Маленький скандал - Мэг Кэбот

Вот тогда Кейт наконец смогла увидеть через трещинку в изумрудах его глаз, что таится в их глубине.

Она увидела ничем не прикрытую страсть, требовательное желание, отчаянное страдание, но больше всего там было яростной, готовой сражаться за нее любви, — и тогда она содрогнулась от ужаса, представив себе, что могла потерять этого мужчину, и удивляясь тому, как могла ей прийти в голову мысль, что можно прожить без него.

И снова его губы целовали ее, и не просто целовали, а вбирали в себя, поглощали ее, даже когда он убрал руки с ее лодыжек и взял в ладони ее ягодицы, приподнимая их, приближая ее, увлажнившуюся, излучающую гипнотическое, зовущее тепло, к своей напрягшейся плоти…

Он со стоном ринулся в это тепло, погрузившись в тесное и влажное гнездышко Кейт. Как всегда, она застонала, когда он вошел в нее, напрягшись, словно в испуге, что его огромный предмет разорвет ее. А потом, обнаружив, что все в порядке, все у нее цело, она без остатка открылась ему, обволакивая его своим теплом, но при этом позволяя ему погружаться в нее постепенно, будто в горячую ванну.

Только этого было недостаточно. Этого ему было недостаточно. Он хотел все и сразу. Он хотел целиком погрузиться в нее, раствориться в ней. Подняв голову и оторвавшись от ее губ, Берк еще сильнее сжал ее бедра. Он посмотрел ей в лицо, поднимая ее навстречу себе, а потом бросил вперед себя — всего и сразу — в нее.

Она изогнулась под ним, ее голова откинулась назад, показав во всей красе ее длинную белую шею. Ее грудь — твердые бутоны сосков — обжигала его, будто была сделана из огня, а не из плоти, вдруг вдавилась в него. Кейт сгорала от такого же безумного желания. И он точно так же хотел ее. Потому что она внушила ему это чувство. Безумное. Ни одна другая женщина не была способна привести его в состояние безумной страсти. Ни одна другая женщина не отдавалась ему так — физически и эмоционально, — как Кейт. Ни одна другая женщина не позволяла себе так легкомысленно отдаваться любовному пылу, как та, которая сейчас извивалась под ним.

Именно это легкомыслие — то, что Кейт также была охвачена страстью к нему, как и он к ней — привело к тому, что Берк совершенно потерял голову. Он погружался все глубже в Кейт — зная, что она хочет, чтобы все было по-другому, нежно и аккуратно, а не грубо и поспешно, но с Кейт он не способен был контролировать себя, совершенно не способен, — а в следующую секунду уже балансировал на грани безумия. И все из-за того, что мышцы Кейт, те, которые удерживали его у нее между ног, внезапно напряглись. И вот она подошла к завершению — и все взорвалось в ней, как молния взрывает летнее небо. А затем и Берк растворился в ослепительном облегчении, его тело содрогалось, когда он наконец начал изливаться в нее, затопляя всю ее жидким огнем.

Даже когда он опустошил себя, его плоть оставалась глубоко в ней. Она не противилась. Он не был уверен, что она смогла бы противиться, даже если бы и захотела. Она казалась изможденной, ее ноги запутались в тяжелых складках его халата, который он даже не потрудился снять. Он чувствовал, как ее сердце бьется под ним — как доказательство, что она по-прежнему жива, — сначала неровно, потом все медленнее и ровнее.

Наконец он поднял голову и посмотрел на Кейт.

Ее лицо горело, губы припухли от его поцелуев. Ее глаза, в которых плескалось просветленное знание, были неестественно яркими.

— Берк, — прошептала она. Он ощущал, как ее приятно хрипловатый голос вибрирует в их телах, — я хочу тебя кое о чем спросить.

— Правда? — Он слегка коснулся губами ее ярко-красных губ. — И о чем же?

— Ты женишься на мне?

— Гм-м, — проговорил он, — думаю, если мы не поженимся, люди начнут болтать о нас невесть что. Ты согласна?

Она вполне недвусмысленно дала ему это понять.