Вечно падаем - Хлоя Уолш

Передав Хоуп брату, я шагнул вперед и протянул руку.

— Дай бумаги.

— Не надо, Кайл, — умолял Майк, прижимая Хоуп к груди и пытаясь ее успокоить. — Папа, не заставляй его.

— Все нормально, Майк, — тихо сказал я. — Пусть забирает. Мне все равно. Я закончил.

Я взял бумаги у Дэвида.

— Ручка есть?

— Для такого случая — разумеется, — усмехнулся он, протягивая мне ручку.

Я не читал. Не проверял. Я знал, что подписываю — все.

— Готово. — Я швырнул бумаги на стол. — А теперь где она?

— Я всегда знал, что эта девчонка станет твоей погибелью, — задумчиво сказал Дэвид. — Возможно, стоило сделать это сразу. Гораздо цивилизованнее, чем другие методы. — Он скривился. — И все из-за бабы. Говорят, гордыня предшествует падению, но в твоем случае — девка…

— Жена, — прошипел я. — Она моя жена. И я готов за нее умереть. Это то, чего у тебя никогда не будет. Где она, Дэвид?!

— Прямо сейчас она воссоединяется со своим папочкой, — хмыкнул он. — На Тринадцатой улице. Я решил, что место будет символичным…

— Нет, — выплюнул я. — Ты врешь. Джимми в тюрьме.

— Нет, — ухмыльнулся Дэвид. — Я сказал тебе, что Джимми в тюрьме. Это ты был слишком самовлюблен, слишком занят тоской по шлюхе моего отца, чтобы проверить самому.

— Ты все спланировал, да? — прохрипел я, задыхаясь. — Нападение на Ли в отеле? Твое притворство, будто тебе есть дело до Хоуп? Ты и Джимми работали вместе с самого начала.

— Джимми хотел мести, — задумчиво сказал Дэвид. — А я хотел это место. — Он пожал плечами. — Он был весьма полезен… Ах да, и тебе стоит поторопиться, Кайл, — усмехнулся он. — Старина Джим был не в восторге, когда добрался до нее.

— Я ненавижу тебя, — прорычал я. — Забирай отели. Забирай дома и деньги. Оставь себе все. Я выживу. Я и раньше выкручивался. Но ты… — я покачал головой и рванул к двери. — Для тебя нет надежды. Наслаждайся наследством, Дэвид. Это все, что ты когда-либо от меня получишь.

— Мне это наскучило, — зевнул Дэвид. — Можешь идти.

— Кайл, подожди, — умолял Майк. — Это ловушка. Не езжай туда. Вызови полицию.

— У меня нет времени, — прошипел я, забирая Хоуп. — Она…

— Кайл?

— Дерек, — прохрипел я, оборачиваясь на голос лучшего друга.

— Что происходит? — потребовал он. — Я пытался тебе дозвониться…

— Ли похитили, — зарычал Майк. — Ее ебанутый отец. И Кайл едет за ней один.

— Хрен тебе, — процедил Дерек. — Я еду с тобой.

— Отвези ее домой, — взмолился я, всучив дочь Дереку.

Я поцеловал Хоуп в лоб, покачал головой и посмотрел Дереку в глаза.

— Пожалуйста, Дерек, — прошептал я. — Мне нужно, чтобы она была в безопасности. Я доверяю тебе весь свой чертов мир.

ЛИ

— Я не дам ему причинить тебе боль, — прошептала Трейси, крепко сжимая мою руку. — Не плачь, детка… — ее голос дрожал, когда она пыталась меня утешить. — Он больше никогда тебя не тронет.

— Прости, — прошептала я, прижимаясь к матери, страх перед тем, что вот-вот произойдет, был почти невыносим, но страх за дочь был еще хуже. Намного хуже. — За ужасные вещи, что я говорила тебе раньше. Мне так жаль. — Мне нужно было сказать это ей. Возможно, больше не будет шанса. — И я люблю тебя, — добавила я быстро. — Я люблю тебя и не виню…

— Отойди от нее, сука, — рявкнул папа, шагая к нам.

Схватив Трейси за волосы, он оттащил ее от меня, а она вопила и пыталась отбиться. Ее платье было разорвано, лицо изранено, кровь на бедрах заставила меня зажмуриться, яростно пытаясь вычеркнуть из головы то, что я знала, что он сделал с ней…

Обхватив колени руками, я свернулась в крошечный клубок, все тело напряглось, ожидая удара. — Почему ты это делаешь? — всхлипнула я. Я задавала этот же вопрос с тех пор, как очнулась на кухне на Тринадцатой улице с окровавленными руками матери, обхватывавшими меня. И все, что я поняла — Дэвид Хендерсон был предательским ублюдком. Он лгал мне, заставил поверить, что я в безопасности, и использовал безумие моего отца — и я была уверена, что он действительно сумасшедший — и его жажду мести моей матери, чтобы украсть наследство Кайла.

Все было ложью. Все. И теперь, из-за жадности этого человека, моя дочь пропала, мать сильно истекала кровью, и я боялась потерять то, чего никогда не думала, что снова обрету.

Мне нужно было сохранять спокойствие.

Слова доктора Майклса всплыли в памяти: — В твоих анализах крови показана беременность, Ли — примерно шесть недель.

— Хочешь пить, Делия? — протянул папа, прерывая мои мысли, снимая пробку с бутылки виски и выливая ее мне на голову. — Звук у тебя охрипший, милая, — прошипел он.

— Нет! — умоляла я, зажмурив глаза, пытаясь защитить их от ожога алкоголем, яростно смывая виски с лица.

— Давай сделаем это интереснее, — насмехался он. Встав на одно колено, он достал карманный нож и вцепился пальцами в мои волосы. — Выглядишь хорошо, милая, — усмехнулся он, вонзив нож в щеку и грубо проведя по линии челюсти. Я сдержала крик. Он мог изуродовать мне лицо. Все, чего я хотела, — чтобы он оставил мой живот в покое. Закрыв глаза, я дышала ртом, боясь вдохнуть через нос, чтобы не почувствовать запах крови, стекающей по лицу.

Папа отпустил мои волосы, и я сползла, пока спиной не уткнулась в холодильник.

Злорадный смех пробивал мне уши за мгновение до того, как запах паленых волос ударил в ноздри, а затем белый, жгучий жар расползался по коже головы, и боль была такой, что я думала, что потеряю сознание.

— Стой! — закричала я, пытаясь потушить огонь. Запах… этот запах впивался в мои чувства, парализуя страхом перед смертью.

— Что случилось, Делия? — насмехался папа. — Бутылка тебя укусила, милая?

Это был конец.

Я собиралась умереть,