Ее грешные избранники - Кассия Брайер

Когда я больше не могла ждать, я дернула бедрами, и он ответил низким рычанием. Он начал двигаться. Сначала медленно, не торопясь, он вытащил почти до конца, прежде чем войти, пока не погрузился глубоко. С ворчанием он сжал мои волосы в кулак и запрокинул мою голову назад. Он нежно прикусил мой подбородок. Я хотела, чтобы его зубы опустились ниже, на мою шею, отметив меня как свою. Я повернула голову в сторону, предоставляя ему полный доступ.

— Черт возьми, Эмма. Я сказал нет.

— Пожалуйста, мне нужно больше.

— Я дам тебе больше. — Он вонзился с карающей силой. От того, что он держал меня за волосы, у меня на глаза навернулись слезы. Я наслаждалась каждой минутой этого. Я уперлась пятками в его задницу, подстегивая его.

Мой оргазм захлестнул меня, и я увидела звезды. Мои ногти царапнули его спину. Он кончил с грубым, хриплым рычанием и проклятием, его глаза были крепко зажмурены. Когда он открыл их, я уставилась на его волка. Он открыл рот, показывая удлиненные, заостренные зубы. У меня перехватило дыхание. Я подняла подбородок выше.

Лукас оторвался от меня. Он вытащил член и встал, потирая рукой затылок. — Черт. Черт. — Он уставился на меня сверху вниз. — Ты гребаная соблазнительница.

Я приподнялась на локтях. — Всего несколько дней назад ты сказал, что пометишь меня, чтобы защитить. Черт возьми, я отказала тебе этим утром. Что изменилось с тех пор?

— Я, блядь, пришел в себя, вот что. — Он выбросил презерватив в мусорное ведро рядом с кроватью. — Я хочу, чтобы ты сначала узнала, каково это — быть волком. Тебе нужно понять, какие побуждения ты испытываешь и что все это значит. Ты знаешь, почему хочешь, чтобы на тебе была моя метка?

— Нет. — Я нахмурилась. — И я пойму все это после своей первого обращения?

— Да. — Он присел на корточки, проводя пальцем по моей груди. — А теперь ложись своей сексуальной задницей в мою постель и спи, чтобы утром я снова мог проверить свой контроль.

Мои соски затвердели, и я задрожала от его прикосновений. Я начала приподниматься, когда Лукас притянул меня к себе.

— К черту все. Давай прямо сейчас еще раз проверим мою решимость, — сказал он.

Как я могла отказаться от такой замечательной идеи?

16

ЭММА

Малахитовая палочка казалась мне непривычной в руке. Она была не такой тяжелой, как моя старая цитриновая палочка. Я снова взмахнул запястьем, и с конца потек чернильный дым, окутав ближайший розовый куст. Куст завял, почернел и превратился в пыль.

— Неплохо, — сказал Сэмюэль, стоявший в нескольких футах от него. — Совсем неплохо.

Мы были в саду за домом. Покрытые снегом вечнозеленые кусты и виноградные лозы были выложены очевидным симметричным рисунком. В центре было открытое пространство, которое позволяло отрабатывать опасные заклинания.

Мое дыхание затуманилось, когда я заговорила. — Разве это не то, что заклинание должно делать?

— Да. Но ты колеблешься. Вложи в заклинание немного решимости. Попробуй еще раз. — Поразительно, но Сэмюэль перестал пялиться на меня и согласился обучать магии. На самом деле он был хорошим учителем. Он был старше боссов, примерно на двадцать-тридцать лет старше меня. Если бы академия когда-нибудь искала инструктора по темной магии, он идеально подошел бы для этой работы.

Я попробовала снова. На этот раз, не слишком задумываясь о словах и сосредоточившись на своем намерении. Свист. На этот раз дым был плотнее. Он подался вперед и приземлился на высокий куст. От растения шел пар, когда оно растворялось.

— Очень хорошо! — Подошел Сэмюэль. — Сегодня ты освоила три заклинания, и этого вполне достаточно. Ты продолжишь практиковать их, когда узнаешь больше. — Он достал свою обсидиановую палочку со снежинками. — А теперь я хочу посмотреть, из чего ты сделана. Сразись со мной на дуэли.

Я уставилась на него, разинув рот.

— За тобой охотились годами. Ты должна обладать некоторыми навыками, чтобы защищаться. Или, еще лучше, нападать. — Он приподнял светлую бровь.

— Э-э-э, не совсем.

Он отмахнулся от меня. — Я не спрашиваю, мисс Грейвс. Давайте начнем.

Отойдя на десять шагов, он обернулся и пробормотал заклинание. Палочка вылетела у меня из руки. Щеки запылали, я наклонилась, чтобы поднять ее. Ладно, я смогу это сделать. Я создала синий щит. Он снес его меньше чем за пятнадцать секунд. Я применила к нему то же обезоруживающее заклинание, но он заблокировал его. Раздраженная, я швырнула в него случайную магию, и он защитился от всего этого.

Он сменил тактику, снова перейдя в наступление. Отреагировав, я телепортировалась и появилась прямо у него за спиной. Я думала, что поймала его, когда он повернулся спиной. Было ли благородно разыгрывать этот трюк? Нет. Но в этом мире ты пользуешься любой представившейся возможностью. За исключением того, что я не полностью усвоила этот урок. Я слишком долго колебалась, и он избежал моего жалящего заклинания.

— Это было одно из самых быстрых заклинаний телепортации, которые я когда-либо видел, — сказал он. — Хорошая работа. — В уголках его глаз появились морщинки от усмешки.

Я одарила его полуулыбкой. Это было единственное заклинание, в котором я была особенно хороша — из-за необходимости.

— Все остальное, что ты мне показала, — это академические навыки. Разве ты не училась магии самостоятельно после школы?

— Не совсем. Я училась в колледже среди людей, чтобы получить степень по истории. — Я пошаркала ботинком по снегу. — После этого у меня никогда не было времени. В обычных книжных магазинах нет книг с заклинаниями, и я не хотела, чтобы сообщество ведьм знало, что я была в городе.

Сэмюэль хмыкнул. — В этом есть смысл. Что ж, мы восполним недостающее образование и еще кое-что.

Я посмотрела на него. — Как ты научился черной магии?

— От моего дяди. — Его зеленовато-карие глаза потемнели. — Я многому у него научился.

Мои губы сложились в букву «О». По его тону я не могла сказать, нравится ему дядя или нет.

Он изучал меня. Я переступила с ноги на ногу, чувствуя себя неуютно под его пристальным взглядом. — Ты уверена, что достаточно сильна для всего этого? Жить вне закона нелегко. То, что ты увидишь, услышишь… сделаешь. То, что другие захотят сделать с тобой.

Я вздернула подбородок и расправила плечи. — Ты не представляешь, через что я прошла. Я многое видела и сделала, и люди