнулась, уверенная, что раз чувствует себя глупой и жалкой, значит, так и выглядит. — Они стали моими «сестрами». — Таня разрыдалась, чего не следовало делать ни в коем случае. — Где же они сейчас, когда мой мир рушится? Я их потеряла! — воскликнула она, ненавидя свой хнычущий голос. Лучшие подруги не потрудились даже объяснить мне, кто они такие! Зачем мне снова наступать на те же грабли?