Бьянка, благочестивая невеста - Бертрис Смолл

— Добро пожаловать домой, дражайший супруг, — с улыбкой приветствовала Азура. — Надеюсь, новость вас обрадовала.

— Ребенок! — в голосе принца удивление смешалось с благоговейным восторгом.

— Мы держим состояние Азуры в секрете, — сообщила Мейсун.

Амир одобрительно кивнул.

— Мудрый поступок. Несмотря на благоволение дяди, радостное для всех нас событие способно вызвать немалые трудности. — Он снова посмотрел на Азуру. — Ты здорова, дорогая? Я в этом совсем ничего не понимаю. — Он повернулся к Мейсун. — А ты сможешь принять ребенка так, чтобы Азура не пострадала?

— Не волнуйтесь, господин. Дети рождаются с незапамятных времен, — уверенно ответила Мейсун, хотя ей самой ни разу не довелось принимать участие в появлении на свет младенца.

— Я справлюсь, — успокоила Агата. — Помогала сестре, когда матушка нашей синьоры рожала пятерых из своих семерых детей, так что не понаслышке знаю, что надо делать.

— Пошлем в Константинополь за доктором, — решил принц.

— Ни за что, — категорично возразила Азура. — Мы с Агатой обойдемся своими силами. Никто не должен знать о существовании моего ребенка до рождения: только так у него будет шанс на жизнь. — Губы ее дрогнули. Когда-то опасность появления на свет мальчика казалась далекой и туманной, но теперь всякий раз, как только младенец толчками напоминал о своем существовании, угроза становилась все ближе и страшнее. Сын принца Амира имел бы такое же право на трон Османской империи, как и все остальные претенденты. Азура склонила голову к плечу мужа. — Я очень рада, что ты вернулся, милый.

Ночью он позвал ее к себе в постель и с восхищенным удивлением рассматривал изменившееся тело, которое он помнил стройным и безупречно прекрасным. Устроил любимую между ног и принялся с любопытством гладить округлившийся живот. Ему казалось даже, что заметны смутные очертания ребенка. Он приложил ладонь, и младенец сразу ответил резким толчком. Амир испуганно отдернул руку, но тут же засмеялся вместе с любимой. Его поразило, что грудь ее заметно увеличилась, а соски набухли в ожидании кормления. И все эти чудеса случились за время его отсутствия! Изумлению Амира не было предела.

Мейсун объяснила супругу, как следует любить жену, чтобы не побеспокоить малыша. Азура сгорала от страсти и со слезами восторга приняла возлюбленного. Он дважды бережно довел ее до экстаза, а когда она попросила продолжения, строго отказал. Конечно, ему и самому было мало, но заботливый отец беспокоился о благополучии ребенка.

— Во время путешествия ты развлекался с другими женщинами, — посетовала Азура, — а мне оставалось одно: лежать без сна и тосковать по тебе. Не жадничай, я так долго ждала!

— После нашей с тобой прощальной ночи у меня не было ни одной женщины, — серьезно заверил Амир.

— Ни одной? — Азура даже не попыталась скрыть радость.

— Видит Аллах, ни одной, — поклялся Амир. — Но если бы твой живот не стоял на пути, уложил бы тебя в постель и не выпускал целый месяц.

Азура вздохнула с заметным облегчением.

— Очень рада, что тебе тоже пришлось страдать. Носить твоего ребенка нелегко; буду счастлива наконец-то разрешиться от бремени.

— Ты до сих пор так ни разу и не сказала, кого ждешь: мальчика или девочку.

— Не смею, — покачала головой Азура. — Боюсь даже думать об именах.

— Если родится мальчик, назовем Мехмедом, в честь моего деда, — убежденно произнес Амир.

— Нет-нет, даже не думай! — испуганно воскликнула Азура. — Я очень жду этого ребенка, но каждый день молюсь, чтобы у нас родилась девочка. — На глаза навернулись слезы. — В своем эгоизме я пошла на поводу у желаний и подвергла ни в чем не повинного младенца страшному риску.

— Не волнуйся, все будет хорошо, — попытался успокоить любимую Амир, хотя сам вовсе не был уверен в счастливом исходе. Если на свет появится мальчик, то надеяться можно будет только на благородство и великодушие дяди. Кто бы ни родился, сообщить султану придется немедленно.

Весна все заметнее вступала в свои права. Дни становились длиннее и теплее. Наконец, в четырнадцатый день мая, долгожданное дитя пожелало явиться на свет. Воды отошли рано утром, однако первые схватки наступили лишь спустя несколько часов. В гареме срочно подготовили все необходимое для родов. Медленно тянулись часы, однако, несмотря на усиливающуюся боль, ничего не происходило. Стемнело. Азура измучилась и обессилела от нескончаемых и бесплодных схваток. И вот, за час до полуночи, показалась головка, а потом выпростались крохотные плечики. Последнее усилие — и младенец пришел в мир.

Агата заботливо встретила и приняла нового человека.

— Девочка! — радостно закричала она. — Девочка!

Это были последние слова, долетевшие до слуха Азуры: от слабости она потеряла сознание. Мейсун и Шахди забрали пронзительно кричащую малышку, а Агата бросилась спасать мать: открывшееся кровотечение угрожало жизни. Не переставая молиться Пресвятой Деве и святой Анне, верная служанка довольно скоро сумела справиться с задачей первостепенной важности. И все же Азура потеряла много крови. Оставалось одно: немедленно отправить гонца в Константинополь, за доктором. Не дожидаясь утра, Крикор выехал с письмом к султану, в котором Амир сообщал о рождении дочери и просил прислать надежного целителя.

Баязида новость удивила и в то же время обрадовала: в империи появилась принцесса. Какое счастье, что не мальчик! Султан не мог смириться с убийством младенцев. Он благоразумно скрыл известие от Бесмы и строго-настрого приказал опытному врачу прекратить появление детей в серале «Лунный свет». Да, сам он щедр и добр, но отвечать за поступки того из сыновей, который унаследует власть после него, не в состоянии.

Ребенка приложили к материнской груди, и, превозмогая слабость, Азура покормила дочку. Как и следовало ожидать, после этого состояние ее ухудшилось, и доктор потребовал немедленно найти кормилицу. Впрочем, Азура настояла, что один раз в день будет кормить сама, чтобы сохранить молоко до своего полного выздоровления.

Она твердо заявила, что как только поправится и окрепнет, сразу отошлет кормилицу и вернется к выполнению святого долга.

Доктор улыбнулся и решил, что обязательно расскажет султану о преданности молодой матери. Собственно говоря, у малышки появилось сразу три матери: Мейсун и Шахди души в ней не чаяли.

— Давай назовем дочку Атийя, — предложила мужу Азура. — Мейсун говорит, что это имя означает «подарок». Она и есть драгоценный подарок всему нашему дому.

Амир согласился и показал присланную султаном золотую погремушку.

— Дядя рад рождению османской принцессы и обещает найти ей лучшего на свете мужа. — Он посмотрел на крошечную красавицу, мирно дремлющую на руках у мамы. Удивительно, но уже сейчас головку девочки покрывали густые черные волосы. Амир бережно прикоснулся пальцем к чистому лобику.

— Какая хрупкая, — благоговейно прошептал он.