Цугцванг - Ария Тес

— В смысле?

— Думаешь каково это жить среди одних женщин? М?

Михаил напоследок дёргает бровями, прежде чем спуститься по лестнице, а я все думаю, глядя ему в спину.

«Даже не верится, что он — его сын…»

И правда. Разница слишком разительная.

Грань II. Алексей

Вторым ко мне приезжает Алексей и привозит Лýну. Она с гипсом на передней лапке, который смешно перевязан розовым носком «чтобы не пачкать» (прямая цитата дьявола похолоднее). Я недоверчиво кошусь на него, а в голове так и крутится:

«Ты сам его резал и надевал?» — но я решаю не задавать такие компрометирующие вопросы, обличающие душу, вместо того как бы невзначай интересуюсь.

— Ну и? Будешь осматривать квартиру?

— В этом нет нужды, — спокойно отвечает, разглядывая пейзаж за окном, — Я знаю, что ты не выходила никуда, кроме как в продуктовый. Странно вообще для человека, который так рвался на улицу…

— Вообще-то я как раз собираюсь.

Алексей оборачивается, приподняв брови, а я жму плечами.

— Что? Мне надо в магазин.

— Снова собралась скупать брендовые шмотки?

— Вообще-то нет. Хочу купить кое что для дома, ну и да…шмотки тоже. Немного. Недорогие.

— Оправдываешься?

— Отвечаю на вопрос.

Усмехается моим ловким «па», и я ловлю момент, снова как бы невзначай спрашиваю:

— Он сдал те вещи?

— Мне по чем знать? — жмет плечами, а сам смотрит хитро-хитро, — Спроси у него сама, он же тебе пишет.

И то верно. Макс пишет мне каждый раз, когда я покидаю двор, словно постоянно сидит и мониторит меня на экране своего компьютера/телефона. Я никогда не даю поводов развить беседу, потому что раз уж решили держать дистанцию, которую он так хотел — пусть получает. Поэтому фыркаю и отворачиваюсь, чтобы взять свой вязанный свитер.

— Нет, спасибо. Мы не общаемся.

— О да, я наслышан…

Выгибаю брови, но не даю реакции.

«Нет! Решила вычеркнуть его из жизни, иди до конца!»

— Может тебя подкинуть?

— С чего вдруг? — усмехаюсь нелепости сказанного, — Ты ж меня не выносишь?

— Любишь делать огульные выводы?

— Не люблю слово «огульные» — оно странное.

— Трогательное откровение. И все же?

— Не люблю, но ты сам напрашиваешься.

— Понятно-понятно. Ну ладно, тогда теперь я напрашиваюсь составить тебе компанию. «Для дома» — это же явно что-то тяжелое? Или испугалась?

Фыркаю, потому что «ага, ща-а-з!», так и оказываюсь в его машине. А тачка просто класс, я в таких никогда раньше не сидела, их ведь в России всего то дай бог несколько штук. Астон Мартин — это вам не Мерседес или BMW, каких просто куча, это высший уровень. Алексей замечает мое восторженное выражение лица, которое я не успеваю, да и забываю, по правде говоря, спрятать, и протягивает.

— Нравится?

Смотрю на него и диву даюсь.

«Он аж грудь вперед выпятил, будто это чудо автопрома — его рук дело!» — скучающе моргаю, он фигурно выгибает брови.

— Что?

— Вроде взрослый, а ведешь себя, как ребенок.

— Почему это?

— Потому это! Как павлин хвост распушил, угомонись уже! Тачка огонь, да, но тебе это плюсов не прибавляет. Мальчишки…

Моя тирада приводит его в шок, он аж рот открывает, а я вдруг начинаю громко и звонко смеяться.

«Спорю на что угодно, что такое он слышит впервые!»

— Ну хорошо… — цедит сквозь зубы, потом резко переключает скорость и щурится, — Плюсов мне не прибавляет тачка?! Посмотрим!

О. Мой. Бог. Кажется я разбудила вулкан! Запомните, никогда не смейтесь над мужчинами и их отношению к их же машинам — это чревато микро и макро инсультами, потому что, кажется, Алексей решил доказать мне все сразу: и «огневую мощь» машины, и свои умения ей управлять.

— Ты просто псих! — восторженно и до сих пор говорю о том, как мы прокатились по МКАДу, даже не смотря на то, что мы уже в магазине!

Поездка была действительно крышесносной: он водит машину так хорошо, так ловко перестраивается из ряда в ряд, так быстро! Мы ехали почти двести километров в час по достаточно плотному потоку, да еще и зимой! И при том, что я всегда думала, что это не зимняя машина! Оказалось, что если у тебя достаточно денег, то зимней может стать даже Феррари. Сноска: у него она тоже была.

Алексей тихо посмеивается, кивает, а я снова на него кошусь, и сразу палюсь перед холодным дьяволом, который теперь, правда, не кажется таким уж ледяным.

— Что?

— Не ожидала от тебя такого.

— Почему?

— Ты спокойный, а водишь совсем неспокойно.

— Я не сказал бы, что спокойный, просто хорошо себя контролирую. Ты явно любишь скорость, обычно такое пугает…

— Да не то, чтобы люблю, но машины да…

— У нас целый парк. Коллекция.

— У кого?

— У нас с Максом. Мы эту страсть разделяем на двоих.

Меня немного коробит напоминание о Максе и о том, что они «делят на двоих», поэтому я предпочитаю не вникать, а лучше уточнить о машинах.

— И какие же у тебя есть? Помимо Феррари.

— Да разные. Начиная с Порша заканчивая Ламбой, Феррари. У нас очень большой автопарк, только мне нравятся мерседесы, которые Макс не признает вообще, а я ненавижу BMW, которые он обожает.

«Снова Макс…черт бы его побрал!»

— А есть Бугатти? — Алексей хитро на меня смотрит, что является своеобразным ответом на вопрос, в который я, правда, не верю и расширяю глаза, — Не может быть…

— Да, есть. Одна.

— Вот это по-настоящему круто…

Мы подходим к разделу со спальным бельем, а я улыбаюсь, как дура, уставившись на полки.

— Ты приехала в строительный за постельным…бельем? В квартире же оно итак есть.

— Оно не мое, я не буду спать на чужом.

Отрезаю, начиная свой процесс выбора, в который стараюсь углубиться как можно сильнее, чтобы не обращать на его поднятые брови. Жаль не выходит. Он так пялится, как придурок, что я чувствую его взгляд затылком, резко оборачиваюсь и цыкаю.

— Ну что?!

— Оно сделано хрен пойми из чего! Брезент какой-то!

— Нормальное оно! Из сатина! — указываю на упаковку и киваю, — А вот это из вязи! Никакого брезента!

— Пошли в нормальный лучше, что ты…

— Ага, сейчас! — фыркаю, — В твоем «нормальном» один комплект стоит тысяч пятьдесят! Нет, спасибо! Мне достаточно этого…

Счастливо выуживаю из кучи постельное белье с пушистыми лисичками и аж сияю, рассматривая его.

— Смотри какое классное…Еще я возьму со звездочками и динозавриками!

— Какой кошмар…

— Ты брюзга!

— Я просто не люблю спать на фанере…

— Брюзга совершенно точно! Даже Макс не такой, он покупал здесь постельное однажды…

Прикусываю язык, ругая