Зеркало, зеркало - Бетси Фюрстенберг

— Ну как, поняла теперь, что такое слава? Надеюсь, с тебя достаточно? — спросил он. — Давай-ка удерем отсюда и заглянем в тот ресторанчик, который рекомендовала Марион. Я умираю с голоду.

Возле парадного входа в галерею шумела толпа папарацци. Хозяйка провела их к черной лестнице, и они, надеясь избежать встречи с фотографами, вышли в пустой темный двор. Джек и Франческа осторожно пробрались между мусорными баками, но вдруг оказались перед высокими железными воротами. Джек попытался их открыть, но цепь крепко держала их.

— Черт побери! Заперто на замок. Придется перелезать. Иди сюда! — Джек обхватил Франческу за талию, подставил ей под ногу плечо, и она, подтянувшись, перебралась на другую сторону. Джек одним махом взлетел на забор и спрыгнул на тротуар. В этот момент яркая вспышка возвестила о появлении фотографов. Джек и Франческа помчались прочь со всех ног.

— Куда бежим? — крикнул Джек на бегу.

— В метро!

Вскоре они рухнули на сиденье и рассмеялись.

— Ну что, едем в ресторан? — спросил Джек.

— Нет! Посмотри, на кого мы похожи! У тебя порвано пальто, перепачкано лицо, а у меня дыра на чулке. — Франческа послюнявила носовой платок и протерла щеку Джека.

— Теперь все порядке? — Он слегка коснулся губами ее шрама.

Франческа взяла его руку, думая о том, как приятно вновь чувствовать, что на тебя смотрят с восхищением, а не со смущением или жалостью.

— Признайся, — шепотом спросил Джек, — у нас есть что-нибудь в холодильнике?

Франческа рассмеялась:

— Думаю, кое-что найдется. Кажется, осталась клубника и немного шампанского. Возможно, еще замороженный стейк.

— Тогда решено! Мы идем домой.

— Стейк не обещаю.

— А что обещаешь?

— Клубнику.

— Звучит заманчиво.

Франческа ощутила желание и страх. Джек пожирал ее взглядом. Он уже давно стремился убедить Франческу не придерживаться условностей, навязанных ей воспитанием. Он заставлял ее тело непосредственно откликаться на ласки, и с ним Франческа теряла власть над собой. Так было даже сейчас, в вагоне метро, где на них украдкой бросали взгляды.

— Джек, — шепнула она, — по-моему, тебя опять узнали.

К ним подсели две молоденькие девушки. Одна застенчиво улыбалась, другая попросила у Джека автограф.

— Я не говорю по-французски. — Он пожал плечами.

Едва поезд остановился, Джек пулей вылетел из вагона, увлекая за собой Франческу.

До дома они добрались на такси.

Франческа поднялась наверх, а Джек тем временем направился в кухню.

Кристофер крепко спал. Она поцеловала сына, приняла душ, накинула халат и, спустившись вниз, увидела, что Джек хлопочет возле стола.

— Стейк и шампанское, — торжественно объявил он, ставя перед ней хрустальный фужер.

— Признавайся, — сказала Франческа, сделав глоток шампанского, — что за всем этим скрывается?

Джек загадочно улыбнулся:

— Похоть.

— А если серьезно?

— Ладно, я и в самом деле хотел с тобой поговорить. Мне представилась возможность поставить хороший фильм. Именно этому и была посвящена моя утренняя встреча. Снимать придется в Штатах, так что, если я приму предложение, мы переедем туда. До сегодняшнего вечера я думал отказаться, полагая, что ты не выдержишь пристального внимания, которое неизбежно ждет нас в Америке. Но сегодня вечером ты была великолепна, и теперь я убежден, что тебя ничто не напугает. Что скажешь?

— Когда это произойдет?

— Трудно сказать. Возможно, в конце весны. — Джек возбужденно добавил: — Здесь меня узнают уже слишком многие. Скоро в Париже будет не легче, чем в Лос-Анджелесе. Популярность — крест каждого актера. Во Франции с моими фильмами познакомились недавно, поэтому боюсь, что дома обо мне начинают понемножку забывать.

— Разве ты не хочешь, чтобы о тебе забыли?

Джек озадаченно улыбнулся, словно не вполне понимая самого себя.

— Никогда.

— Но ты же говорил, что ненавидишь шумиху!

Он положил в рот кусочек стейка.

— Думаю, это неизбежное зло. Было бы гораздо хуже, если бы меня перестали замечать.

Франческа пристально посмотрела на него. Волосы уже начали седеть на висках, вокруг глаз пролегли морщины.

— А еще мне пора менять имидж, — продолжил Джек. — Сейчас публика видит во мне только беспечного плейбоя, поскольку таким меня изображают средства массовой информации. Это ограничивает мои возможности, как актерские, так и режиссерские. Публика должна увидеть во мне серьезного семейного человека.

Франческа изумилась:

— Значит, ты хочешь взять меня в Лос-Анджелес, чтобы я улучшила твой имидж?

Джек изобразил глубокую обиду, но Франческа подозревала, что это только игра.

— Я не верю тебе! Ты решил представить меня американской прессе как женщину, на которую ты имеешь серьезные виды. А для большей убедительности образа используешь и моего сына! Да, Джек Уэстман, ты самый эгоцентричный мужчина, какого я когда-либо встречала!

Джек рассмеялся:

— Будет тебе, малышка! Ты ведь знаешь, я без ума от тебя и пошлю этот фильм ко всем чертям, если ты не хочешь ехать со мной в Штаты. Честно говоря, до сегодняшнего вечера именно так я и думал поступить. Конечно, вы с Кристофером улучшили бы мой имидж. Но я хочу, чтобы ты поехала со мной, вовсе не поэтому.

— Не знаю, Джек, на пользу ли это Кристоферу. Он только-только начал привыкать к школе, у него появились друзья, и тут я его забираю… Едва ли следует срывать его с места. После пожара в его жизни слишком многое изменилось. — Заметив разочарование Джека, она опустила глаза. — Я не могу сделать тебя счастливым и не вписываюсь в твой образ жизни.

Джек взял ее руки.

— Послушай меня, Франческа. Ты и только ты способна дать мне счастье. Прошу тебя, поверь этому. — Он привлек ее к себе. — Любовь моя, мы оба устали, обсудим все утром и придем к разумному решению. — Не дав Франческе возразить, он закрыл ей рот поцелуем.

Джек на руках отнес ее в спальню и осторожно опустил на кровать. В темной комнате был слышен лишь плеск реки.

Джек разделся и крепко обнял Франческу, словно желая навсегда избавить ее от всех сомнений. Внутреннее напряжение не позволяло Франческе расслабиться, но его ласки постепенно успокоили ее, а когда горячие губы Джека добрались до груди и сомкнулись вокруг соска, она сдалась окончательно. Они во всем разберутся! Джек сумеет наладить ее жизнь, как сумел оживить ее тело. Франческа нетерпеливо приняла его в себя, жадно всматриваясь в темноте в лицо Джека. Он быстро довел ее до пика наслаждения и только после этого перестал сдерживать себя.